Девушка с планеты Земля

Эдвардс Джанет

– Сложно все это выглядит, – сказал Фиан по групповому каналу.

– И наверняка еще сложнее, чем выглядит, – отозвался Роно. – Однако достаточно, чтобы полностью весь план понимал руководитель площадки. Другим остается только верить ему и следовать приказам.

Я начала разметку, прекрасно осознавая, что обломки подо мной не просто нестабильны, но кое-где до сих пор активно перемещаются под собственным весом. Видимость тоже была так себе, из-за странного зеленоватого света сияния и облака мелкой пыли, висевшей в воздухе. Я порадовалась тому, что у бронекостюма отличная система воздухоочистки

и мне не приходится дышать этой гадостью.

Я успела уйти довольно далеко к центру круга, когда Перетц заговорил снова:

– Прошу разметчиков вернуться к страховочным саням. После этого командам разметки нужно переместиться к указателям пять и шесть и начать работу там.

Я направилась обратно к саням, и Фиан перевез нас к шестому колышку.

Перетц тем временем продолжал инструктировать:

– Все остальные – отряд подъемников, и должны направиться к указателям один и два, убирать размеченные обломки. Самосвалы должны уже подъехать или появятся с минуты на минуту. Начинайте перемещать камни только после того, как водитель самосвала окажется в безопасном месте – они должны сесть на ближайшие поисковые сани. Мы не хотим, чтобы на чью-то голову упал камень.

Нас с Фианом эта часть уже не касалась. Для нас это значило лишь, что промаркированные мною куски сейчас убирают, а мы работаем на безопасном расстоянии от места, где может упасть камень. Я сосредоточилась на разметке, переходя на новый участок, когда мне велели, и оставив на долю руководителя площадки заботы о том, кого, куда и зачем он перемещает.

Мы передвинулись по окружности туда-обратно несколько раз, и я внезапно осознала, что мне это напоминает. Когда мне было лет семь, еще в доме, когда я жила с Иссетт, Кеоном и остальными, воспитатели учили нас танцевать. Мы становились в круг, взявшись за руки, и кто-нибудь из воспитателей командовал: два шага налево, потом два направо.

Здесь происходило в некотором смысле то же самое. Руководитель площадки называл шаги, и круг команд разметки и подъемников танцевал по его указке. Через какое-то время мы выучили схему танца и могли угадать, куда пойдем в следующий раз. Когда все переместились поближе к центру, поставили колышки по кругу меньшего диаметра и какое-то время работали там, прежде чем снова растянуться по большей окружности, я чуть не рассмеялась. Это было так похоже на школьные танцы! Мальчики, сходимся теснее и расходимся. Девочки, сходимся вместе и расходимся.

Танец складывался. Мы начали углубляться, передвигаясь вперед и назад по нашему кратеру так, чтобы не оставлять опасно высоких куч. Конечно, не все шло гладко. Почти постоянно кому-то приходилось разбираться с огромным валуном или балкой, перекрывающими участок двух, а то и трех указателей.

Нам, естественно, такое тоже попалось.

– Придется разрезать его на куски поменьше, которые можно будет погрузить на самосвалы, – вздохнул Роно, когда я стояла перед алмазитом огромной длины. – Разметчики, вам лучше работать вместе. Керен, ты режешь бластером на части, Джарра идет следом и ставит метки.

Меня не удивило, что Роно решил отдать лазер опытному Керену, а не вручил нестабильное из-за солнечной бури оружие новичку. Я, может, и сумасшедшая обезьяна, но тоже предпочитала такой расклад.

В другой раз мы подошли

к куску стены, который упорно цеплялся за жизнь и до сих пор был опасно высоким. Роно известил о проблеме. Перетц сначала поглядел на видео, передаваемое жуком, что мониторил наш участок, а потом подъехал посмотреть поближе на красных командирских санях. Танец замер, группы вывели с площадки, «Солнечный-5» предупредили, и стену подорвали зарядами.

Танец возобновился, но остальным тоже досталась своя доля приключений. Двоих разметчиков восьмичасовой зоны ненадолго засыпало, когда случился внезапный провал. Кому-то попался опасный аккумулятор энергии, с ним тоже разбирались какое-то время. Древний подвал пришлось, наоборот, заваливать камнями, потому что он уходил глубже, чем было бы безопасно в этом месте кратера. Слишком рьяного водителя самосвала сильно зацепило куском металла, даже повредило бронекостюм, и его пришлось отправить на базу для медосмотра. И за всем этим следил руководитель площадки. Я поражалась, как он со всем справляется.

Я совершенно потеряла счет времени в этом странном ни дневном, ни ночном свете, когда Перетц в очередной раз остановил танец. Я видела, что небо светится розовым, а не зеленым, и Роно уже предлагал стимуляторы, если кому нужно. Поисковики взяли таблетки, так как совершенно измучились, пытаясь разглядеть реальные угрозы на фоне безумных картин, вызываемых помехами. Всем остальным хватало адреналина в крови, стимуляторы нам не требовались.

– Говорит руководитель площадки. Мы собираемся обозначить третий круг, еще меньше, и какое-то время расчищать участок непосредственно над кораблем. «Солнечный-5», просьба сообщать о проблемах со щитами немедленно, поскольку наши разметчики будут прямо над вами. Безопасно работать там сможет только половина команд, поэтому группы зон два, четыре, шесть, восемь, десять и двенадцать, отправляйтесь на базу, у вас часовой перерыв. Спецсани оставьте на местах, туда и обратно вас отвезут. Всем остальным, к сожалению, до перерыва еще полтора часа работать.

К двухчасовому указателю подъехали перевозочные сани, и мы залезли на них.

– Добро пожаловать на борт, служба перевозок «Ахиллеса-1» приветствует вас! – бодро поздоровался водитель. – Мы доставим вас к дверям роскошного купола, где вас ждут еда, напитки, одеяла, спальные мешки и великолепные индивидуальные умывальники!

Несмотря на усталость, мы рассмеялись.

– Что за великолепные индивидуальные умывальники? – поинтересовался Роно.

– Ну, – признался водитель, – это всего лишь миски с водой, но мы очень старались!

«Ахиллес-1» действительно расстарался на славу. Нас доставили прямо к дверям купола, который сейчас назывался «Комната отдыха, два часа». Зайдя внутрь, мы обнаружили, что отопление включено на максимум, спальные мешки и одеяла уже расстелены, а на сооруженном из перевернутых коробок столе расставлено угощение и обещанные миски с водой.

– Я обожаю «Ахиллес-1», – с чувством сказал Роно.

Мы его хором поддержали.

Все скинули бронекостюмы, умылись и накинулись на еду и питье как оголодавшие – какими мы, собственно, и были. Потом растянулись на спальных мешках. После многочасового пребывания в бронекостюмах мы просто кайфовали, вовсю кайфовали.