Девочка и пёс
Шрифт:
– Ну, что думаешь?
Девочке и самой уже не терпелось высказаться. Азарт расследования захватил их обоих.
– Ливар шантажировал её, – быстро ответила она.
– Это ясно. Угрожал что всё расскажет Радвигу и видимо отношение молодого купца к ней значит для неё очень много. Однако, тем не менее она не убивала Ливара. Значит убил кто-то другой, но видимо по её просьбе.
– А кинжал в качестве оплаты? – С некоторым сомнением проговорила девочка.
– Именно. Я не сильно разбираюсь в драгоценных камнях. Но на нем три более-менее крупных алмаза и наверно с дюжину
– И по-вашему этот убийца использовал кинжал в качестве орудия убийства, да еще и бросил на месте преступления. Это бессмысленно.
Судья задумался, девочка, конечно, была права. Взрослый мужчина уже совершенно не замечал, что без всяких оговорок воспринимает ребенка не просто как равного, а в чем-то даже и превосходящим его.
– Что же тогда получается? – Спросил он как бы в пустоту.
– По-моему гораздо логичнее предположить, что Кория передала кинжал самому Ливару в качестве платы за молчание.
Судья чуть ли не с восторгом уставился на Элен и она ощутила удовольствие от безмолвного признания своих заслуг.
– Ну конечно! – Воскликнул он. – И потому она и не хотела говорить об этом, ибо это подразумевало бы признание в том что она отравила второго мужа. – Но через секунду его взгляд потускнел. – Тогда выходит что это всё-таки случайное убийство.
И он чуть ли не с надеждой посмотрел на девочку. Та пожала плечами:
– Возможно. Но любопытно почему Марана солгал о том что видел Корию в момент убийства рядом с местом преступления и еще и так переврал её разговор с Ливаром.
Однако судье это не показалось таким уж любопытным.
– Его явно попросили оговорить Корию, – равнодушно сказал он. – Может Шайто его запугал, а может даже Мелинор, который явно на дух не переносит эту торговку и далеко не рад, что его сын хочет взять её в законные жёны, приплатил ему.
Элен задумалась. Подобное не приходило ей в голову.
– Может стоит узнать точно кто его подбил на это, – предложила она. – Может этот человек знает кто убийца и по какой-то причине пытается отвести от него подозрения и подставить другого.
– Может, – согласился судья не слишком воодушевленно. – Ладно, по крайней мере мы уже знаем трех людей из каравана, которые точно не убивали его.
Появился Зузон вместе с Корией. По лицу молодой женщины было видно, что она много всего передумала за этот час и явно как-то сникла. Судья рискнул предположить, что спеси и духа сопротивления в ней поубавилось. И прежде чем начать запугивать её, он решил попробовать обойтись с ней мягко и вежливо. Возможно она уже раскисла настолько, что ей нужен только осторожный толчок чтобы она во всем призналась. Такое состояние у преступников или подозреваемых было очень хорошо знакомо Мастону Лургу.
– Госпожа Кория, я вижу вы очень устали от всех этих треволнений и я думаю вы уже и сами готовы признать, что лучший выход из этой ситуации для вас это во всём признаться. Кроме того нам практически уже всё известно и лишь хотелось бы уточнить кое какие детали.
Женщина сумрачно поглядела на него.
– В чем же я должна признаться?
Судья расценил это как жест сотрудничества.
– Мы
Взгляд Кории немного прояснился, слова судьи явно приободрили её.
– Но тем не менее вы тоже запятнали себя ложью, заявив что не получали от вашего поклонника, господина Радвига, кинжал украшенный алмазами и рубинами. – Судья внимательно поглядел на женщину. – Это конечно неправда, – мягко сказал он. – Влюбленный в вас молодой человек, по вашей ли просьбе или по своему внутреннему побуждению подарил вам это оружие, которое вы в свою очередь передали третьему лицу. – Лург сделал паузу и снова пристально взглянул на женщину. То что он собирался сказать все же было лишь догадкой и он хотел по её лицу понять попал ли он в цель. – А именно господину Ливару в качестве платы за его молчание. Не так ли?
По её окаменевшему лицу понять попал ли он в цель представлялось затруднительным. С ответом она медлила. Но потом, приняв какое-то непростое решение, тихо произнесла:
– Так.
Судья скорее уже по привычке, чем по необходимости посмотрел на руки Элен. Девочка занималась тем что складывала из листа какую-то фигурку, карандаши оставались нетронутыми. Впрочем, Мастон Лург и так не сомневался, что женщина сказала правду. Он улыбнулся ей:
– Вот видите и сразу всё стало гораздо легче. С правдой оно всегда так. Легче. – Но тут же подумал, что сказал лишнее, решив, что эти пошлые умствования про правду и ложь совершенно ни к чему. По лицу Кории он понял, что она думает примерно то же самое.
Судья принял серьезный вид и строго произнес:
– Вы передали кинжал господину Ливару чтобы он не рассказал господину Радвигу и возможно его отцу о вашей причастности к смерти господина Жужуя, вашего второго мужа. Вы признаете это?
Кория колебалась. Она затравленно смотрела на судью, не зная на что решиться.
– Разве я обязана свидетельствовать против себя? – Неуверенно проговорила она.
– Не обязаны, – согласился Лург, несколько удивленный тем, что жалкая торговка имеет какие-то понятия о юридических процессуальных нормах. Впрочем, он ведь сам говорил об этом и она должно быть запомнила. – Но в данном случае это формальность. Есть свидетельские показания того какие именно обвинения выдвигал против вас господин Ливар, а сам факт того что вы согласились купить его молчание является подтверждением того что вы признаете эти обвинения истинными.
Кория хотела что-то возразить, но судья с нажимом продолжил, не давая ей сказать:
– Однако ваша, хочу подчеркнуть возможная, то есть не установленная официальным судом, причастность к смерти вашего второго мужа не является предметом разбирательства данного слушания и если вы продолжите сотрудничать по этому делу, то так оно и останется.
По лицу Кории было очевидно, что она лихорадочно пытается уразуметь что это значит.
– Где вы были в ночь убийства?
Кория, окончательно запутавшись в поисках правильной стратегии собственного поведения, поглядела на судью почти жалобно и покорно ответила: