Девушка в башне
Шрифт:
задел кожу…
– Беги! – отчаянно закричала Вася коню. – Не будь пленником!
Но конь уже опустил пораженно голову. Вася ощутила довольный выдох Касьяна.
– Взять его, – сказал он.
Вася возмущалась без слов, но конюхи прибежали и надели на голову Соловья
уздечку из кривой цепи. Она ощущала слезы гнева. Жеребец дал себя увести, опустив
голову, уставший. Нож Касьяна пропал, но он не отпустил ее руку. Он повернул ее к
великому князю
– Стоило слушать утром, – шепнул он ей на ухо.
Саша все еще был на коне, Туман шагала по льду, ее брат был с мечом в руке,
капюшон не скрывал его бледное лицо. Он смотрел на струйку крови, что стекала по ее
горлу.
– Отпусти ее, – сказал Саша.
Стража Дмитрия выхватила мечи, люди Касьяна обступили ее брата на своих
хороших лошадях. Клинки сияли в свете безразличного солнца.
– Я в порядке, Саша, – крикнула Вася брату. – Не…
Касьян прервал ее.
– Я подозревал, – сказал он ровным голосом великому князю. Суета на льду
прекратилась. – Я убедился только сегодня, Дмитрий Иванович, – Касьян был мрачным,
но глаза блестели. – Тут большая ложь и наглый грех, если не хуже, – он повернулся к
Васе, коснулся ее щеки обжигающим пальцем. – Но это точно вина ее врущего брата,
который решил обмануть князя, – добавил он. – Я бы не винил юную девчонку, что,
возможно, немного не в себе.
Вася молчала, искала выход. Соловья увели, брат был окружен вооруженными
людьми… Если тут были черти, она их не видела.
– Морозко, – прошептала она неохотно, яростно и отчаянно. – Прошу...
Касьян ударил ее по губам. Она ощутила кровь рассеченной губы, его лицо стало
злым.
– Не вздумай, – рявкнул он.
– Ведите ее сюда, – сказал сдавленно Дмитрий.
Касьян не успел пошевелиться, Саша убрал меч в ножны, слез с лошади и прошел к
великому князю. Копья заставили его остановиться. Саша расстегнул пояс и бросил меч в
снег, показал пустые руки. Копья чуть отодвинулись.
– Брат, – сказал Саша. От яростного взгляда Дмитрия он исправился. – Дмитрий
Иванович…
– Ты знал об этом? – прошипел Дмитрий. Лицо князя не скрывало потрясение из–за
предательства. И на его лице Вася увидела призрака ребенка, что любил и доверял ее
брату всем сердцем, его иллюзии были разбиты. Вася почти всхлипнула, вздохнув.
Ребенок пропал, и остался великий князь, одинокий властелин мира.
– Знал, – ответил Саша все еще спокойным голосом. Знал. Прошу, не наказывайте
сестру за это. Она юна, она не понимала, что делала.
– Ведите ее сюда, – повторил Дмитрий,
В этот раз Касьян подтащил ее.
– Это точно женщина? – осведомился Дмитрий у Касьяна. – Я не хочу ошибиться.
Поверить не могу…
«Что мы бились с бандитами вместе, – закончила за него Вася. – Что мы терпели снег,
тьму, и что я напилась в вашем зале и обещала служить. Все, что сделал Василий
Петрович, ведь он не настоящий. Словно это сделал призрак»
Судя по морщинам вокруг рта Дмитрия, Василий Петрович будто умер.
– Хорошо, – сказал Касьян.
Вася не знала, что происходило, пока не ощутила ладонь Касьяна на шнурках ее
плаща. А потом поняла и бросилась на него, рыча. Но Касьян забрал ее кинжал раньше
нее, он выбил из–под нее ноги и толкнул лицом в снег. Лезвие ее кинжала прижалось к ее
спине.
– Не дергайся, дикая кошка, – шепнул Касьян, пока она билась. Он подавлял смех в
голосе. – Иначе я тебя порежу.
Она смутно услышала Сашу:
– Нет, Дмитрий Иванович, это настоящая девушка. Это моя сестра, Василиса, и я
прошу вас не…
Касьян дернул за ткань. Вася отпрянула, когти холода задели ее кожу, а потом
Касьян поднял ее. Его свободная рука сорвала жилетку и рубаху, и она осталась отчасти
обнаженная на глазах у города.
Слезы собрались в ее глазах от потрясения и стыда. Она закрыла их.
«Стой. Не падай. Не плачь».
Горький воздух обжигал ее кожу.
Рука Касьяна сжала кости ее руки, а другая убрала ее волосы с лица, чтобы она не
могла прятаться.
Шум поднялся над толпой: смех и праведное негодование.
Касьян замер на миг, дыша ей в ухо. Она ощущала его взгляд на своей груди, горле,
плечах. А потом он посмотрел на великого князя.
Вася дрожала, боялась за брата, который бросился на мужчин, и его подавили трое и
прижимали к снегу.
Князь и его бояре смотрели с выражениями потрясения, ужаса и гнева, с
выражениями насмешки и похоти.
– Девушка, как я и сказал, – продолжил Касьян, его ровный голос не сочетался с
жестокими руками. – Но невинная дурочка, как я думаю, и под влиянием брата, – он с
печалью посмотрел на Сашу, что был на коленях в руках стражи.
Толпа шепталась.
– Пересвет, – сказала она. – Магия. Колдовство. Не настоящий монах.
Дмитрий скользнул взглядом от ее сапог до голой груди. Он посмотрел на ее лицо
без эмоций.
– Девушку нужно наказать! – закричал юный боярин. – Она и ее брат посрамили нас.