Девственница
Шрифт:
— Одну ночь, Джура, — попросил он, умоляюще глядя на нее. — Пожалуйста, дай мне одну спокойную ночь.
Джура не удержалась от смеха. Откусив курочек хлеба, она, повинуясь внезапному порыву, засунула оставшуюся часть в рот Руану.
— Хорошо, — согласилась она весело. — Сегодня ночью ты останешься королем, но завтра тебе придется доказывать свои права.
— Права? — Глаза Руана потемнели. — Я тебе сейчас покажу, какие у меня есть права.
Джура принялась хохотать, но затем его набедренная повязка «случайно» упала, не оставляя никаких сомнений в его намерениях. Во рту у Джуры внезапно пересохло,
Несмотря на то, что искренний порыв жены застал его врасплох, Руан был только рад ему. Он уже два часа поглядывал на обнаженные ноги Джуры, чувствуя отчаянное желание, но удерживал себя, так как англичанки, по крайней мере, те, которых он знал, предпочитали в подобных случаях разыгрывать из себя невинных существ.
Но Джура была ланконкой, а не англичанкой. Она говорила то, что думает, и действовала в соответствии со своими представлениями.
После их первого соития, когда он вел себя так глупо, Руан боялся, что Джура больше никогда не захочет лечь с ним в постель. «Но сейчас-то она передумала», — решил Руан с изрядной долей самодовольства.
— Моя нетерпеливая подруга, позволь мне поучить тебя, — заметил он. Руан приподнял девушку, опустив ее себе на колени и одновременно проникая внутрь ее тела. Он довольно улыбнулся, заметив, как удивление сменяется выражением благодарного удовольствия. По крайней мере, это — та область, где она не сможет назвать его глупцом.
Через несколько секунд ему пришлось изменить свое мнение. Джура — здоровая, сильная девушка, оказалась чрезвычайно изобретательна. Общение Руана с женщинами было редким, так как старый Фейлан считал, что тренировка на поле боя намного важнее, чем тренировка в постели. Да и кроме того, слишком часто Руану приходилось сталкиваться с женщинами, единственной целью которых было занесение ланконского принца в список своих побед. Они, как правило, предоставляли Руану самому проявлять инициативу.
— Джура, — прошептал он потрясение, когда она задвигалась вверх и вниз, ведя его к вершинам блаженства.
Внезапно он понял, что не может больше ждать, и, резко перевернув Джуру на спину, довел себя до финала несколькими глубокими и сильными движениями. Он с такой силой сжал Джуру, что та протестующе вскрикнула.
— Ты сломаешь меня! — Джура старалась высвободиться.
Руан улыбнулся.
— Я бы хотел упрятать тебя к себе в карман и доставать только, когда ты становишься той Джурой, которую я встретил тогда у ручья.
— А я всегда такая Джура. Руан зевнул.
— Возможно, ты привыкла спать на полу, но я предпочитаю что-то более цивилизованное. — Он взял Джуру на руки, словно она была маленьким ребенком, и, не обращая внимания на ее протесты, которые, впрочем, быстро стихли, отнес на кровать. Здесь он обнял ее, натянул сверху покрывало и мгновенно погрузился в сон.
Но Джура не могла спать. Ее тело и разум были слишком полны новыми ощущениями. Когда дыхание Руана успокоилось, а тело немного обмякло, Джура тихонько встала,
Ночной ветерок приятно обдувал разгоряченное лицо. Улыбаясь, она обхватила себя руками. Наконец-то она больше не девственница. Еще во время первой встречи с Руаном она пережила что-то, что никогда не испытывала с Дайри. Если бы только Руан мог дать ей то же ощущение спокойствия и безопасности, что и Дайри.
Поеживаясь от холода, Джура решила вернуться в шатер. Руан спал, как младенец. Шум, вызванный приходом Джуры, видимо, потревожил его сон, так как он застонал, а его рука потянулась в сторону, словно в поисках чего-то. «В поисках меня», — подумала Джура, улыбаясь. Она потушила свечи и забралась под одеяло.
Проснулась она, чувствуя, как что-то легонько щекочет ее нос. Подпрыгнув от неожиданности, Джура открыла глаза, увидев Руана, наклонившегося над ней и державшего в руке прядь ее собственных волос. На мгновение Джура замерла, глядя на мужчину в своей кровати, затем вспомнила предыдущую ночь и густо покраснела.
Руан понимающе улыбнулся.
— Доброе утро, моя любимая женушка. — Он нежно поцеловал Джуру. — И какие развлечения ты планируешь для меня на сегодня? Могу поспорить, тебе не удастся переплюнуть вчерашний день, когда ты надела вельветовое платье. Знал бы я, что ты возьмешь пример с Бриты, обязательно познакомил бы тебя с королевой вательцев еще на нашей свадьбе.
Джура не привыкла к поддразниваниям.
— Я вовсе не планировала вести себя, как Брита, — сухо сказала она. — Твоя сестра посоветовала мне стать похожей на англичанку, чтобы… чтобы… — Джура слабо улыбнулась.
— Чтобы что? — невинным голосом осведомился Руан.
— Брита не имеет к этому никакого отношения. А если ты хочешь бегать за этой старухой, словно ее комнатная собачка, — твое личное дело. — Джура повернулась, стараясь встать, но Руан удержал ее.
— Брита не старая. Она красивая, могущественная женщина, и ее чары весьма привлекательны для муж-чип, особенно для королей, подобных мне.
— Она не такая красивая, как я! — гневно закричала Джура, но тут вдруг заметила довольную ухмылку на лице Руана. Ее голос стал спокойнее. — Брите еще повезло, потому что я спасла ее от очень скучной ночи. — Джура зевнула. — Возможно, она нашла себе сильного любовника, такого же красивого и живого, как Дайри.
— Дайри! — возмутился Руан. — Да я с легкостью возьму вверх над этим маленьким, уродливым… — он остановился, осознав, что ему отплатили той же монетой. — Я знаю, как наказать такую непослушную жену, — заметил он с преувеличенной суровостью. В следующий момент Руан уже навалился на нее, щекоча Джуру, пока она не завизжала от смеха, барахтаясь под ним.
Эти движения заставили Руана забыть, что он собрался «наказывать» жену, и через мгновение молодые супруги уже целовались так, словно не виделись год. За поцелуем последовала длительная любовная игра, после чего оба провалились в глубокий сон.
Проснулись они от бурчания в животе Руана.
— Не хотел бы уходить отсюда, — признался Руан, прижимая Джуру к себе. — Но придется. Боюсь, что Брита уже объявила войну ирлианцам, и это моя вина.
Руан выглядел таким расстроенным, что Джура, не удержавшись, чмокнула его в нос. Неожиданно она насторожилась.