Девочка Шаха
Шрифт:
— А если я захочу с ней лавстори замутить?
— Рылом не вышел, — зло, насмешливо произнес Дема. С соседних парт послышался смех. Обернуться жуть как тянуло, но я изображала глухонемую. На каком-то интуитивном уроне понимала, что не стоит вмешиваться. Внутри все кипит, нервы натянуты до предела. Как бы Антон не пытался выглядеть расслабленным, пальцы, сжимавшие шариковую ручку, побелели. Кто этот Арлекин?
— Ланская, а ты еще целка? — холодный надменный голос, словно лезвие резанул прямо возле уха. По телу прокатила дрожь. Арлекин или кто он там, поднялся и навис надо мной сзади.
— А ты? — не дергаясь и не оборачиваясь, спокойно спросила я. Ребята с задней парты специально провоцируют
— Нарываешься? — это снова мне. Помня намек Антона, что мне стоит самой отстаивать границы, решила поговорить с нахалом.
— Нет, интересуюсь. — развернулась я к парням. Одного из них тут же узнала. Вадим Озеров. Два года назад он часто подсаживался за мою парту. Тогда он казался мне другим… Беззаботным. Волосы были вечно растрепаны, в глазах плясали смешинки, а сейчас напротив меня сидел хмурый неулыбчивый парень с потухшим взглядом. Что с ним произошло?
Меня заинтересовал сосед Вадима. Ну, как заинтересовал? Я пыталась его вспомнить, но не получалось. Это, наверное, Арлекин. Симпатичный парень. На меня пристально смотрела пара темно-карих глаз, которые имели выраженный восточный разрез. Модная стрижка делала мягкий овал более мужественным. Несмотря на внешнюю привлекательность, парень мне не понравился. Случается иногда в жизни так, что нас в людях отталкивают, какие-то незаметные на первый взгляд мелочи. Может, его манера поведения или холодное, безучастное лицо не выражающие никаких эмоций. Он будто никогда не смеялся, отсутствие вокруг глаз мелких морщин, будто являлось тому подтверждением.
— Почему ты можешь задать мне интимные вопросы, а я тебе нет? — ничего в его облике не изменилось, только глаза стали более живыми, заинтересованными что ли.
— Девушка, вы кто? — несложно догадаться, кому адресован вопрос. Я быстро разворачиваюсь лицом к преподавателю, забывая о своем собеседнике.
— Новенькая. — кто-то из группы пришел мне на помощь.
— Почему отвлекаетесь? — поднявшись из-за парты, я извинилась.
— Ваше имя и фамилия? — заглянул Иван Семенович в журнал.
— Валерия Ланская.
— Садитесь, — сухо, произнес преподаватель. — На своих лекциях я требую тишины, — предупредил он меня.
— Мы еще поговорим, — последнее слово за собой оставил Вадим Озеров.
Отвечать я не стала. Я уже второй раз за последнюю неделю жалела, что вернулась в родной город.
Глава 4
Марат
Устало откинувшись на спинку дивана, прикрыл глаза. Скоро начинаются состязания, на кону большие бабки и жизнь моих друзей. За каждого члена команды ответственность лежит на мне. Мы уже много лет вместе, сроднились, словно братья. Хотя, даже между родственниками не всегда встретишь такую преданность. Доверять как себе и подавно не будешь, а я своим пацанам доверял. Никому, а им да. Не раз приходилось подставлять плечо и даже спасать друг другу жизнь. Это сейчас у нас в клубе есть элементарные правила безопасности, а несколько лет назад все было по-другому. С возрастом мы стали диктовать условия.
У меня всегда все под контролем. Всегда! Но не в этот раз! Сейчас все через задницу, но я пытаюсь влиться в режим. Истощаю тренировками тело, бужу в себе зверя. Перед состязаниями никаких мыслей, чувств, сомнений, только инстинкты! Я обязан быть готов к старту… Не выходит! И чем больше думаю о ней, тем сильней ненавижу. Кто она? Откуда взялась на мою голову?! А ее глаза… Самые красивые и самые отвратительные одновременно! Наваждение какое-то! Не мог определиться, что хочу с ней сделать: задушить, чтобы не смотрела больше на этом мир своими бирюзовыми глазами или жестко оттрахать и выкинуть ее наконец-то
«Ей шестнадцать Шах, шестнадцать!.. Тут без вариантов!» — навязчиво звучало в голове.
Весь последний месяц, я срывался на голубоглазых блондинках. Секс не спасал! Трахал их пока они не начинали молить о пощаде, а удовлетворения мне это не приносило. И выкинуть ту, кто засела так глубоко в моей голове не получалось. И чем дольше она владела моим сознанием, тем глубже я ее презирал. Это чувство разъедало, росло и укреплялось.
Я помнил тот день в мельчайших подробностях. Взглядом зацепился за светлые волосы — люблю натуральных блондинок. Присмотрелся. Девчонка выделялась в толпе: красивая, худенькая, высокая. Она меня заинтересовала. Ей не нравились приколы пацанов, и это было слишком заметно. Решил к ней подойти. Поднимает на меня взгляд и я на миг теряюсь, окунаюсь в прошлое. Ненавистью пропитывается каждый уголок души. Не сразу я понимаю, что передо мной стоит незнакомая девушка. Она держала в руках салфетки, которые оттеняли цвет ее глаз и даже не подозревала, каких демонов во мне разбудила. Ничего лучше не придумал, как забрать долбанные салфетки. Я уже три недели задаю себе вопрос, зачем? Ответ придумать не получается. Нераспакованная пачка валяется на комоде, как напоминание о том, что я не хренова машина, во мне еще осталось, что-то живое, пусть и не совсем адекватное. Я даже почувствовал раскаяние и подошел к кассе, чтобы вернуть салфетки. Вернул только одну пачку… Там на кассе, что-то пошло не так!
Еще этот поцелуй… Я вообще не понял, как поддался желанию ее попробовать. На меня это не похоже. Поцеловать совсем незнакомую девушку, на глазах у наблюдателей… Пацаны до сих пор прикалываются. Я гордился своим хладнокровием, никогда не терял голову даже в экстремальных ситуациях, а тут… Она стояла и смотрела на меня широко распахнутыми глазами, еще и выговаривать что-то стала. Наказать хотел? Наверное. По крайней мере, порыв был именно таким. А потом поймал ее дыхание, коснулся сладкой мякоти губ… Девчонка пахла спелой дыней и какими-то цветами. Хрен знает какими, я не баба, чтобы в этом разбираться. Я тонул в ней, а робкое сопротивление доставляло удовольствие. Мне понравилось ее целовать! И это ужасно напрягало.
С улицы доносился шум моторов. Три байка въехали во двор. Я даже не открыл глаза, когда в гостиную вошли Кима, Тигр и Егор.
— Шах, — позвал Арсен. Он знал, что я его слышу. Я даже спать умел так, что реагировал на каждый шорох. — Не было ее сегодня там, — отчитался Кима. — почти три недели я слышал одно и тоже.
Тигр ее упустил! Чувствовал свою вину, поэтому молчал. Если бы он в тот день не поспешил свалить от дома, в котором скрылась девчонка, мог бы узнать адрес ее проживания. А теперь гадай, откуда она взялась! Мы опросили весь подъезд, ее никто не знал! Ромул сутками пропадал во всех соцсетях, пытался напасть хоть на какой-нибудь след — бесполезно! Мы в том района даже всех школьниц просканировали, результат нулевой.
Мои инстинкты требовали ее найти. Я хотел знать, где живет девчонка. Хрен знает, зачем мне эта малолетка, но я решил за ней присмотреть. Нафига мне этот гемор? Не знаю. Но от одной мысли, что ее кто-то может обидеть, во мне подымалась черная волна негодования. Я впадал в бешенство, стоило только подумать, что ее кто-то мог лапать. Руки оторву!
До соревнований мне нужно ее найти, разобраться, что это за херня со мной происходит! Никаких чувств и эмоций, только голый расчет и инстинкты. Я гордился, что за семь лет никто из моих ребят серьезно не пострадал. Мне никого не пришлось хоронить! И дальше так будет, пока я стою во главе команды. А в этом сезоне мы снова выйдем против команды Черепа, не верю я, что это честный жребий. Распорядителю захотелось столкнуть сильнейших. Череп отморозок, от такого можно ждать что угодно. Мне нужно сделать все, чтобы никто не пострадал.