Девочка Волка

П. Лика

Внутренний голос зашептал: «А ведь он мог тебя и не выпускать из постели и продолжить терзать, зачем отпустил? Зачем интересовался, как ты себя чувствуешь?».

Сведя брови у переносицы, прошла в гардеробную. Надевая белье, пытаюсь разобраться в своих мыслях. Взяла с вешалки перламутровую, молочного оттенка шелковую ночную сорочку в пол. Надела, приятно холодит тело. Отправилась в комнату,

собрала раскиданные вещи с пола, убрала в стирку. Вернулась, обойдя перепачканную сторону с окровавленным пятном, и легла с другой стороны. Утром сниму эту простынь и кину в стирку, чтобы никто не видел моего позора. Закрываю глаза в попытке уснуть, но перед глазами его обнаженный торс с запрокинутой головой в экстазе. Рычащий, как зверь, сильная и крепкая шея с выпирающим кадыком. Я открыла на секунду глаза и снова закрыла. Широкие накачанные плечи стоят у меня перед глазами, напряженное тело двигается в поступательных движениях, при этом каждый мускул на его теле приходит в движение. Сильные руки впились в мои бедра, оставив на них синяки. Боже… его образ мне не дает покоя, стало жарко от этих воспоминаний, я дотронулась до своих бедер там, где он оставил синяки.

– Это бред какой-то, – говорю сама себе, выпрыгнула из кровати и стала выхаживать по комнате. – Нет-нет, он мне противен… я точно знаю… – остановилась и, глядя в пространство, сказала шепотом. – Наверное… – закрыв лицо руками. – Ну все, это финиш… «кукуха поехала».

Пошла к столу, где лежал мой альбом и карандаши, все равно сон не идет. Поморщилась от дискомфорта, когда присела в кресло, все-таки… размер у него совсем немаленький. Я, конечно, не спец, об анатомии мужского тела знаю в общих чертах, а вот девчонки часто шептались так, что представляю. Откинулась на спинку кресла. Вживую, конечно, я впервые видела мужской член, и, когда Волк достиг пика, впервые видела экстаз на мужском лице… это… эм… кажется, красиво… Дотронулась до своих пылающих щек, как при пожаре…

– Это просто впечатления… впе-ча-тле-ния… после первого опыта, не более, это – нормально, Терентьева, – уговаривала я себя и свой внутренний голос.

– И потом, удовольствия я от этой процедуры не получила. Хм… от кого, собственно, я собралась получить удовольствие, от этого «мужлана»?

Ой, не о том ты, Терентьева, думаешь, от него бежать надо… бежать… – с этими мыслями открыла альбом, выдохнула и взялась за карандаш…

Легла спать после, как закончила свой рисунок, и снова запечатлела его так, как рисовала мне память наших последних встреч. Сама не знаю как. Я же не его хотела рисовать.

Меня это и злит, и обескураживает.

Утром меня разбудила Лида:

– Виктория, вставайте, скоро завтрак, а Хозяин не любит, когда опаздывают.

Открыла глаза, посмотрела на Лиду и ответила хрипло после пробуждения:

– И Вам доброе утро. Можно мне хотя бы умыться и принять душ?

– Да, Вика, у Вас полчаса и выходите в гостиную к завтраку.

Все это сказала и удалилась, оставив меня одну. Отбросила одеяло в сторону, встала с постели, сорвала рывками со злостью эту злосчастную простыню, на которой остались следы моего падения. Отнесла ее в прилегающую комнату к ванной и кинула в корзину для стирки.

Побрела в ванную умываться, бубня себе под нос все, что я думаю о Хозяине Лиды.

Уговаривала себя не поддаваться эмоциям, чтобы не разозлить этого Оборотня, я еще помню его шлепок по моей попе. Это – больно, а был всего один удар, боюсь себе представить, на что он способен. Не вариант нарываться, да и запугивать он мастер. Не уверена, что долго так продержусь, все время молчать не смогу и так долго держу себя в руках.

Приняв водные процедуры, надела домашний брючный комплект, висящий в гардеробе.

«Как говорится, ни в чем себе не отказывай, Вика, если купили тебе, значит, пользуйся», – подбодрила я себя перед встречей с Волком. Надела белую футболку и брюки на завязке оттенка молочного шоколада, обула тапки. Завязала высокий хвост и вышла к завтраку.

Стол накрыт, а Его Злодейство еще не вышел. Минуты через три услышала его по шагам, запах парфюма такой же агрессивный, как и он. Повернувшись лицом к нему, оцениваю его. Синяя рубашка обрисовывает его спортивную фигуру, черные мокасины, модные брюки темно-синего цвета сидят приталено, но не тесно, ой, кое-где кажется, очень тесно.

Конец ознакомительного фрагмента.