Девушка из бара
Шрифт:
– Да, иди, я закрою.
– Спасибо, я немного устала.
Лейси пожелала всем спокойной ночи и пошла наверх. С чувством некоторого разочарования она отметила, что из-под двери Бобби не пробивается свет. Но не было слышно и проникновенных звуков музыки, а это свидетельствовало о том, что он не помирился с Дарлой и не привел ее домой. Лейси не нравилось, что ей это было приятно.
Стараясь не шуметь, Лейси вошла в свою неосвещенную квартиру. Закрыв дверь, она осмотрелась, не зажигая электричества.
Положив сумочку и ключи на столик, она направилась в спальню. Задержалась было у двери Робин, чтобы поговорить, наверстать упущенные дни, но решила, что уже поздно. Тем не менее стоило ей сделать очередной шаг, как она услышала оклик Робин:
– Мама?
– Да, сладкая.
Когда Лейси вошла в комнату дочери, Робин уже сидела, подложив под спину гору подушек. На нее падал лунный свет, и выглядела она такой юной, такой беззащитной, что Лейси почувствовала, как у нее защемило сердце.
– Мы можем оставить себе машину?
Лейси вздохнула:
– Это не тот подарок, который мы можем принять. По крайней мере я так считаю. Но посмотрим, утро вечера мудренее. Как дела в школе?
– Прекрасно.
Лейси присела на кровать и погладила дочь по голове. Это было то же чудесное ощущение, что и в прежние времена: только она и дочь. Лейси не хотелось думать о том, что их близости приходит конец.
– Знаешь, Джейни Филипс пригласила меня на вечеринку по случаю дня рождения. С ночевкой, а она самая популярная девочка в моем классе.
Лейси улыбнулась, радуясь за свою дочь.
– Ты ведь не против, если я пойду?
Лейси заколебалась, хотя это длилось всего секунду.
– А там будет кто-то из взрослых?
– Да, – с заминкой проговорила Робин.
– Тогда хорошо.
– Отлично. Пока у нас есть машина, ты могла бы, наверное, отвезти меня, да и Эмбер бы прихватили.
Запоздалое чувство досады кольнуло Лейси, едва она осознала, что сама создала проблему. Но тут Робин начала рассказывать ей обо всяких важных для подростка делах.
Лейси вслушивалась в каждое слово дочери, наслаждаясь звучащими в ее голосе счастливыми нотками. Она была так убаюкана охватившим ее спокойствием, что чуть не пропустила последнюю фразу Робин.
– Что? – переспросила, выпрямившись, Лейси.
Робин сменила положение и сложила руки поверх одеяла.
– Как можно узнать, что ты по-настоящему влюблена?
Лейси судорожно вздохнула, будто получила удар.
– Почему ты спрашиваешь?
Робин пожала плечами:
– Просто интересуюсь.
Лейси натужно засмеялась и встала.
– Ты еще слишком мала, чтобы
– Мама, я уже не ребенок.
– Конечно, нет. – Сглотнув застрявший в горле ком, Лейси с трудом изобразила улыбку. – Но тебе всего пятнадцать. А в пятнадцать лет не влюбляются.
– Мама! Ты ведь знаешь, что мне почти шестнадцать. Ты же не можешь запретить мне научиться водить автомобиль, а уж замечать мальчиков тем более. Я обязательно получу водительские права. И я собираюсь встречаться с мальчиками. Это то, что делают все подростки.
– Робин, пожалуйста, давай поговорим об этом утром. – Лейси направилась к двери.
– Но ведь разговора не будет! Ты всегда так отвечаешь. В один прекрасный день ты наконец поймешь, что тебе не удастся все время считать меня ребенком.
Лейси резко повернулась.
– Дело не в твоем взрослении. Я хочу уберечь тебя! Мальчики причинят тебе боль.
Слова четко прозвучали в маленькой освещенной луной комнате. Радость Лейси улетучивалась по мере того, как набежавшее на луну облако скрывало ее.
– О, Робин, я не хочу, чтобы тебе причинили боль. Пока еще тебе трудно понять, что всего одна ошибка, один неверный шаг могут кардинально изменить всю твою жизнь.
Они смотрели друг на друга. Лицо у Робин покрылось красными пятнами.
– Мне жаль, мама, что тебе причинили боль. Но я не ты, – заявила она со свойственной юности категоричностью. – Я – это я, я не такая, как ты, и не нужно постоянно примерять на меня свои ошибки.
Лейси показалось, что у нее перестало биться сердце.
– Мне жаль, что ты забеременела и я разрушила твою жизнь...
Заломив в отчаянии руки, Лейси упала на колени перед своей дочерью.
– Никогда, никогда не говори так. Ты моя единственная радость. И ничего ты не разрушила.
– А разве не это ты имеешь в виду, когда говоришь, что один неверный шаг может кардинально изменить жизнь? Если бы ты не родила меня, то вела бы совсем другую жизнь. У тебя были бы подруги, и ты с ними ходила бы развлекаться. Ты закончила бы высшую школу и поступила бы в колледж...
– Но у меня не было бы тебя, а это я не променяла бы ни на каких подруг и ни на какие развлечения. – Лейси схватила дочь за руки. – Ты ведь веришь мне, Робин, да?
Робин обеспокоенно заерзала.
– Робин, скажи, что ты веришь мне.
– Конечно. – Робин легла, повернувшись к ней спиной. – Спокойной ночи, мама. Я устала, а завтра школа.
Лейси застыла, не уверенная, что сможет пошевелиться, но Робин явно не хотела уступать, и она поднялась с пола. Лейси отправилась в свою спальню, стараясь ни о чем не думать, сняла одежду и прошла в ванную. Она отрегулировала воду, чтобы была погорячее, и встала под душ.