Девочка для миллиардера

Рокс Лили

Всего неделя, а я уже осознавала, как сильно я завишу от общения с Альбертом, а также от общения с его сестрой и всей их тусовкой. Занятия меня перестали интересовать, я жила только от встречи к встрече. Только так я могла полностью забыть и про свое горе, одиночество, депрессию и про свою паршивую жизнь, и уж тем более, хоть какое-то время не думать об Алексе.

– Знаешь, а шмотки моей сестры тебе очень идут, ты прямо стала совсем другой… – подмигнул мне Альберт, протягивая руку, чтобы помочь пройти скользкий

участок дороги.

– Хватит меня смущать! – засмеялась я. – Если ты начал обращать внимание на таких, как я, то тебе пора завести себе девушку!

– А что, я не могу обратить на тебя внимание, как на девушку? – его лицо стало серьезным.

– Не можешь! – снова засмеялась я. – Ты же сам говорил, что я тебе как братан!

– Ну правильно, ты же тогда была всегда в мужских брюках, а теперь в платье.

Я почувствовала легкий конфуз, который впрочем передался и Альберту, и я захотела быстро перевести тему, но ничего в голову, как назло, не приходило.

– Почему ты себя так не ценишь? – внезапно спросил Альберт. – Ты очень даже ничего, особенно когда смеешься.

– Альберт, хватит что ли уже! Ты меня смущаешь! Тебе мало девушек вокруг? – возмутилась я, еще больше краснея.

– Мало, – согласился он. – Я люблю девушек, натуральных, так сказать. А таких все меньше и меньше, мне прямо развернуться негде. Посмотришь на какую-нибудь красотку, а у нее то губы надутые, то сиськи. Волосы сплошь у всех крашеные, у восьми из десяти наращенные ногти. Такие, толстые, длинные фу, аж мороз по коже.

Знаешь я как-то пошел с девушкой в маникюрный салон, от нечего делать. Она села к мастеру, с такими же длинными когтями и ей стали снимать этот лак. Меня чуть не стошнило, ей прямо фрезой пилили и сверху и снизу, это же настоящая операция. А когда сняли все, это выглядело еще ужасней. Я чуть в больницу ее не отвез, чтобы забинтовали и вылечили повреждения.

Я слушала и умилялась его чисто мужскому представлению о женской красоте. А он продолжал:

– И еще они же деревянные все, налепят на себя и ждут что с них будут пылинки сдувать и обслуживать всячески. Их даже трахать неинтересно, лежит бревно, а ты его ворочать должен, трудится, я что дровосек? Поэтому девушек я ищу нормальных, без этих всех внешних прибамбасов.

Как только он заговорил о сексе, у меня сразу же перехватило дыхание. Я никогда не думала об Альберте, как о парне, с которым можно заниматься ЭТИМ. Да и вообще… Не задумывалась о мужчинах, и как-то даже упустила тот факт, что помимо общения и прикосновений, им еще нужно давать что-то большее. Такими их создала природа и ничего тут не поделаешь.

Судя по тому, что рассказывала нам преподавательница на уроках религиоведения, секс – это что-то примитивное и грязное, а люди, которые достигли какого-то духовного просветления, могут жить без потакания природным желаниям,

которые свойственны животным.

– Альберт, мне не нравится тема нашего разговора, давай ее сменим, – грубо отрезала я и пошла быстрым шагом вперед, – Мне не приятно, когда ты говоришь обо мне такие вещи!

– А что я такого сказал? Эй! Подожди! – он догнал меня. – Я же не про тебя говорил. Ты чего?

– Что за нелепые сравнения меня с другими девушками, которых ты там трахаешь?! – снова грубо и довольно громко сказала я.

– Ревнуешь что ли? – хмыкнул он.

– Да иди ты! – обиделась я и снова пошла вперед.

– Вась, да ладно тебе, на пустом месте психуешь. Я же не то имел в виду! Да остановись же ты! – он схватил меня за руку и потянул к себе. – Я имел в виду, что ты – особенная. Не такая, как все эти искусственные люди. Они носят маски и не могут быть самими собой, а ты – реальная.

Я косо посмотрела на него и улыбнулась. На него сложно долго злиться, он слишком смешной и милый.

– Васек, по тебе же видно, что ты вся естественная, при этом ты – горячая, вон какие эмоции показываешь и не манерничаешь. Я даже подумал вначале, что ты под кайфом, когда увидел в первый раз на том кладбище.

– Обдолбанная? С чего бы? – прыснула я со смеха.

– Ну, так общаться с покойниками можно либо от эмоций, либо когда ты обдолбанный. В общем, ты мне понравилась сразу.

Я застываю в недоумении, Альберт в этот момент тянет меня к себе ближе и так нежно целует в щеку, что у меня на миг кружится голова.

Проклятье

Мне кажется, я испытываю сейчас нечто похожее, когда Алекс прикасался ко мне, и когда держал меня за руку. Сердце выпрыгивает из груди, во всем теле приятная ломота.

Схожу с ума, не могу контролировать свое состояние. Все во мне кричит, чтобы я оттолкнула Альберта, но я не могу. Вместо этого я начинаю понимать, что мне хочется, чтобы он еще раз поцеловал меня.

Вот черт, неужели я влюбляюсь в Альберта? Неужели это так работает? Слишком все как-то просто… Коснулся, поцеловал, сделал комплимент, и я уже готова раскрыть свое сердце. Никогда бы не подумала, что это так примитивно действует. А самое главное, что эта примитивная модель будет работать и у меня.

Неужели я буду влюбляться в каждого, кто проявит ко мне хоть какой-то мало мальский интерес? Наша училка по религиоведению сказала бы сейчас, что она думает по поводу моих низменных и животных желаний. Похоже, ничему она меня так и не научила, я совершенно не могу блокировать эти ощущения в теле, и если честно, не особо и хочу этого делать.

Сейчас мне кажется, что я наоборот готова на все, чтобы продлить их. Я не могу их объяснить, но это нечто удивительное. Я словно парю над землей.