Девушка из бара
Шрифт:
— Простите, — улыбнулся мужчина и посторонился.
Джесси посмотрела вслед мужчине. Что-то в нем показалось ей знакомым. Тут она поняла, что он напомнил ей Брока, то же телосложение, та же улыбка.
Мысли об этом мужчине вылетели у нее из головы, когда она увидела палату 414. Свет падал в коридор из открытой двери. Брок не спал.
У нее заколотилось сердце. Как глупо нервничать. Она так много общалась с ним по электронной почте и периодически по телефону, что, казалось, вывернула перед ним всю свою
Не позволяя себе раскисать, Джесси распрямила плечи и вступила в полосу света.
Брок полулежал в кровати, опершись на поднятую спинку. Его грудь была обнажена, а загорелая золотисто-коричневая кожа контрастировала с яркой белизной простыни и высокой гипсовой повязки на левой ноге. Подойдя ближе, Джесси заметила кровоподтеки и синяки на левом плече и предплечье.
Несмотря на горевший свет, его глаза были закрыты. Даже во сне его лицо было напряжено, а брови нахмурены.
Она подошла к кровати и осторожно дотронулась до его руки.
— Брок.
Он мгновенно открыл глаза, все те же яркие синие глаза, которые она так хорошо помнила, но без прежнего энергичного выражения во взгляде, к которому она привыкла. Джесси было невыносимо видеть, насколько сломлен такой сильный человек.
— Джесси. — Он протянул руку и сжал ее пальцы. — Тебе не следовало приходить сюда так поздно.
— Ты вернулся. Ты ранен. Естественно, я пришла. — Она взяла его руки в свои. — Как ты себя чувствуешь?
Он только покачал головой.
— Я не буду хорошим собеседником.
— А мне это и не нужно. — Она села возле его кровати. — Ты не должен развлекать меня.
— Где Элли?
— Я отвезла ее к Эмили. Она пробудет там всю ночь. И не говори мне, что я не должна оставаться, потому что я не уйду.
Уголок его рта дрогнул в улыбке.
— Упрямая.
— Конечно. — Она немного расслабилась. — Скажи мне, что говорят доктора?
Этот вопрос лишил его всякого воодушевления.
— Они остались довольны результатом операции, но из-за разрыва связок сомневаются в том, что моя нога будет когда-нибудь такой же сильной, как раньше. Им пришлось вставить пару стержней в голень. Мне предстоит провести шесть-восемь недель в гипсе, а потом делать физиотерапию.
— Брок, ты такой здоровый, сильный и упорный человек. Ты справишься с этим. — Джесси сжала его руку. — Сколько тебе придется еще пробыть здесь?
— Надеюсь, что только сегодняшнюю ночь. — Он закрыл глаза и беспокойно заерзал. — Даже этого слишком много.
Джесси подумала, что ему очень неудобно лежать в этой позе.
— Почему бы тебе не опустить спинку кровати?
Не услышав его возражений, она помогла ему лечь, взбила подушки. Он больше не разговаривал и уснул беспокойным сном.
Спустя некоторое время Джесси
Он не хочет задерживаться в больнице, что ее вполне устраивало. Она заберет его домой, где сможет ухаживать за ним.
Нужно только найти кого-то, кто скажет, как именно это делать.
Брок почувствовал, когда Джесси ушла. И когда пришла. Он всегда чувствовал, когда она рядом.
Всегда, черт возьми! Как будто они и в самом деле провели долгое время вместе.
Возможно, он вообще заблуждается, думая, что ей интересен, поскольку она так откровенно делилась с ним, когда он находился вдалеке. Разве он сам не советовал своим морякам не питать излишних иллюзий, доверившись переписке по Интернету? Не говорил, что безличное общение вызывает ложное чувство интимности?
Входили сестры, делали уколы, меняли капельницу и уходили. Он не обращал на них никакого внимания. Только спросил, нет ли у них более удобного стула для Джесси.
Они принесли узкую раскладушку, и Джесси, свернувшись клубочком, легла набок, повернувшись к нему лицом. Джесси не разговаривала, чему он был рад, поскольку не был расположен к разговорам, но несколько раз она брала его за руку.
Тепло и нежность ее прикосновений успокаивали его. Джесси пожертвовала комфортом своей постели и заботой о своем ребенке ради того, чтобы остаться с ним.
Он не стал бы просить ее об этом, но был рад, что она здесь с ним.
Около семи утра, когда раннее утреннее солнце осветило комнату, подчеркнув все великолепие рыжих волос Джесси, он посмотрел на нее, спящую, и принял решение: что бы ни сказали врачи, он сегодня уедет домой.
Его дом никогда не казался ему таким мирным, надежным и спокойным, как сейчас. И это связано только с Джесси.
И это, кстати, пугало его больше, чем любая плохая новость, которую могли сообщить ему врачи.
Глава восьмая
Раздавшийся в тот день звонок в дверь вызвал у Джесси двойственное чувство облегчения и легкой тревоги.
Без сомнения, это были Эмили и Джейк, которые принесли Элли. Сегодня Брок первый раз увидит Элли, не считая того его короткого визита, когда ей было всего несколько часов от роду. Что он подумает о ее драгоценной малышке?
Джесси быстро сполоснула и вытерла руки и поспешила к двери. Она бросила взгляд на Брока, который сидел в кожаном кресле. Казалось, он спал, но она его знала. Он мог сидеть, откинувшись на спинку кресла, с закрытыми глазами и склоненной набок головой, а когда она бросала на него взгляд в следующую минуту, оказывалось, что он наблюдает за ней.