Девочка-лед

Джолос Анна

Звенит звонок. Аллилуйя!

Подрываюсь со своего места и устремляюсь в коридор. Пока нет толпы спешу добраться до второго этажа. Заглядываю в кабинет английского и вытягиваю шею. Захожу, коротко здороваясь с молодой преподшей, с которой едва не столкнулся в дверном проеме.

Лисы нет уже естественно. Втопила небось со скоростью ветра.

Чертова внеурочка по экономике! Мать вашу… Если бы не она, мне бы точно удалось перехватить Лисицыну.

— Харитон, — зову одноклассницу,

стоящую полубоком у дальней парты. Только она и осталась тут. Вечно копошится и уходит последней.

Молчит.

— Харитон! — повторяю громче и направляюсь к ней.

— Чего тебе? — оборачивается рыжая, и ее брови сходятся на переносице. — Снизошел с Олимпа до разговоров с простыми смертными?

— Лиса где? — спрашиваю, глядя на то, как она забирает вещи с парты.

— Там, где тебя нет, — колет злобно.

— Ром… — а это уже Грановская. Стоит в дверях по ходу.

— Подожди, — отмахиваюсь от нее.

— Ну Ром, мне срочно, — верещит недовольно Ника.

— Ну что такое? — бросаю нетерпеливо через плечо.

Достала. В последние дни Грановская чересчур навязчива. Уже в печенках сидит.

— Дай позвонить, мой телефон сел. Водителю скажу, что задержусь, у меня тренировка незапланированная, — просит она, отталкиваясь от стены.

Молча достаю свой телефон, снимаю блок и протягиваю трубку Нике. Лишь бы свалила уже. Она, выдернув цепкими пальцами смартфон из моих рук, спешит удалиться в коридор. Бросив перед этим любопытный взгляд на рыжеволосую.

— Ну так где Лиса? — повторяю свой вопрос.

— Без понятия! Отстань.

— Притормози, Харитон, — цепляюсь пальцами за лямку рюкзака девчонки, пытающейся проскользнуть мимо меня.

— Ушла она уже, отпусти, идиот! — ворчит, оборачиваясь. И глазищами в добавок гневно так сверкает. Будто молнии мечет.

— Дуешься до сих пор, что ли? — усмехаюсь.

— Что ты! — театрально возводит глаза к потолку. — Всего-то на всего окатил меня грязью с ног до головы.

— Я не нарочно, так вышло, — признаюсь честно, вспоминая то утро.

Начало сентября. Ливень шел адский. Я опаздывал, Харитонова тоже. Слишком резко затормозил у входа.

— Придурок! У меня же выступление в тот день было! — обиженно выпячивает губу.

— Говорю же, не специально! — раздражаюсь все больше.

— Ну конечно! — фыркает и разворачивается чтобы уйти. Ей это даже почти удается, но я нагоняю свою жертву у учительского стола.

— Где она работает? Адрес магазина? — дергаю Сашку за ручку портфеля, и эта мелкая комично вздергивает от неожиданности руками.

— Идиот! Не буду я тебе ничего говорить! — вопит возмущенно. Поворачивается ко мне. Лупит по руке, чтобы освободиться и пятится к стене.

— ХАРИТОН! — тяну угрожающе,

сжимаю зубы и нависаю над рыжей коротышкой. Деваться ей в общем-то некуда: слева угол стены, справа я. Да и в кабинете мы одни.

— Оотстань! Не то я за себя не ручаюсь! — предупреждает, воинственно вскидывая подбородок.

— Просто скажи название ТЦ, — уже начинаю выходить из себя.

— На кой тебе? — прищуривается. — Она бы сама тебе сказала, если бы хотела!

Ага, как же!

Вздыхаю, с каждой минутой теряя терпение все больше.

— Видела я, как ты на нее смотришь! — заявляет, ухмыляясь. — Дошло наконец?

Че несет…

— Адрес, Харитон! — рявкаю, хватая ее за худые плечи.

— Не-а, я партизан, Беркут! — хохочет маленькая стерва. — Что тебе от нее надо, признавайся?!

— Поговорить надо, — зачем-то отвечаю ей.

— В школе завтра поговори! — пытается сбросить мою руку, но у нее не выходит, и она хмурится, обиженно отклянчивая губу. — Ах, прости, я забыла, Ром, что она от тебя шарахается как от прокаженного.

Сашка хихикает и смотрит на меня так, будто ей все известно. Может, Лисицына рассказала о чем-то? В последнее время она очень сблизилась с этой рыжей бестией.

— Страйк! — ехидничает веснушчатая, сверкая зеленью глаз. Выбешивает окончательно. Итак настроение на нуле, а тут она еще издевается! Язва мелкая.

— Ну вот что! — хватаю с учительского стола ножницы и одной рукой прижимаю Харитонову к стене.

— Ты… — толкает меня в грудь.

— Отрежу все к чертям собачим, если не скажешь! — угрожающе щелкаю канцелярским инструментом в воздухе.

— Совсем ку-ку? — задыхаясь, возмущается. Косится на лезвия ножниц и пытается свинтить вправо, но я не позволяю ей этого сделать. — Ты не посмее…

Раз. Длиннючая, огненная прядь падает на пол.

— Ты больной, Беркутов? — ее зрачки от ужаса расширяются.

— Говори давай! Мне просто нужен адрес! Все отрежу, Харитон, довыделываешься! — на полном серьезе заявляю я.

Видимо, что-то в моих глазах ее действительно пугает. Расставаться с волосами, длиной до самой пятой точки, она явно не желает.

— Ты просто ненормальный! Обалдел? — хлопает ресницами, уставившись на рыжую змейку, лежащую у ее ног.

— Я умею делать отличную стрижку, — цежу сквозь зубы, зажимая ее в углу. — Горшок называется.

— Стооой, — просит взволнованно. — С ума сошел, какой горшок!

— Я симметрично сделаю, не переживай! — уверяю я. — А хочешь челку замутим? М? Как у Нелли Фуртадо!

— Неееет, не надо! — мотает головой.

— Ну…

— На Адмирала Макарова который. ТЦ «Аврора» — выкладывает обреченно. — Пусти! Ну ты и скотина!