Девочка Эмина
Шрифт:
У нее все равно нет выбора. Со мной пойдет. Расскажу, как только домой вернемся.
– Теперь у меня на тебя другие планы, Диана. История начала повторяться, и ты очень нужна моему сыну. Он тебя любит. Как когда-то я любил твою мать. Но ты, в отличие от нее, будешь верной. Послушной.
Отец подает знак. В кабинет заходят, чтобы забрать
И только одному богу известно, что меня ждет, когда она придет в себя.
А пока скажи маме до свидания, маленькая. Потому что потом я увезу тебя на Батальонную, и мы поговорим. Дома, наедине.
Мы с отцом остаемся одни.
– Я действительно собирался выдать ее замуж за Давида Басманова. Я построил на нее планы сразу, как только узнал, кого ты прячешь у себя на Батальонной.
– Как ты узнал?
– Чуйка, Эмин. Ты мне сын. И я тебя насквозь вижу. Вижу, как ты поменялся.
– Следил, да? – грубая усмешка.
Булат улыбается. Следил. Дьявол.
– Видишь, какие эти женщины непостоянные? Будь верен мне, сын, и мы с тобой горы свернем. А если разлад между нами случится – сразу Москва нагрянет, как стадо гиен. Вместе держаться нужно.
– Я тебе верен. Только пришел забрать свое.
– А я хотел тебя уберечь, Эмин. Это безумие, сын, и ты им заразился. Вижу, заразился. Ради тебя я отправил ее в Москву, но девчонка выкрутилась. Беременностью.
– Моя она потому что. Не надо меня спасать, я уже без нее никуда. Поздно. Теперь по моим правилам играем, отец.
– Пусть так будет. Оно и к лучшему, может, что Давиду ее передать не успел. Но тогда ты должен сделать Диану своей женой.
– Что?
– В нашем мире, Эмин, есть только шлюхи и жены. Сделай мою дочь женой. Жена – это даже хорошо. Наследник будет.
– Мне не до детей. Это сделает меня уязвимым. К тому же, теперь Москва нагрянет, Давид не оставит это просто так. Ты почти продал Диану, а затем на попятную пошел. Без
– Войну переживем. Возможно, с убытками, поэтому и веду такой разговор. Тебя завтра не станет, и что я буду делать? Так хотя бы у меня внук останется. От родной крови и моего любимого сына.
Угроза в голосе отца стала почти материальной.
– Я повторю еще раз, Эмин: мне нужен внук от моей дочери.
Я сверлил отца взглядом, который он упорно не желал замечать.
– И я повторю еще раз: мне пока не нужны дети. Мы с Дианой сами решим этот вопрос. О том, чтобы сделать ее своей женой, я подумаю.
Булат замолчал. Недовольно. Наверняка жалеет, что свадьба с московскими сорвалась. Давид ведь сговорчивее будет, он на власть падок.
– Я к ней ничего не испытываю. Мне все равно, кто будет рядом с ней. Имей это в виду, когда будешь включать характер и перечить мне, Эмин.
– Это угроза?
Я смотрел на Булата и не понимал многих вещей.
Он корил себя за то, что приказал убить ее в Сибири. Жестоко расправился со своей дочерью. Вина пожирала его.
А теперь, когда его дочь вдруг оказалась жива, вернулся расчетливый и равнодушный Булат. Даже ударил ее.
– Кроме голубых глаз в ней ничего любимого, – продолжал Булат.
– Брови твои. Не такие широкие, но твои. Волосы черные, густые. Объясни, отец. Что в ней не так?
– В тебе больше моего, чем в собственной родной дочери.
Встречаемся взглядами. В его руке бокал виски.
– За тебя, сын, – салютует мне.
– И как давно ты знаешь, что мы не родные?
– Дольше тебя.
Замолкаем ненадолго.
– Верни ей настоящее имя. Что за имя ты ей купил – Дана? – морщится отец, – Шах Диана Булатовна будет. Фамилию при браке не придется менять. Раз уж тебе досталась девочка…
В кармане сжимаю пистолет. Готовый ко всему, как меня учили.
Конец ознакомительного фрагмента.