Девочка зверя

Рэй Теона

Цокая тонкими каблучками девушка преодолела расстояние до меня, и опустилась на край кровати не отрывая от моего лица пристального взгляда серых глаз.

Я пыталась хотя бы поздороваться, но ссохшиеся губы отказывались шевелиться, поэтому я просто кивнула, одновременно стараясь подавить рвотные позывы.

Девушка по-доброму улыбнулась, убрала невидимую мусоринку с кожаных брюк, и протянула мне бутылочку воды.

Я осушила ее полностью. Вот кто бы мог подумать, что простая вода может быть такой вкусной? Прохладная жидкость коснулась шершавых

от сухости губ и я испытала чуть ли не космическое удовольствие.

Довольно откинулась на подушку, и заговорила первая:

– Что я здесь делаю? – Да учили меня вежливости, учили… Но почему-то девушка напротив не вызывала во мне никакого чувства благодарности. Неприятный взгляд словно прожигал меня насквозь.

– Мой кузен нашел тебя два дня назад. Ты находилась в перевернутом автомобиле, подвешенная вниз головой на ремне безопасности.

Два дня… Ну, прощай моя карьера музыканта, прощай моя группа… Второй такой подставы коллеги мне не простят уж точно.

– Мне нужно идти, прямо сейчас. Пожалуйста, может кто-то отвезти меня в город? Пожалуйста…

Брюнетка вопросительно посмотрела на меня как на не очень умную девушку.

– Ты слишком слаба, Софи. Тебе нельзя было даже вставать. Я виновата, пришла слишком поздно, а ты тут уже скачешь по комнате. У тебя может быть сотрясение, и скорее всего, сильное. Да на тебе же лица нет.

Она так старательно пыталась меня убедить в моей немощности, что меня это разозлило. Но вида не подала. Кажется, я сильно приложилась головой и теперь несу всякий бред.

– Вы правы, извините, – перед глазами снова заплясали круги. Но я тут же встрепенулась: – Откуда вам известно мое имя?

– Я подсмотрела его в твоих документах. Дак вытащил их из бардачка, и, – она нагнулась и достала из под кровати скрипку в черном чехле, – еще вот это. Он решил, что если инструмент лежит на пассажирском сиденье, и при этом даже пристегнут ремнем, то вряд ли это какая-то маловажная безделушка.

Я облегченно выдохнула. Я уж думала, что лишилась ее навсегда… На эту скрипку, самую лучшую, которую только смогла найти я копила почти год, откладывая все крошечные гонорары с концертов.

– Спасибо, – ну, вроде жить стало повеселее. Только зачем она мне, из группы все равно ведь выгонят. – Можно небольшую просьбу?

– Конечно, – девушка с готовностью кивнула, – кстати, можешь звать меня Шерил.

– Приятно познакомиться. – Не приятно, почему-то, но я все равно улыбнулась. – Мне нужно хотя бы позвонить. Это очень важно. Вот только мой сотовый скорее всего остался в машине… Вы не могли бы дать мне телефон?

Все дружелюбие с ее милого личика мгновенно улетучилось, но она все же выудила из кармана смартфон и протянула его мне. Встревоженно наблюдая как я набираю номер, нервно барабанила пальцами по своей коленке.

Я не придала значения ее странности. Бывают же люди, которым не нравится когда кто-то берет в руки их телефон, верно? Может и Шерил из таких.

– Да, слушаю, – по его голосу я уже чувствую что он зол, сильно зол. Как

будто заранее знает кто ему звонит.

– Стэн, привет. Я…

Он не дал мне договорить.

– О! Да ладно? Нашла в себе хоть каплю совести, наконец?! Я звонил тебе, много раз. Ты бы хоть один раз взяла трубку и честно призналась, что снова забила на концерт! Ты ведь знала, как он важен, да?

Каждое его слово било по нервам словно молотком, отчего захотелось заорать в ответ.

– Выслушай меня для начала! – Я отчаянно пыталась воззвать к его разуму. – Я попала в аварию, Стэнли! В тот момент когда разговаривала по телефону с тобой, между прочим!

Минуту я слушала в трубке его учащенное дыхание. Молчала, и ждала. Шерил не отрывала от меня взгляда, готовая выхватить телефон в любой момент.

– Знаешь, не нужны мне твои объяснения. В прошлый раз тебя твой парень не отпустил, в этот раз аварию придумала. Что придумаешь в следующий раз, Софи? А, хотя можешь ничего не фантазировать – следующего раза не будет. Ты уволена!

Короткие гудки прервали мою попытку оправдаться. Вовремя сообразила, что телефон не мой и швырять его об стену не следует, молча вернула его владелице.

– Спасибо…

– Ты очень расстроена… Хочешь поговорить об этом?

Она что, психолог?

– Нет, не хочу, – я нервно дернула плечами, и закуталась в покрывало. Сквозняк гулял по комнате врываясь в дом из множества щелей в стыках углов и из приоткрытой форточки.

Девушка ободряюще сжала мою ладонь, и поднялась.

– Ну, хорошо. Тебе нужно поесть, это обязательно. Я бы проводила тебя в ванную, но лучше тебе не вставать, пока врач тебя не осмотрит.

Она уже подошла к двери, как вдруг обернулась:

– И не переживай, ты переселишься из этой комнаты сразу, как только я подготовлю другую. Извини за не гостеприимство, но это была единственная свободная спальня.

– Еще раз спасибо, – на душе стало уже не так тошно, чего нельзя сказать о физическом состоянии. Хотя бы радует мысль, что не заперта я в этой каморке на веки вечные.

Несколько минут пока ее не было, я любовно гладила скрипку прося у нее прощения и вытирая слезы. Н-да, видать основательно я головой приложилась… Но мне действительно было так горько, даже не из-за того, что меня выгнали из группы, нет… А из-за того, что Стэн снова мне не поверил.

В прошлый раз я опоздала на концерт, точнее вообще на него не явилась, так же не по своей вине. Джаред, мой бывший, силой удержал меня. Ему никогда не нравились мои занятия музыкой, да еще и в группе где среди трех парней я была единственной девушкой. Ревность захлестнула его с головой, и он просто решил меня запереть дома. Я не выходила неделю, телефон он тоже забрал. Концерт был сорван, но все же Стэн мне хоть тогда и не поверил, но простил.

Но с другой стороны я ужасно чувствовала себя виноватой. И Джареда я могла послать к чертям уже давно, и в этот раз поехать не одной на машине, а утром, вместе с группой на автобусе! Так мне и надо.