Девушка для секс-эскорта

Бетс Хейди

Дыхание Чейза врывалось ей в ухо, тяжелое и резкое, в пару ее собственному. Нескольких мгновений оказалось достаточно, чтобы охватывающее обоих желание стало невыносимым и разорвало их на миллион осколков. Крепко обнявшись, ловя ртом воздух, они медленно опустились на кровать.

Несколькими минутами позже его грудь приподнялась от звучного смешка. Он слегка передвинулся, устраиваясь поудобнее, помещая ее в изгиб своей руки.

– Начинаю понимать, почему так нахваливают секс после ссоры. Может, позднее нам опять поругаться и повторить все заново?

Она

хмыкнула, не сомневаясь, что у нее не хватит сил ни ссориться, ни заниматься любовью с таким же неистовством. Будет чудом, если ей вообще удастся подняться на ноги в ближайшую неделю.

Глава 7

Стоя в углу громадной переполненной залы, Чейз, спрятав руки в карманы, возил тяжелым ботинком по блестящему полу. Везде толклись взрослые, выпивая, смеясь, расхватывая крохотные сандвичи и кусочки сыра с воткнутыми в них странными зубочистками.

По крайней мере он думал, что это так называется. Когда они только вошли, Чейз хорошо рассмотрел, что разносят на подносах официанты, и решил, что там нет ничего пригодного для еды.

Богатый, дорогой дом был разукрашен к Рождеству. Санты, олени, падуб, снежинки, колокольчики, ангелы, омела… все, что имело хоть какое-то отношение к Рождеству, можно было отыскать в этом музее.

Он ненавидел такую показушность. Если б мама с папой не заставили его идти на эту дурацкую вечеринку, в этот дурацкий старый особняк, он остался бы дома, посмотрел телевизор или отправился с братом в конюшню.

Из случайно подслушанных разговоров родителей он узнал, что в последнее время дела их семьи идут не блестяще. Виктор Санчез нанял его отца для какой-то работы с лошадьми и хорошо заплатил, поэтому, получив приглашение в его дом на празднование Рождества, отказаться было невозможно. Невежливо, как считала мать Чейза, не принять приглашение.

Но Чейзу все равно было непонятно, зачем надо идти ему или Мичу. Если родители желают пообщаться с Санчезами и произвести на них хорошее впечатление, отлично, но ему-то зачем время тратить?

Тут было совсем мало подростков, а те, что присутствовали, выглядели настоящими снобами. Кое-кого из них он знал, все принадлежали к школьной элите, кругу избранных, куда их с братом никогда бы не допустили.

Он не жаловался. Ему нравилась его жизнь, нравилось ездить на лошадях и помогать отцу ухаживать за скотом на ферме. Будь его воля, он бросил бы школу и проводил дни с животными, объезжал бы своего любимца Скайволкера.

И ни за что не надел бы нелепый костюм, с галстуком, грозящим его удушить. Он дернул за воротник, пытаясь ослабить дьявольскую петлю раньше, чем она совсем перекроет ему воздух.

Тут присутствовала единственная персона, вызывающая его интерес, – дочь мистера Санчеза. Она была на год-два младше Чейза, и он несколько раз видел ее в школе, но у них разные компании.

Санчезы были богаты.

Рэмсеи – нет.

Елена Санчез была популярной, шикарной девчонкой.

Никто не сказал бы, что внешность у Чейза такая, словно ему заехали в нос кирпичом, но девчонки не обращали внимания на ребят в поношенных джинсах, пыльных ботинках и потрепанных ковбойских

шляпах.

Что, естественно, не означало, будто парни в потрепанных джинсах не заглядывались на хорошеньких девочек в дорогих нарядах.

И Чейз давно наблюдал за Еленой. Он не признался бы в этом, даже если бы брат взял его за шкирку и пригрозил ткнуть головой в грязный пруд, который они все никак не могли собраться вычистить.

Чейз нервно, нерешительно хмыкнул и начал возить по полу ботинком еще интенсивнее. Он не решался подойти к ней в школе, когда рядом столько других ребят, но сегодня, возможно, получится.

Это ведь рождественская вечеринка. У всех праздничное настроение, а значит – ждешь от них большей покладистости.

Так, может…

Оглядевшись по сторонам, он сделал несколько нерешительных шагов, оторвавшись от своего поста у стены. Мать с отцом болтали с другой парой в дальнем конце зала. Брат танцевал с какой-то хорошенькой девушкой, улыбаясь и кружа ее по центру зала, специально расчищенного для этой цели. Оркестр из восьми музыкантов старался вовсю.

А напротив стояла Елена с несколькими подружками. Они тоже казались знакомыми. Он помнил, что их звали Тиша, Лесли, Стефани и Кэнди, а фамилий не знал. Хотя – какая разница?

Он выбрал самый длинный путь, огибая толпу, шаркая ногами там, где следовало делать длинные, уверенные шаги. Но это брат – спец по девочкам. Чейз тоже находил с ними общий язык, но по большей части его знакомые принадлежали к типу сорванцов и скорее были из разряда “своих парней”, чем подружек.

Елена определенно не из сорванцов, и она будет первой девушкой, которую он пригласит танцевать… если решится.

Теперь он стоял у стойки буфета, совсем рядом с ней. Мимо прошел человек, врезался в Чейза и пошел дальше, не извинившись и вроде даже не заметив. Типичный случай, подумал Чейз. Если ты не один из них – богатых и преуспевающих, – ты словно и не существуешь.

Стараясь не дрейфить, он глубоко вдохнул, вынул руки из карманов и шагнул вперед.

Елена не сразу заметила его. Зато ее подружки среагировали почти мгновенно. Каждая из четверых постаралась превзойти остальных в демонстрации холодности и презрения. Еще бы – по их мнению, он только вылез из конюшни и весь пропах навозом.

Чейз решил игнорировать их, сосредоточив внимание на Елене.

– Привет, – произнес он, опять запихивая руки в карманы.

Она поглядела на него, на подруг, снова на него.

– Добрый вечер.

Ее ответ мог бы быть дружелюбнее, но и совершенно ледяным его не назовешь. Он решил не отступать.

– Весело, правда?

Очередные недоуменные переглядывания стоящих рядом девчонок. Ее лицо сохраняет все то же неопределенное выражение, не слишком заинтересованное, но и не такое высокомерное, как у других членов маленького клана.

– Да.

Вынув руки из карманов, он одернул пиджак, вытер вспотевшие ладони о штаны.

– Слушай, не хочешь потанцевать? – торопливо спросил он, чувствуя, как пылает лицо, и сопротивляясь неудержимому желанию ослабить удавку галстука.