Девочка со спичками
Шрифт:
Широкополосный микрофон ловил каждый шорох. Маргарита, ведущая подкаста «Что-то на научном», расширила глаза на Киру, чтобы мотивировать ее говорить.
– Всем привет.
«Ну давай!» – умоляюще сложила руки Маргарита.
– Я Кира Мечникова, кофаундер проекта «Капсула». Мы занимаемся… скринингом подсознания через сны.
Маргарита закатила глаза и подняла большой палец.
– Зачем это нужно? Например, представьте, вы пострадали в автомобильной аварии. Вам неприятно, и вы перестали ездить на машине, потому что боитесь. «Капсула» поможет переписать эти воспоминания, удалить страх,
Правая рука Киры нервно перебирала пальцы левой. Взгляд девушки упал на черный постер, висящий у входа в небольшой предбанник рядом с лабораторией, где они сидели. Постер орал на нее белыми рублеными буквами: «Wake up, Neo…» [4]
Маргарита смотрела с усталым ожиданием.
– У нас есть прототип, – с трудом продолжила Кира, – и мы только-только начали привлекать инвестиции, но помещение, в котором мы находимся, не подходит для того, чтобы сделать полноценный образец «Капсулы». Наш НИИ, понимаете, он очень старый, а для работы «Капсулы» нужно стабильное напряжение, ну и много всего другого, не буду вас нагружать. У нас тут кое-где штукатурка сыплется, а ремонт капитальный от правительства Москвы обещали, но все никак не…
4
Просыпайся, Нео… (Англ.)
Маргарита шумно выдохнула и остановила запись.
– Это точно придется вырезать. Я вас прекрасно понимаю и очень вам сочувствую, но мы – аполитичный подкаст.
Кира усмехнулась:
– Ну, вырезайте.
Маргарита снова включила запись.
– А еще нам нужны добровольцы для испытаний. Пока что это совсем простой тестовый режим, вы даже не будете в полной мере спать – просто небольшой транс для погружения в ваше подсознание. Это абсолютно безопасно.
– Так, погодите! Давид Борисович из командировки меня заверил, что вы расскажете о нюансах скрининга подсознания, о самой технологии, а не будете в эфире искать себе подопытных. Это совсем не то, что нам нужно, Кира. Совсем не то. Прошу вас, сосредоточьтесь.
Ледяной свет в лаборатории вдруг мигнул, и они с тревогой подняли головы.
– Блин, опять ребята что-то обкатывают, напряжение скачет. – Кира беспокойно заерзала. – Извините! – Она вскочила и побежала к дверям.
– Стойте! – ахнула Маргарита.
– Я вам пришлю запись, хорошо? Оставите микрофон? Простите! – донеслось из коридора до разъяренной ведущей.
– Какой, блин, микрофон, он стоит как вся эта контора… – Маргарита устало потерла переносицу.
Гудела вентиляция, помигивало потолочное освещение. Маргарита сунула микрофон в металлический кейс, обшитый изнутри черным полипропиленом.
Подняв глаза, она обомлела.
Три темные мужские фигуры рассредоточились от дверного проема по помещению, осматривая стены и потолок. Они были в масках и подозрительно походили на ОМОН.
– Э-э-э… Вы кто?
Фигуры не отвечали. Один из мужчин с грохотом придвинул к стене пустой стол и взобрался на него, вытащив из кармана штанов лазерный сканер.
– Камеризация, – хмуро буркнул невысокий пришелец, одетый полностью
– Так, извините, но я тут ни при чем. Я не сотрудник. – Маргарита поспешно подняла одну руку, во второй болтался кейс с микрофоном. Она профессионально прошмыгнула ко входу. – Я пресса!
– Иди-иди, – равнодушно хмыкнул пришелец с лазером. – Ты нам и не нужна.
Кира стояла этажом выше и отчаянно ругалась в наручные часы. Окружив ее плотным кольцом, растерянные сотрудники наблюдали, как черные фигуры заполняют периметр тестировочной. Они двигали стулья и столы к стенам и взбирались на них по-паучьи, цепляясь магнитными перчатками за поверхности, не говоря ни слова.
Прототип «Капсулы» высился в центре комнаты на небольшом подиуме, и его они пока не трогали.
– Давид Борисович, я не понимаю! Сначала вы подослали ко мне эту полоумную ведущую, которой вообще плевать на то, чем мы тут занимаемся, а теперь у нас в здании камеризаторы. Вы же обещали! Сказали, что мы не пострадаем от вмешательства госов, что вы договоритесь лично с… Федором Михайловичем. Я?! Да я не могу вообще с ним разговаривать, это невозможно!
Часы что-то монотонно бубнили ей в маленький наушник-капельку, вставленный в левое ухо.
– Ах, вы не знаете, кто прислал камеризаторов?! Да, блин, все знают, кто это сделал! Просто боятся сказать! – выкрикнула в сердцах Кира и нажала «отбой», заглушив оправдания Стрелковского.
Она со злостью запахнула медицинский халат поплотнее и демонстративно села рядом с «Капсулой» на стул, всем своим видом говоря, что пришельцы смогут забрать устройство только через ее труп. Но, похоже, черные фигуры действительно пришли всего лишь поставить камеры.
– Слышь, Кира, – осторожно шепнул ей бэкендер Миша Норкин, которого все звали просто Микой, – а чё ты такого натворила?
– Я?! Мика, обалдел?! Я ничего не сделала!
– Да ты новости посмотри. Мы теперь, можно сказать, экстремистская организация, да еще и на чужой территории. Частной.
– Что-о-о?! – Кира схватилась за голову.
Мика только развел руками.
Она вытащила очки из кармана и начала гуглить.
«Частный инвестор выкупил полуразрушенное историческое здание НИИ нейробиологии и генетики имени Бахмутова и всю прилегающую территорию, чтобы полностью восстановить постройку и сделать в ней музей, отражающий историю российской науки на протяжении XX века. Тут будут представлены образцы…»
– Мммм. Музей науки вместо настоящей науки. Очень предсказуемо.
«Глава института Давид Стрелковский подтвердил двадцать минут назад эту информацию, однако выразил надежду, что сотрудники НИИ и все их разработки не пострадают. Поскольку НИИ арендует это помещение у государства, встает вопрос, куда переедут все оборудование и люди после перехода института в частные руки…»
«Входящий вызов. Номер скрыт».