Девушка изо льда
Шрифт:
Пожимает плечами, хочет казаться равнодушной, но в серо — синих глазах вспыхивают искры. Еще не знаю — почему? Главное — реагирует положительно. Теперь лишь бы не перегнуть палку, а у меня просто руки чешутся обнять хрупкую девочку, зацеловать в благодарность за сына и просто… зацеловать, залюбить. В штанах такой стояк, что скулы сводит. Прячу его под полами куртки. Как буду скрывать дома — ума не приложу. С тех пор, как прозвучали два выстрела, у меня не было женщины. Другие не нужны, не интересны. Иза — одна. Моя, любимая. И я дождусь, когда она сделает шаг мне навстречу, а пока… потерплю.
— Приходи, играй. После ужина.
— А..?
—
Помню, конечно. Ладно, в форточку проскочить не удалось, просочимся через вытяжку. Возле дома я спускаю с плеч притихшего сына. Охрана, следовавшая за нами, исчезает в темном минивэне. Да, Бог уже за решеткой, но на свободе еще остаются пара его отмороженных приспешников. Менты над этой проблемой активно работают.
— Папа? Ты куда? — удивленный взгляд сына греет душу. Иза открывает дверь в квартиру, делает вид, что меня не замечает. Прикусывает губу. Мне знаком этот жест, и он предвещает проблемы. Что она себе надумала? Выныривает из мыслей и изображает улыбку. — Тема, все в порядке. Ты поужинаешь, и папа придет с тобой поиграть.
— И сказку? — хмурит брови мой маленький герой, глядя исподлобья. — Сказку хотю.
— И сказку тоже. Иди с мамой, сынок. Я рядом, — улыбаюсь обоим и исчезаю в соседней квартире. В отличии от крыла, где обустроились Иза и Тема, эта часть дома двухэтажная, просторная. Здесь живут мои люди, которые выделили мне отдельную комнату. Всяко лучше, чем жить в гостинице. Сама мысль о том, что от семьи меня отделяет лишь стена — радует. Я постепенно разберу эту стену по кирпичику и устраню преграду.
Кровь — не водица, а сыну нужен отец. Кажется, все будет даже проще, чем я ожидал. Пока моя любимая кормит Тёму, набираю психолога.
— Татьяна, добрый вечер.
— Здравствуйте, Денис. Как у вас дела?
— Потихоньку. Стараюсь следовать вашим рекомендациям. Есть вопрос.
— Слушаю.
— Девушка не называет меня по имени. Вообще. Никак.
— А как она с вами общается?
— Только когда видит меня. Что делать? Это плохо?
— Хм… Скорее хорошо, чем плохо. Будет намного хуже, если она станет называть вас так, как делала это в тяжелое для нее время. Девушка не хочет возвращаться в прошлое, но новое имя… Его еще нужно заслужить, Денис. Не спешите, не подталкивайте ее. Всему свое время. Запасайтесь терпением.
— Спасибо. Я понял.
— До свидания, Денис.
Терпение! Его у меня никогда не было. Если мне было что — то нужно — я брал. Или отбирал. Молча и быстро. Но снова быть Бесом я точно не хочу. Лучше какое — то время оставаться никем, безымянным.
«Тёма поужинал». Отлично. Я уже успел переодеться, осталось только открыть дверь в соседнюю квартиру.
Изольда.
Артем слишком быстро идет на сближение с отцом. Меня эта скорость пугает. Осторожный и чуткий ребенок нырнул в новое знакомство с головой. Что я буду делать, когда Бес наиграется в семью и исчезнет с нашего горизонта? Что скажу сыну? Папа в пожизненной командировке? Он — космонавт и улетел на Луну? Зачем я согласилась на эту авантюру? Хотя… какой был выбор? Никакого. Постоянно скрываться — не вариант. Атос, Портос и компромисс, чтоб его…
Кусаю губу, чтобы скрыть нарастающее раздражение, а тут, как назло, Тёма удивляется, что папа уходит. Гашу эмоции, остаюсь нейтральной. Мне предстоит вечер рядом с Бесом. Господи, дай сил и терпения! Хотя нет, лучше терпения
Бес появляется в квартире с большим пакетом в руках. Домашние серые брюки, хлопковая рубашка. Уютный и надежный, как гора. Скорее, как спящий вулкан, в недрах которого фиг знает, что происходит. Рукава закатаны до локтя, открывают сильные руки. Те самые, которые… Черт, меня опять отбрасывает в прошлое. Стоять, Изольда! Там опасно! Переключайся срочно! На мой безмолвный вопрос Бес смущенно улыбается.
— Игрушки для сына.
— Папа! — Темка вылетает из своей комнаты и обнимает отца за ноги, словно давно не видел. Вот черт! Я стараюсь не замечать торжествующей улыбки на лицах мужчин, но почему — то начинаю чувствовать себя злой мачехой — разлучницей. Вот уж фиг вам! Не дождетесь! И да, делаю заметку — нужно обсудить эту тему с психологом. Мне еще подобных комплексов не хватало!
— Иза, мы тебя ждем, — нахально заявляет Бес, сверкая глазами, пока сын потрошит подарки, пища от радости. — Вместе играть веселее.
— Без меня справитесь. Я пока поработаю. Играйте, — ухожу на кухню, оставляя дверь в комнату сына открытой. Интуитивно чувствую, что сейчас собственными руками создаю проблему, но не могу найти из нее выхода.
Два часа пролетает незаметно. Откладываю бумаги, потягиваюсь, прислушиваясь к разговору. Тёмка не умолкает ни на миг, транслируя каждое действие. Радостный смех, визг… и я в стороне от всего этого. Твою мать!
— Артем, я готовлю ванну. Будем мыться, и спать, — сообщаю громко и открываю кран. — Уже поздно. Уберись в комнате.
— Ну маааам. А сказка?
— Будет тебе сказка, — моментально отзывается Бес, — я почитаю. Где лежат твои игрушки?
— Там! — палец сына тычет в темный угол, где стоит большая коробка. — Вместе?
Это любимое слово моего Водолейки. Вместе. Кушать, спать, гулять, смотреть на небо и смеяться. И даже плакать лучше вместе.
— Конечно, вместе, — отзывается свежеиспеченный папуля, бросая на меня быстрый взгляд.
— Мама, мы все!
Довольно заявляет Артем, сидя голышом у папы на руках.
— Ну… он сказал, что нужно раздеться. Принимай сына. Я посмотрю, не возражаешь?
— Не возражаю. Если хочешь, и тебя намылю, — брякнула, не подумав, опуская ребенка в теплую воду, наполненную ароматными пузырьками. Зря брякнула, потому что услышала за спиной шумный рваный вдох. Вот черт! Я имела в виду «намылю голову», типа взбучку устрою, а получилось… Короче, Акелла позорно промахнулся.
— Я бы не возражал, — хрипло отозвался Бес. — Жалко, что тут места мало.
С шумом и гамом мою ребенка, разбрызгивая воду. Радуюсь, что под длинными рукавами легкой рубашки не видны мои руки, покрывшиеся гусиной кожей. Эти мурашки… они родом из прошлого, как и низкий голос. Накрывает воспоминаниями, от которых я предпочла бы избавиться раз и навсегда. Стряхиваю наваждение, возвращаюсь в реальность. Моя реальность — сын с пенной шапкой на темных волосах, который гоняет по ванне резиновую непотопляемую уточку, и крупная фигура за спиной. Тень из прошлого просочилась сквозь щель стены, которую я так старательно строила, и сейчас она становится причиной панической атаки. И ведь некого винить, сотворила проблему собственными руками! Чертовы атаки! Я думала, что уже победила в этой борьбе. Ошиблась.