Девочка Дракона

Четвергова Юлия

Идиот.

— Уже проверил что ли? — не удержался от ехидства. А у самого в груди дыхание спёрло в ожидании ответа.

— А если и проверил то что? — облокотившись на перила, брат взглянул на меня.

Внутренности обожгло, и я с трудом сглотнул вязкую слюну.

— Уведи её отсюда. Ей здесь не место. — сдавленно прохрипел, понимая, что от моей вменяемости осталось совсем чуть-чуть.

Хотелось добавить: «Или я точно сорвусь с катушек», — но вовремя сцепил зубы, проглатывая и это

— Вы с мамой прям два сапога пара. Та

тоже весь вечер её взглядом пожирает. А теперь ещё и ты.

Затушив сигарету, Кир развернулся, чтобы уйти, но в дверях остановился. Произнёс:

— Оставь её в покое, Ромыч, хватит издеваться над ней всем универом. Она этого не заслуживает. Имей в виду, что если не прекратишь, мы будем по разные стороны баррикад. Я сделаю всё, чтобы тебе помешать травить ни в чём неповинную девочку.

У меня аж желчь вскипела.

— Да она использует тебя. На кошелёк и твой Лексус небось повелась.

— Ну, ты и болван, конечно. — скривился брат, и вышел, оставив меня одного.

Это мы ещё посмотрим, кто из нас двоих тут болван.

***

Юлия Снежина

Я вся была одним сплошным комком нервов. Оголённым и трясущимся от страха. Кровь стыла в жилах, пока Грозовский испепелял меня взглядом. И даже когда он ушёл, легче не стало.

Я чувствовала себя непросто неуютно, а виноватой. И даже не понимала, почему.

Мы с Романом друг другу никто. Его преследование — это игра. Так почему мне сейчас так совестно? Почему не могу смотреть ему в глаза? Почему чувствую себя предательницей?

Когда ушёл Кир, всё внимание семейства тут же обратилось ко мне.

А я мысленно пообещала дать брюнету затрещину. Такую, чтобы навсегда запомнил. Неужели нельзя было предупредить, что он брат Романа?! Да это же самая настоящая подстава! Ещё и совести хватило сбежать, оставив меня один на один с этими пираньями в платьях.

— Как вы познакомились с моим сыном, юное дарование? — элегантно отрезая небольшой кусок стейка, поинтересовалась мама Кира, Элеонора.

Этот момент мы продумали будучи в дороге. По версии Кирилла, мы с ним познакомились, когда он играл защитником на футбольном чемпионате, отстаивая честь университета. Потом всё было банально: кино, рестораны, совместное времяпрепровождение и любовь. Предложение он сделал мне где-то в этом промежутке.

М-да, с фантазией у Кира точно беда, — поняла я, прокручивая у себя в голове примерный ответ.

Естественно, после озвучивания версии знакомства с Кириллом, я только больше стала не нравиться Элеоноре. И двум девушкам, к слову, тоже.

Поджав губы, мать Кира собиралась задать ещё один вопрос, но её перебил Олег Витальевич.

— Ну, что ты набросилась на бедную девочку. Она итак чувствует себя не в своей тарелке из-за Кирилла, который её сюда привёл. И, наверняка, не сказал, что тут будет всё наше семейство.

— Не будь слишком строгой, Элеонора, — поддержала отца семейства

рыжая тётя.

Я скромно потупила глаза, предпочитая не подтверждать и не опровергать слова Олега Витальевича.

Вот, что правда, то правда. Про остальных родственников он мне и словом не обмолвился. До сегодняшнего дня я считала, что семейный ужин — это родители и дети. Тем более после перелёта.

Что ж, этот день я точно никогда не забуду. Как и жизненные уроки, который он мне принёс.

— Я, пожалуй, отойду в уборную. — пробормотала я, вставая. — Прошу меня извинить.

Я банально сбежала, понимая, что больше не высижу одна, среди незнакомых мне людей. А если вспомнить, что где-то здесь, помимо всего прочего, бродит Грозовский, так и вообще. Но в женский туалет он точно не сунется.

Уборная по условиям и отделке оказалась лучше многих квартир в нашей многоэтажке. Да чего уж там, лучше той, которую я снимала раз эдак в пять. И никаких посторонних запахов. Только цветочное благоухание.

Вздохнув, открыла кран и плеснула себе в лицо прохладной водой. Благо, макияж, которым меня размулевали в салоне, был водостойким.

Не знаю, сколько я простояла вот так вот, упершись руками в столешницу с раковиной из искусственного камня, и смотря на себя. В отражении была не я. Мне абсолютно не нравилось то, как я выглядела.

Из зеркала на меня смотрел двойник Татьяны Соловьевой, только блондинистый.

Стало противно. Захотелось мигом стереть с лица боевой раскрас, но я решила сделать немного иначе. Просто извинюсь и уеду домой на такси. Ни минуты больше не выдержу. И пусть Кирилл делает, что хочет. Грозовский в наши условия сделки не входил. Тем более, если он с самого начала знал, что Роман будет тут, то понимал, во что всё выльется.

Козёл. Очередной козёл! Знала бы, что Кир тоже Грозовский, обходила бы его по широкой дуге! А таким милым казался…

Решительно развернувшись к двери, я выскользнула из уборной, намереваясь слинять с торжества как можно скорее. Но не прошло и секунды, как чьи-то руки поймали меня и затолкали обратно, закрыв дверь на щеколду с внутренней стороны.

Глава 10

— Ты что творишь?! — прошипела я, скидывая с себя руки Грозовского.

— А ты? Зачем сюда явилась? — его разноцветный взгляд впился в моё лицо, словно таким образом он мог отыскать ответы на все свои вопросы. В том числе и на не озвученные.

— Я…

Слова застряли в горле, потому что Роман вдруг подался вперёд и сжал меня в объятиях, уткнувшись носом в шею. Все мысли тут же выветрились из головы. Остались только ощущения.

— Ч-что ты… — испуганно пролепетала непослушным языком.

— Помолчи, — приглушённо произнёс парень, обдавая дыханием чувствительную кожу шеи, покрывшуюся мурашками. И добавил едва слышно. — Пожалуйста. Просто помолчи.