Девушка из грез
Шрифт:
– Я не могу без нее, понимаете? – глухо рыкнул маг. – Не могу.
Спальню вновь окутала тишина.
Тетушка Тьяна опомнилась первой, спросила осторожненько:
– А что вы решили потом?
И опять тяжелый вздох, а на лице улыбка, исполненная такой грусти, что самой плакать хочется.
– А потом я вышел на балкон, окинул взглядом те самые поля и леса и вспомнил, что я не просто наследник герцога Даорийского. Я единственный потомок рода. И я не могу, не имею права, отрекаться от этой земли. Она пропитана кровью моих предков.
– И вы решили бороться? – В голосе призрака звучало восхищение, смешанное с восторгом.
Прежде чем ответить, Райлен подарил мне исполненный нежности взгляд. И улыбку. Невообразимую…
– Да. Именно так.
Все это было настолько… по-настоящему, что сил осадить брюнета попросту не нашлось. Вместо возмущения в душе расцветала нежность, сердце замирало, а к глазам подступали слезы. Я уже начала жалеть о несостоявшемся поцелуе, когда тишину нарушил недоверчивый голосок тетки:
– Господин маг, а как вы оказались в Вайлесе? Если я хоть что-то понимаю в этой жизни, ваш отец не должен был допускать этого визита.
– А он не допускал.
Тетушку такой ответ, разумеется, не удовлетворил. Призрачная дама потребовала подробностей.
– Золото, госпожа Тьяна, – нехотя признался черноглазый.
– Сколько? – встрепенулась покойница.
Вопрос Райлену явно не понравился.
– Зачем? – холодно спросил он.
– Господин маг, я настаиваю. – Тетка явно решила дожать, даже кулаки в бока уперла. И тот факт, что в положении сидя этот жест выглядит не грозно, а смешно, ее не волновал.
Брюнет скривился, словно ему дохлую крысу под нос сунули. Но все-таки сказал…
– Сто тысяч золотых за назначение. И полмиллиона, чтобы герцог Даорийский пребывал в уверенности, будто это назначение крайне необходимо короне.
О Богиня!
Мы с тетушкой переглянулись и, уверена, подумали об одном и том же – лучше бы он молчал!
– Вы крайне… неблагоразумный молодой человек, – прицокнула языком Тьяна.
Райлен ухмыльнулся, и только.
Призрачная женщина неохотно поднялась на ноги, отряхнула эфемерное платье, красивым жестом поправила прическу. После окинула брюнета долгим внимательным взглядом, спросила:
– А от меня чего хотите?
– Помощи, госпожа Тьяна.
Покойница вздернула подбородок и застыла, демонстрируя, высшую степень внимания.
– Мы с Соули, просим вашего содействия, – признался черноглазый. – Понимаете, мой отец с величайшим уважением относится к предкам и их мнению… Если умершие выразят согласие на этот брак, ему придется пересмотреть свое решение.
– То есть вы хотите, чтобы я отправилась за Грань, отыскала вашу родню и убедила явиться к герцогу Даорийскому?
– Именно. Но прежде объяснили семье, что брак с Соули необходим и неизбежен.
– Ну теперь-то конечно, – не без ехидства
Брюнетистый лгун как будто не выдержал – наклонился и поцеловал в макушку. Сказал с невероятной нежностью:
– Мы не для них старались.
О Богиня! Пошли мне обморок! Я больше не могу, не хочу выносить этот фарс!
Тетушка от такого заявления онемела, а маг хмыкнул и выдал совершенно возмутительное:
– Мы сделали это для вас, госпожа Тьяна.
– Что?! – ошарашенно воскликнула тетка.
– Госпожа Тьяна, – в голосе Райлена звучала все та же нежность, – мне известно, что вы крайне щепетильны в вопросах этикета. И я был убежден – выслушав эту историю, посочувствуете, и только. Будучи женщиной разумной и правильной, вы не одобрите наш брак, потому что любовь… любовь – повод недостаточный. А вот беременность…
Призрак таки не выдержал.
– Хватит! – воскликнула тетушка. Она была невероятно серьезна. – Да, вы крайне неблагоразумный молодой человек, но… я сделаю то, о чем просите. И прослежу, чтобы ваши… хм… родственники приложили все усилия. Не ради вас, ради Соули!
– Благодарю. – Райлен отвесил призраку галантный поклон, а мне подарил исполненный нежности взгляд.
Тетушка тоже взгляд подарила… осуждающий. К счастью, спрашивать, как я решилась на это безумие, не стала.
– Госпожа Тьяна, и еще…
– Что? – вмиг насторожилась тетка.
– Я очень обеспокоен поведением Милы и Лины. До недавнего времени это было не моим делом, но теперь, когда мы с вами почти родственники, молчать не имею права.
– И? – подтолкнула призрачная дама.
– И я прошу о еще одной услуге… По возвращении, если вас не затруднит, займитесь девочками вплотную. Вы же понимаете – они сейчас в самом сложном возрасте, за ними глаз да глаз нужен. Конечно, господин Анрис и госпожа Далира уделяют внимание, но этого явно недостаточно.
Все. Я окончательно выпала из реальности. Подумала: а может, это сон? Жуткий нелепый кошмар, из тех, от которых невозможно очнуться, пока не досмотришь до конца?
– Если вы будете являться раз в две-три недели, то я смогу внести вас в отчетность как призрака нестабильного. В этом случае коллега, который придет после меня, не станет устраивать на вас охоту. Вам ведь известно, что с нестабильными призраками связываться не любят – слишком непредсказуемы.
Различить выражение призрачного лица было невозможно, но я чувствовала – госпожа Тьяна сияет.
– Я по-прежнему считаю вас крайне неблагоразумным, господин маг. Но вы мне нравитесь. Теперь ясно, почему Соули без ума от вас.
Что?! Кто без ума? Я без ума?! Я с умом! Я… я…
Райлен расплылся в счастливой, но довольно сдержанной улыбке. А тетка тряхнула призрачной головой, сказала деловым тоном:
– Ладно. Не будем терять время. Чем раньше решим вопрос со свадьбой, тем лучше.