Девушка изо льда
Шрифт:
— Впервые вижу, что в картинной галерее используются живые цветы, — я сделала глубокий вдох и еще раз убедилась, что в красивой белоснежной вазе стоят живые красные пионы, наполняя нежным ароматом все вокруг. — Очень оригинально.
— Не то слово. Я тоже частенько останавливаюсь здесь, чтобы полюбоваться композицией и оригинальностью идеи.
Ваза с пионами была центром, а на диаметральных точках располагались две картины. На первой был изображен мужчина. В его руке яркий красный цветок пиона. На второй — женщина, за спиной которой — увядающий букет этих цветов, такой блеклый, что я не сразу его заметила.
— Как
— Обожаю пионы, — я ходила по кругу, рассматривая сюжет со всех точек. — Идея необычная, но знакомая. Нечто похожее я видела в музее Фаберже. Большая ваза стоит возле зеркала. Рисунок, который видят посетители — это пара, выходящая из усадьбы на прогулку, а в отражении — их возвращение домой.
— Я знаю, о чем вы говорите, Изольда, — довольно кивнула Лилиана. — Мы с вами на одной волне, и это замечательно.
— Насколько я помню символизм цветов, пионы — о вечной чистой любви. Мужчина влюблен и надеется на возобновление отношений, ведь его цветок живой и яркий, а женщина перестала на это надеяться. Ее пионы завяли.
— Мы с вами точно сработаемся! Браво! И я не хочу, чтобы вы сидели с бумагами в кабинете, Изольда. Однако, с этим мы сможем разбираться постепенно. Если вам нужно время, чтобы освоиться в коллективе и выйти в народ — оно у вас будет. Начнете как финансовый аналитик, а дальше будет видно.
— Спасибо, Лилиана.
Некоторое время назад у меня между лопаток появилось неприятное жжение. Это чувство было результатом чужого пристального взгляда. Я осторожно осмотрелась и… едва не споткнулась на ровном месте.
Он понял, что раскрыт и быстрым шагом приближался.
— Артур, — Лилиана подала мужчине руку и улыбнулась. — Рада тебя видеть. А я показываю новому сотруднику нашу выставку. Изольда, позволь тебя познакомить. Это мой брат, Артур Рустамович Баграмян.
— Очень приятно, Изольда. Необычное имя очень вам подходит, — мурлыкнул опасный зверь и обнажил в улыбке белоснежные зубы. — Лилиана умеет выбирать лучших из лучших.
— Благодарю за комплимент, Артур Рустамович.
Ой, мама дорогая! Ни одно фото не способно передать животного магнетизма, которым обладает этот мужчина. Артур распространяет вокруг себя ауру власти, силы и секса. Необузданного, дикого, всепоглощающего. Высокий, идеально сложенный, он прекрасно знает, какое впечатление производит на женщин, и сейчас внимательно считывает мою реакцию. Какое — то время назад у меня не осталось бы шанса выжить, но сейчас в моей крови антидот: Бессонов. Эти двое слишком похожи внешне и энергетически, поэтому я с интересом выискиваю разницу между ними, бросая короткие быстрые взгляды. Обморок от восторга отменяется, ситуация под контролем. Рассматривать таких альфа — самцов в упор себе дороже, поэтому прохожусь по касательной. Изображаю легкое смущение и перевожу взгляд на Лилиану, которая стала свидетелем нашей безмолвной дуэли.
— Спасибо за экскурсию, Лилиана. Жду договор и готова завтра выйти на работу.
— Через пару часов мой эйчар отправит все необходимые документы. Была рада нашему знакомству, Изольда. До встречи.
Я шла к выходу, стараясь не оглядываться и не нервничать, хотя жжение между лопаток сопровождало всю дорогу. Когда Андрей встретил у машины и открыл дверь, я заметила темный силуэт Артура за тонированными стеклами
Глава тридцать первая
Бес
Тяжелый день. Знаю, что Иза заезжала в старую квартиру и забрала вещи. Трекер, установленный в машине, показывает ее маршрут.
Наше сближение приостановилось, и я ума не приложу, что делать дальше. Тёма с удовольствием убежал в группу, звонко чмокнув меня в щеку. Любимая женщина — на собеседовании, а я, как дурак, сижу в кабинете с умным видом и провожу совещание. На самом деле потерял нить повествования уже на второй минуте. Все мысли — про Изольду.
— Денис Андреевич! Хм… — Пашка Соколов щелкает ручкой, пытаясь вернуть мое внимание. — Все в порядке?
— Да. Продолжаем. На чем мы остановились?
— Холдинг Винтер — Мет предлагает заключить долгосрочный контракт на поставку холодильного оборудования…
Какие к черту холодильники, когда Иза будет работать рядом с Артуром Баграмяном?! Я не видел ни одной женщины, которая смогла бы устоять перед этим горячим жеребцом! Прерываю докладчика и велю оставить всю документацию по сделке. Позже ознакомлюсь.
«Иза, как прошло собеседование? Все в порядке?»
Не могу дождаться вечера. На экране смартфона вижу, как машина Андрея возвращается домой. Я не был рядом со своей женщиной, но и себе не принадлежал. Так нельзя… Бизнес — это концентрация внимания, а я не могу толком провести короткое совещание. Нужно собраться с мыслями. Интересно, сегодня Иза видела Артура? Черт! Твою мать! Ручка ломается с громким треском, словно жалуется на жестокую судьбу и несправедливость, царящую в этом мире.
«Все в порядке».
Краткость — сестра таланта, ага! А подробнее нельзя?! Меня кроет, как пацана перед свиданием! Если бы знал, что с возвращением в Москву все станет только хуже — оставил бы семью в Пензе. Проще летать туда — сюда, чем задыхаться от бессилия и… сука! Никогда не думал, что скажу эту фразу! Мучаться от ревности! Да! Именно так! Я! Ревную!!! До трясучки, до спазмов и красной пелены в глазах. Ревную и боюсь. Я! Боюсь! Блядь! Боюсь не конкурентов, не бандитов, а ту, кто держит мое сердце в своих тонких пальчиках. Если Иза влюбится в Артура или еще в кого, мне придется ее отпустить. Без вариантов. Тёма… он — мой сын, и этого никто не отнимет, но моя девочка… Тут я бессилен. В висках стучит боль, картинка плывет перед глазами. Какая нахер работа?! Нажимаю кнопку на селекторе и отдаю распоряжение секретарю.
— Меня ни с кем не соединять! Всех переадресовывай на Соколова!
Подхожу к бару, наливаю виски. Нужно успокоиться. Срочно. Стрелки на часах еле ползут. До вечера — вечность. Сегодня все сговорились против меня. Набираю сообщение, которое сразу же прочитывает моя девочка.
«Я заберу Артема из сада».
«Хорошо».
И вновь кратко. Без вопросов, без занудных комментариев. Я люблю свою девочку за то, что могу видеться с сыном в любой момент, без ограничений. Просто люблю, но об этом Иза не знает, или не хочет знать. Задвигаю эту мысль в темный угол памяти и вспоминаю улыбку Артема и его голос. Ну хоть так переключусь. Сын без умолку болтает, рассказывает о своем лучшем друге — Мишке, хвастается поделкой, которую слепил из пластилина. Смешной синий заяц, хромой на правую лапу и косоглазый, едет с нами домой.