Девственница мафиози
Шрифт:
ДЕВСТВЕННИЦА Мафиози
КОРОЛИ ИТАЛИИ
КНИГА 5
МИЛА ФИНЕЛЛИ
Девственицца мафиози
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие
Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Глава 32
Глава 33
Глава 34
Глава 35
Глава 36
Глава 37
Эпилог
Благодарности
Об
Также Мила Финелли
ПРЕДИСЛОВИЕ
Друзья!
Некоторые из вас, возможно, знакомы с этим миром, так что вы знаете, чего ожидать. Но если вы наткнулись на него впервые, знайте, что это мрачный мафиозный роман. Приготовьтесь!
Вот список триггеров о содержании этой книги, чтобы мы все были на одной волне:
Кинк на размножение
Пирсинг гениталий
Шлепки
Убийства и пытки
Рак/смертельная болезнь родителя
Также стоит отметить, что здесь вы найдете много итальянских и сицилийских слов. Я выделила курсивом только первое использование каждого слова/фразы.
Сицилийский — это диалект итальянского, но я постаралась сохранить итальянский язык в тех фразах и словах, которые большинству моих читателей знакомы по предыдущим книгам. Так что, хотя Джакомо и сицилиец, он все еще использует те же грязные слова, которые мы все знаем и любим. (Вместе с некоторыми новыми любимыми, лол!)
— Мила
«Важно не то, сбили ли тебя с ног, а то, встал ли ты».
ВИНС ЛОМБАРДИ
ПРОЛОГ
Джакомо
Октябрь
Неизвестный адрес в Калабрии, Италия
Встреча была ерундой.
У меня была тысяча дел поважнее, чем сидеть с этими ублюдками. Но, видимо, теперь, когда я стал боссом, мне пришлось делать кучу дерьма, которое я ненавидел.
Итак, я был здесь. Но у меня были новости для них — если они надеялись заключить мир
За столом сидели трое Раваццани: Фаусто, старейший и глава огромной криминальной империи; его консильери и кузен Марко; и наследник Джулио. С ними были еще двое мужчин, и по тому, как высокий топтался рядом с Джулио, я предположил, что это его любовник, знаменитый снайпер Алессандро Риччи. Он был таким же впечатляющим, как о нем говорили слухи.
Я должен ненавидеть этих двоих, ведь всего четыре месяца назад Джулио и Алессандро убили моего брата и отца.
Вместо этого мне хотелось пожать им обоим руки.
Я ненавидел своего отца и брата. Всегда ненавидел. Я надеялся, что их обоих выебут в аду. Неоднократно.
Нет, моя проблема с Раваццани была деловой, а не личной.
Я нетерпеливо постучал пальцами по столу. Бернардо Вирга, глава сицилийской Коза Ностры, Капомандаменто– (Capobastone — высокопоставленный 'Ндрангета, который отвечает за 'ndrina. Это калабрийский эквивалент сицилийского правила.), уставился на меня, словно отчитывая, чтобы я остановился. К черту это. Он потребовал, чтобы я только присутствовал, а не чтобы я вел себя хорошо. Я махнул ему рукой, чтобы он начинал.
Сначала знакомство. Я пожал руки и попытался казаться расслабленным. Это была часть работы, которую я не любил — встречи и еще раз встречи, разговоры часами. Я не был дипломатом; я был бойцом. Я бы лучше решил спор кулаками.
Но Вирга потребовал моего присутствия здесь, так что у меня не было выбора. Все беспокоились, что я отомщу за убийство своей семьи, и они надеялись успокоить меня достаточно, чтобы отбросить потребность в мести.
Как я уже сказал, напрасные усилия.
Я быстро назвал имена своих троих людей, закончив своим ближайшим доверенным лицом. — Это Франческо Дзаниоло, моя правая рука. — Я знал Зани целую вечность, и он был для меня больше братом, чем мой собственный.
Когда очередь дошла до Раваццани, он указал на сына. — А это мой старший сын, Джулио. Теперь он управляет нашей ндриной в Малаге.
Я кивнул, не впечатлившись, затем посмотрел на Риччи.
— И это твой парень, не так ли? Знаменитый снайпер.
Высокий мужчина не отреагировал, просто продолжал смотреть на меня. Его глаза были ровными, спокойными. Солдат, готовый к битве. Я оценил.
Ответил Джулио. — Да.
— Я большой поклонник вашей работы, — сказал я Риччи, который лишь кивнул в знак признательности.
Раваццани начал со слов: — Мои соболезнования в связи со смертью вашего отца и брата.
Умно было сразу упомянуть об этом. Напоминание о моей убитой семье меня бы раздражало, если бы мне было не все равно на кого-то из них. Я сложил руки на столе. — Они оба были придурками. Я их ненавидел.
В зале воцарилась тишина. Не получив реакции, на которую он, очевидно, рассчитывал, Раваццани махнул рукой Паскуале Боргезе, капокримину и главе калабрийской ндрангеты. — Давайте начнем.