Девушка индиго
Шрифт:
– Спасибо, миз Лукас. Может, Сони и Того мне в помощь. И Питер.
Я с одобрением отметила про себя, что он выбрал трех наших самых крепких и сноровистых работников. А поскольку урожай на плантации уже собрали, самое время было заняться ремонтом.
– Хочу, чтобы зимой тут все были в тепле и безопасности. Только пусть не забывают о прополке, – добавила я.
Квош кивнул и, поколебавшись немного, осмелился уточнить:
– Вы сказали «пошлю за бревнами», слыхал я? Вы посылайте, только так, вам не надо самой ехать в Уаккамо без отца.
Я покосилась на него. Квоша я, разумеется, взяла бы с собой в поездку на другую
Я тяжело сглотнула. Осознание того, с какими реальными угрозами я могу столкнуться в отсутствие отца, отозвалось неприятным холодком под ложечкой.
– Конечно, Квош. Я кого-нибудь пошлю.
Стало быть, мне придется найти другой способ расспросить тех рабынь про их синие юбки.
Повозка бодро погромыхивала на поворотах. Я надеялась, что заходящее солнце позволит воздуху немного охладиться, но вместо этого он словно загустел и теперь кишел комарами. Эсси перед нашим отъездом из Уаппу настояла на том, чтобы мы с Полли намазали открытые участки кожи розмариновым и лимонным маслами, и теперь оставалось уповать на то, что это снадобье защитит нас от укусов.
– Квош, ты не знаешь, в какое время года лучше сажать индигоносные растения?
– Нет, миз Лукас.
– Что ж. Может, кто-то из женщин в Уаккамо про это слышал. Поспрашиваешь у них?
Он кивнул.
– Спасибо, Квош. Что бы мы без тебя делали…
Эти слова вырвались у меня сами собой, и я вдруг почувствовала неловкость. Благодарить человека за помощь, при том что у него нет выбора, помогать тебе или нет, – какая нелепица! Я каждый день говорила «спасибо» прислуге. И Эсси. Выражала признательность, не задумываясь. Но сейчас мне это показалось вопиющим недоразумением. Как можно благодарить тех, кто не вправе тебе отказать?..
Мои слова висели в воздухе дохлыми рыбами, пока я сидела с открытым ртом, не зная, что еще сказать.
– Хорошо, что ваша семья приплыла сюда жить на плантации, миз Лукас. – Голос Квоша прозвучал тихо и скрипуче, как колеса повозки.
Я закрыла рот. Потом кивнула и быстро заморгала. Но к счастью, он в это время смотрел на дорогу впереди.
8
На протяжении следующих нескольких недель мы с Квошем, когда тот не был занят ремонтными работами, искали и расчищали участки земли, где можно было бы посеять вайду, семена которой дал мне мистер Дево, а также немного имбиря. Еще мне хотелось расширить посадки люцерны.
Я отрядила Того, Индейца Питера и Сони вспахать землю на расчищенных участках и удобрить ее, чтобы все было готово к посеву.
Вырубить сливовые деревья мы не могли, разумеется, поэтому я решила ограничиться длинной узкой полосой земли, которая тянулась с заднего двора нашего дома от берега в глубь материка.
Я написала Старрату послание с просьбой предоставить Квошу древесину для ремонтных работ и каждый день проверяла самодельный почтовый ящик – корзину, которую мы повесили на причале, – всё ждала, что кто-нибудь с проходящей лодки бросит туда письмо или посылку с семенами от отца, которые он обещал прислать мне с Антигуа. Но время шло, и мы в конце концов посадили покамест вайду.
Квош съездил в Уаккамо и привез бревна,
Погоды стояли засушливые, дождей было меньше обычного, однако через несколько недель люцерна и имбирь уже дали всходы.
Наступил конец августа, а ростки вайды и не думали показываться из-под земли, и посылка с семенами от отца всё не прибывала. Чувство, что время проходит впустую, становилось с каждым днем невыносимее и преследовало меня неотступно. Я то и дело мысленно взывала к Бену, гадая, что бы он сказал. Может, мы посадили вайду слишком рано? Или слишком поздно? Или почва оказалась для нее негодной? Я представляла себе, как незримо следую за ним по полям индигоферы, которые он обходит дозором. Сейчас Бен уже должен выглядеть, как мужчина. Он всегда был выше меня, а теперь я рядом с ним, наверное, покажусь коротышкой…
Я пригласила мистера Дево осмотреть наши поля с новыми посадками, и он, заметив, что участок расположен слишком высоко, поэтому земля там в недостаточной степени напитывается влагой, сказал, что семена, возможно, нуждаются в двойном поливе. В первый раз их нужно поливать перед рассветом, чтобы вода впиталась и дневная жара не успела выпарить влагу. Я поручила это Того – теперь ему надлежало поливать участок с вайдой и еще несметное число овощей и трав, которые мы посадили на сильно разросшемся огороде. Олени очень обрадовались такому нежданному подарку, в результате нам пришлось сделать деревянное ограждение – получился обширный сад, где рабы тоже могли обрабатывать свои грядки, не опасаясь за урожай.
Маменька, несмотря на свирепый августовский зной, который слегка умерил свое буйство лишь с приходом сентября, чувствовала себя довольно сносно. Однако дел у меня было по горло, так что светскую жизнь мы почти забросили, откликнулись лишь на несколько приглашений от супругов Пинкни и других соседских семейств. Ездили к Вудвордам и к их вдовствующей дочери Мэри Шардон, о которой мне говорила миссис Пинкни; Мэри сразу же внушила мне симпатию.
При папеньке мы старались все вместе посещать церковь хотя бы дважды в месяц, и я решила, что надо бы нам в ближайшее воскресенье там побывать. До белостенной церкви прихода Святого Андрея было миль пять пути от побережья. Приход возглавлял его преподобие Ги, милейший человек, который увещевал прихожан не пропускать службы добрым словом, вместо того чтобы сурово стыдить тех, кто порой отсутствовал. Для себя я решила, что это будет неплохая возможность познакомиться с местными плантаторами. Так или иначе, до церкви прихода Святого Андрея добираться нам было не так долго, как до города, где находился собор Святого Филиппа.