Девственница для чудовища

Чейз Амалия

Незнакомец будто читает мои мысли. Отвечает:

– У меня большой размер. Будет больно. Но сейчас ты хорошо увлажнена, моя девочка, я постараюсь быть нежным. О, как ты двигаешься! Ты точно девственница?

– Конечно, вы разве не чувствуете мою тугость? – подыгрываю я, задыхаясь, и продолжаю смело прыгать на пальцах порочного дьявола, возбуждая и его, и себя ещё больше.

– Отличная гимнастика на ночь глядя, на тебя можно смотреть часами, на то, как ты проворно извиваешься на моих пальцах. Но я хочу, чтобы ты то же самое проделала и на моём члене. Всё, хватит шалить! Иди сюда! Я больше не могу сдерживаться.

Выдои мои яйца, малышка! Сейчас ты станешь моей.

Он вытаскивает из моего лона пальцы, подносит их к моим губам, заставляет облизывать, а сам вклинивается своими бёдрами между моих разведённых ног. Головка жаждущей эрекции упирается в клитор. Разряд! Удар тока от напирающего касания. Тело прошибает насквозь кинжалами. Боги, я больше не могу терпеть!

– Да, блять! Да! Работай языком. Лижи их! Слизывай свои соки! Какая же ты потрясающая, девочка! Порочная маленькая хулиганка!

Я таю от его пошлых слов, от его приказов и возбуждения, которое уже не могу терпеть, когда он заставляет меня слизывать свою влагу с его пальцев, я понимаю, что эта часть игры – отвлекающий манёвр.

Я кричу. До хрипа в горле, когда чувствую резкий, глубокий толчок.

Глава 4

Сильвия

– Тише, тише… Так надо. Один раз быстро и всё.

Он замирает, притягивает меня к себе, даёт немного времени, чтобы привыкнуть, чтобы почувствовать его. Во мне. Большого и горячего. Я лбом утыкаюсь в твёрдую влажную грудь мужчины, всхлипываю, вся трясусь. Жажда сладостных ощущений притупляется давящей болью.

– Потерпи, потерпи… Скоро будет хорошо.

Мужчина начинает двигаться.

– Нет, нет, пожалуйста! – я молю его прекратить, бью кулаками по бугристому прессу, который напрягается во время старательных фрикций.

– Ш-ш-ш, не плачь, – он гладит меня по влажным прядям волос, пытается утешить, а сам совершает плавные, глубокие толчки, постепенно меня растягивает. – Туго, слишком туго идёт, – с рыком произносит, сатанея от восторга, работая ягодицами. Вперёд, назад. С оттяжкой. Отстраняется, когда боль немного отпускает, врывается опять. И снова адские муки внутри скручивают внутренности морским узлом! Я прикусываю кончик языка, стойко терплю, глотая слёзы. Движения не быстрые, но сильные, уверенные.

– Почти всё. Ты уже почти растянулась, почти принимаешь меня полностью. Хорошая, эластичная девочка, – сбивчиво шепчет миллиардер, целуя меня в макушку. И… рывком, с воплем, врывается до самого паха, совершая резкий, пробивающий толчок. Завершающий.

Конец. Моей невинности конец. Преграда уничтожена.

– Ах!

Он достигает пика слишком быстро и кончает. Но я не чувствую ничего, кроме тоски и пульсирующей боли между ног. Всхлипываю, постанываю. Не могу вырваться, он держит меня крепко, да и назад уже нельзя, надо доделать начатое до конца. Вспышка боли бьёт по голове, приводя меня в чувства. Розовый сироп испаряется из моего сознания, я начинаю мыслить трезво.

Мама, что я наделала?

* * *

Удовлетворившись, мужчина целует меня в висок и выходит. Смущаясь, я в панике сжимаю ноги, почти отталкиваю его от себя, отползаю в сторону. Повязка быстро мокреет, но не от влаги в комнате, а от моих слёз.

Я

слышу плеск воды, топот, скрип. Похоже, мужчина только что вышел из ванны. Сейчас он наверно заворачивается в полотенце и во всю наслаждается триумфом. Теперь можно смело сказать, что он, незнакомец, которого я ни разу не видела, о котором я вообще ни черта не знаю, мой первый мужчина, забравший мою честь. Я уже мысленно вижу его довольную ухмылку. А мне больно немного. Между ног жутко печёт. Я чувствую себя какой-то порченной, использованной, униженной, что ли.

Хватит! В задницу сопли! Пора о деле поговорить.

– Всё, теперь я могу получить свою награду и уйти? – дрожу, всхлипывая.

– Нет, куда ты пойдёшь на ночь глядя? Оставайся до утра.

– А повязку? Можно снять? – Дрожащие руки тянуться к затылку.

– Нет! – гавкает грубо мужчина. – Пока ты находишься в моём доме, ты будешь выполнять мои приказы. Сейчас мы спустимся вниз, я тебя как следует накормлю, а потом спать.

Он подходит ко мне, хватает за талию, вытаскивает из воды, но я брыкаюсь.

– Подождите, там кровь… наверное.

– Всё нормально.

– Мне нужно посмотреть, можно? Одним глазком? Я обещаю, что не буду на вас смотреть.

Мужчина вздыхает.

– Смотри. У тебя пять секунд.

Я быстро приподнимаю тугую повязку, привыкаю к свету, и… в ужасе взвизгиваю. На белом мраморе, на бортике огромной мраморной чаши, виднеется тонкая струйка крови. На том месте, где я сидела с широко распахнутыми ногами и стойко терпела звериные толчки внутри себя. Теперь я больше не девочка. Моя девственность отдана монстру. Зверю в постели. Властному чудищу!

– Иди ко мне! Я сам тебя осмотрю.

Я натягиваю повязку обратно на глаза, приседаю в ванной, погружаясь в воду до уровня груди, и быстро подмываюсь, слыша шаги. Секунда, меня подхватывают крепкие руки, отрывают от пола, куда-то несут. Мужчина укладывает меня спиной на что-то мягкое, наверно на ту самую кушетку, на которой я уже сидела ранее, сгибает мои ноги в коленях, обращаясь со мной как с какой-то шарнирной куклой.

– Т-ш-ш-ш, – успокаивает он меня, пока я трясусь как будто в лихорадке. Широко разводит мои ноги шире, гладит их мягкими ладонями, будто жалеет. Это успокаивает. Мне и правда легчает.

Молчание. Он смотрит на меня, я это, естественно, не вижу сквозь плотную чёрную ткань, но чувствую его властный взгляд на промежности. Там всё жжет неимоверно. Низ живота неприятно потягивает.

– Болит? – мой первый мужчина ласково проводит по лепесткам лона пальцами, а я чуть вздрагиваю.

– Немного, – хочу сжать ноги, но боюсь пойти против воли сурового человека.

Я не ожидала, что будет ТАК больно. До этого момента я просто барахталась словно в каком-то розовом сиропе. Было приятно. То, как он теребил мои сосочки, то, как трогал и ласкал складочки промежности своими проворными пальцами. Но сейчас… Мне стыдно и страшно. Хочется оттолкнуть мужчину куда подальше, даже врезать ему за то, что соблазнил, обесчестил, порвал. И убежать охота. Закрыться от него, зверя такого ненасытного, за десятью замками. Хорошо, что всё закончилось. Скоро я получу свои денежки и упетляю от миллиардера куда подальше. Точнее, в лучшую, беззаботную жизнь. Немного боли и позора стоили тех сумасшедших денег, которые он мне обещал.