Девушка на одну ночь

Мори Триш

– Да. Не то чтобы после той ночи я хотела увидеть его снова, но мне показалось, что он имеет право знать. Оказалось, что ребенок ему совершенно неинтересен. На тот момент он больше думал о том, как скрыть этот небольшой конфуз от жены.

– Вот подонок, – с неожиданной яростью бросил Лео.

– Все не так уж плохо. Зато теперь у меня есть Сэм. А еще именно после этого я решила начать новую жизнь, – улыбнулась она.

Заметив у берега серебристый блеск солнца на покатых спинах рыб, Ив взяла сына за руку и, заговорщицки

приложив палец к губам, осторожно подвела его к воде, стараясь не спугнуть стаю раньше времени.

– Смотри, Сэм, рыба.

– Лыба!!! – восторженно возопил малыш и радостно захлопал в ладоши.

Его аквамариновые глаза были такими счастливыми, что Ив невольно позавидовала своему маленькому сынишке. Как же все легко в детстве – самые простые вещи заставляют тебя радоваться и удивляться. Почему же с возрастом все так усложняется? Почему в какой-то момент весь мир начинает зависеть не от времени суток или окружающей обстановки, а от чувств, которые обуревают человека в определенный момент?

Желать Лео – это неправильно. Любить Лео – вообще невероятная глупость.

Нет, Морин ошиблась. Должна была ошибиться.

Настроение за ужином у всех было приподнятое, беседа текла легкой и приятной рекой, почему-то огибавшей то место, где сидел Лео. Ив все время с беспокойством поглядывала на него, но боялась задать прямой вопрос. Он казался рассеянным и задумчивым, словно его разум уже упаковал чемоданы и переместился в другое место, к новым сделкам, переговорам и победам. К другой женщине…

– Ты в порядке? – осторожно спросила она Лео, когда они медленно возвращались в их бунгало. – Может быть, хочешь немного прогуляться перед сном?

Ханна давно забрала Сэма, так что о малыше можно было не волноваться, он уже давно крепко спал в своей кроватке.

Лео тяжело вздохнул и вдруг сказал:

– Думаю, будет лучше, если сегодня я посплю на диване.

Эта фраза подействовала на Ив как гром небесный – на несколько мгновений она превратилась в соляной столб, не способная ни говорить, ни даже дышать.

– Ты хочешь сказать, что после трех ночей лучшего секса в моей жизни последнюю, единственную оставшуюся нам ты проведешь на диване? – наконец выдохнула она. – Ни за что!

Лео слабо улыбнулся и попытался взять ее за руку.

– Так будет лучше.

– Для кого? В чем дело, Лео? Почему ты не можешь просто объяснить мне, что происходит?

– Поверь, ты не хочешь этого знать.

– Не нужно решать за меня. Вчера все было прекрасно, что изменилось за сегодняшний день? Или дело в том, что тебе просто больше не нужно притворяться?

– Ты правда думаешь, что все это время я притворялся? – возмутился он.

– Нет, – чуть улыбнулась Ив. Такую страсть невозможно сыграть. – Тогда прекрати притворяться, что не хочешь меня сейчас, – попросила она, подойдя ближе и положив ладони ему на грудь. – Нам хорошо

вместе, ты сам говорил мне об этом. Так давай же насладимся последней ночью, которая осталась у нас.

Но Лео лишь помотал головой и поймал ее руки, не давая им продолжить путешествие по его груди.

– Почему ты не хочешь понять, что это для твоего же блага?

– Как я могу хоть что-то понять, если ты ничего мне не объясняешь? В чем дело? Это из-за твоих кошмаров?

Ответом ей стал стон, вырвавшийся из груди Лео. Стон полный боли, отчаяния и одиночества, от которого по коже Ив побежали мурашки.

– Не спрашивай, просто оставь. Оставь меня.

С этими словами он развернулся и быстрым шагом пошел прочь, оставив ее стоять на пустой тропе и смотреть ему вслед.

Подойдя к бунгало, Ив заставила себя широко улыбнуться. Ханне, ожидавшей ее в гостиной, не нужно было знать о ее проблемах. Хотя, даже если бы она захотела объяснить няне, что происходит, она не смогла бы этого сделать, ведь и сама ничего не понимала.

Попрощавшись с Ханной, Ив заглянула к Сэму. Малыш сладко спал, крепко прижимая к себе любимого мишку. Несколько минут она просто стояла у его кроватки, прислушиваясь к размеренному дыханию, и благодарила Бога за этот бесценный дар. Пусть она забеременела случайно, но это была лучшая случайность в ее жизни.

Вернувшись в спальню, Ив на несколько мгновений в раздумье застыла посреди комнаты, потом решительно забрала свои подушку и одеяло и отправилась спать на диван. Лучше уж она поспит там, чем всю ночь будет слушать скрипы и вздохи, издаваемые почти двухметровым мужчиной, пытающимся устроиться на полутораметровом диванчике.

Она бесконечно долго лежала в темноте, не в силах заснуть, пока не услышала шаги на террасе. Открыв глаза, она следила за темным силуэтом, вошедшим в бунгало. Сейчас он показался ей не опасным, как когда-то, а лишь бесконечно печальным.

«Подойди же ко мне, возьми меня на руки, отнеси в свою постель, займись со мной любовью!» – мысленно умоляла она Лео, но он лишь тяжело вздохнул, на мгновение остановившись рядом с диваном, и ушел в спальню. Она услышала щелчок замка на двери в ванную и закрыла глаза, из которых струились тихие слезы.

Она ему больше не нужна? Или он больше не хочет ее? Какая в сущности разница, если оба варианта с одинаковой силой ранят ее бедное сердце?

Может ли такая боль быть вызвана лишь обидой и ущемленной гордостью? Конечно да, иначе Ив придется признать, что Морин была права, а это невозможно.

Или?… Господи, неужели она влюбилась в Лео Замоса? Принимая его предложение, Ив знала, что рискует, но убедила себя в том, что сможет совладать со своими чувствами. Оказалось, что это не так-то просто и все то время, которое они провели на острове, она лишь глубже и глубже погружалась в этот любовный омут.