Девочка, ты попала

Сью Ники

И мне вдруг кажется, что этот парень… никогда не защитит меня. Не будет человеком, о котором принято говорить, как за каменной стеной.

— В следующий раз будь внимательнее, угу? — добивает последняя реплика. Я ничего не отвечаю, потому что не знаю, как должна поступить.

Глава 16 — Агата

— Одинцова, тебе же русским языком сказали отлежаться дома! Что непонятного? Ты вроде у нас преподаватель в университете, а ведешь себя как мои трехлетки! — недовольный голос подруги доносится из динамика и отдает эхом в полупустой ванной. Теперь даже соседи в курсе предписаний врача. — Хотя с

ними проще договориться, чем с тобой.

— Одного дня вполне достаточно, — бормочу я, пытаясь нарисовать ровную стрелку. Обычно это не составляет труда, но с самого утра у меня адски болит голова, отчего каждое движение дается с трудом. — Не хочу давать лишних поводов для косых взглядов и перешептываний.

— Ты же прекрасно понимаешь, что они итак будут. Университетской надзирательнице только повод дай. Зачем ты вообще в наш университет пошла работать?

— Можно подумать у меня был выбор, — поправляю макияж ватной палочкой и отхожу от зеркала, изучая внимательным взглядом свое отражение. Все должно быть идеально. Без малейших погрешностей. Глупо думать, что ко мне могут придраться даже из-за такой мелочи, но я на испытательном сроке, а эта работа единственное, что помогает держаться на плаву.

Еще полгода назад я бы ни за что не согласилась работать в университете, который окончила с грандиозным скандалом и красным дипломом. Однако когда судьба подкидывает очередной “счастливый билет” и выбора не остается, приходится хвататься за любую соломинку, лишь бы не увязнуть в болоте.

Пробираюсь через груду коробок в кухню и беру со стола кружку с кофе, которое благополучно остыло, пока я разговаривала с Ленкой. В сотый раз делаю себе мысленную пометку, разобрать наконец-то вещи и придать квартире божеский вид.

— Наумова, если это все, то я отключаюсь. Мне через час надо быть в аудитории и попытаться вложить в умы студентов хоть немного информации.

— Мммм, какой строгий тон. А Матвея это тоже касается или вы перейдете на более углубленный курс? — хихикает Ленка.

— Наумова! — одергиваю ее. — Хватит нести чушь! Он мой студент.

— Ну в пределах храма знаний возможно, но вот когда лекции закачиваются…

— Он остается моим студентом в любое время суток. Прекрати!

— Ладно-ладно, я просто пыталась разрядить обстановку. Не бесись, — спокойнее произносит она, а я проклинаю себя в сотый раз за опрометчивый поступок попросить Лену о помощи. Каких-то двадцать четыре часа, а она словно с ума сошла и при каждом удобном случае упоминает Орлова. — Слушай, Одинцова, чисто из праздного любопытства, у тебя все студенты такие сексуальные? Мы могли бы…

— Все, Лена, пока.

— Агата, — хохочет Наумова, но я сбрасываю вызов.

Чистое наказание! И эта женщина работает воспитателем в детском саду и является примерной матерью двойняшек. Беру сумку, ключи от машины и выхожу из квартиры. Бессмысленный треп Наумовой может стоить мне очередных пересудов.

Сажусь в салон и несколько раз оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что никакому не приспичит устроить гонки в спальном районе. Приоткрываю окно, запуская внутрь прохладный осенний воздух, и постукиваю по рулю пальцами в такт песне. Вчера вечером Матвей пригнал мою машину к дому и уехал до того, как я вышла на улицу. От царапины на бампере не осталось и следа. Мои сообщения насчет стоимости ремонта, он также проигнорировал, только поинтересовался о моем самочувствии. Как глупо, наша переписка состоит из его обнаженных фотографий, и пары простых вопросов, на которые мы не можем

дать друг другу ответ, хотя есть куда более насущные проблемы.

Например, как мне преподавать у студента, который не знает слова “нет”?

Пока еду на работу, и слушаю по радио “приветы”, продолжаю думать о своих неудачах. Если о моей случайной связи узнают — прощай будущее, о котором я так мечтала, а вместе с ним репутация. Мне итак слишком долго пришлось доказывать окружающим, что одна ошибка — не повод ставить на человеке крест. Господи, Одинцова, ну почему ты постоянно влипаешь в неприятности?

Припарковавшись на своем обычном месте, мельком бросаю взгляд на часы и удостоверившись, что в запасе есть двадцать минут, еще раз проверяю свой внешний вид в зеркале заднего вида. Потом, правда, одергиваю себя и ругаю: это уже просто смешно.

Хватаю сумку и уверенно направляюсь в здание. У входа в преподавательскую замечаю Анну Дмитриевну, ту самую надзирательницу, которую мы с Ленкой не любили в студенческие годы. Если раньше она была обычным преподавателем, то сейчас получила степень доцента, и каждый раз пытается дискредитировать в глазах коллег. Два:ноль. Подлянки судьбы лидируют.

— Здравствуйте, Агата Сергеевна, — приветствует меня Беркутов и останавливается около моего стола.

— Кирилл, как неожиданно. На прошлых двух лекциях вас не было, а тут решили прийти пораньше, — искоса посматриваю на студента. Темные волосы, взгляд, не предвещающий ничего хорошего, наглая ухмылочка на губах. Типичный “бэдбой” от которого все сходят с ума. Когда-то и я повелась на такого. И чем же это обернулось? Съемная квартира, долги и куча ухабов. Такие парни как запретный плод: он сладок, но может и отравить.

— Знаете, проснулся сегодня утром и прямо чувствую тягу к знаниям. Решил дай-ка загляну на любимый маркетинг, — выдаёт он якобы чистосердечную тираду, приложив руку к груди. Уверена, в его слова ни капли истины.

— Тогда может вы будете конспектировать? Для большей пользы.

Мы проходим вместе в аудиторию. Я останавливаюсь возле учительского стола, разглядывая пока еще пустое помещение.

— Разумеется, — засунув руку во внутренний карман куртки, он вытаскивает тетрадь и машет ей перед моим носом. — Я ведь помню про углублённый курс и все дела…

— Беркутов, твой бы энтузиазм на поле, — рядом с нами вырастает Орлов, и я моментально напрягаюсь. — Может если бы ты записывал расстановку игры и слова тренера, то у нас было бы больше шансов на победу.

— Товарищ капитан, — Кирилл сжимает руку в кулак и приветствует Орлова, с ядовитой ухмылкой на губах. Я жду, пока парни поздороваются, но Матвей почему-то игнорирует жест, словно эти двое скорее враги, нежели товарищи. — А я все думал, чего же мне не хватает. Обязательно прислушаюсь к вашему совету. Что-то ещё? А то боюсь, не скоро удастся выйти из немилости.

Кирилл разжимает кулак и заводит руку за спину, продолжая внимательно разглядывать нас, словно что-то знает. Я снова напрягаюсь.

“Нет, Агата, не накручивай”, — даю себе установку.

— Какой же ты клоун, Беркут, — Матвей качает головой.

— И все же этот клоун неплохо забивает, — Кирилл отступает спиной и начинает подниматься по лестнице, удивительно, как не падает только. — Что ж, займу место поудобнее, чтобы за полтора часа я ничего не упустил. Верно, Агата Сергеевна?

Матвей колким взглядом проживает одногрупника. Удивительно, оба парня с такими амбициями, которые никак не уместить в одной команде. Как только они уживаются вместе…