Девочка для Ада
Шрифт:
Сумасшествие, но я с неё зверел. Себя не помня, качался, но только имитируя то, чего так ненормально жаждал. И если сначала Бориска была напряжена и напугана, что-то мычала в мой не ведающий жалости рот, то через несколько минут животной страсти, уже терлась о меня, всхлипывала в редкие перерывы между поцелуями и стонала, когда мои ласки становились все откровенней и властней.
А мне нравилось, как ее тело откликалось. Меня трясло от неуемной похоти взять девчонку грубее. Чтобы не всхлипывала, а орала моё имя, даже если с проклятиями в мою
Алчно ладонью по влаге скользнул, дразня и проникая одним пальцем. Дивясь, как узко и туго у неё внутри, еле второй добавил. И когда уже невмоготу стало плохо слушающейся рукой нетерпеливо дёрнул пояс на брюках, махом высвободив налитый желанием член.
Провёл по длине, чуть сдавив, у основания, чтобы остроту немного перетерпеть и, ослепнув от первобытных чувств, упер головку во влажное лоно.
– Ад, – истерично взбрыкнула Бориска.
Зло укусил за полную губу, потому что мне так горело, что болтать ни о чём не желал. Я действовать хотел.
– Ад, – раздавался слезливый скулеж, – я девственница, – пробилась какая-то малопонятная фраза. Смысл туго доходил до замутненного похотью сознания, а вот тело словно в цементе застыло.
Замер, дыша, точно конь после забега. Сердце грохотало везде: в голове, груди, животе. Член болезненно пульсировал. От перевозбуждения сводило яйца.
И это адски больно!
– Прошу, – опять писк пробился в растекающийся рассудок.
– Что? – охрипло брякнул, едва совладав с голосом.
– Я… – Бориска тоже быстро и шумно дышала, – девственница. Ни с кем, ни разу… – покраснела, дрожащие губы поджав.
– Да ну… – залип на её лице в ожидании хоть намека, что обманывала. Но она молчала, и ее молчание неприятно отрезвило. Медленно и оглушительно.
– Бл*дь! – рыкнул, лбом в стену уткнувшись. – Почему сразу не сказала? – это так, чтобы в собственном молчании не тонуть. А рукой ещё судорожно за ягодицу сочную девчонку удерживал.
– К-когда? – запнулась на слове Бориска. – По телефону? У нотариуса? При полиции? Или когда ты меня в туалет тащил? – Мягкий упрёк был вполне уместен.
Я понятливо кивнул в стену. Ещё пару секунд посопел, находя в себе силы отпустить жертву несостоявшегося сладкого насилия. Поставил ее на ноги и, чертыхаясь на все лады, член прячу в брюках, как озаряет:
– Минет делала?
В светло-зелёных глазах девчонки вновь застыл испуг:
– Нет, – к моему удивлению смутилась Бориска, манерно оправляя подол трикотажного платья.
– Значит, я во всём у тебя буду первым, – дернул девочку за руку вниз.
– Ад, – опять заскулила Бориска и только член оказался напротив неё, упрямо сжав губы, упрямо мотнула головой.
– Рот открывай. – начинал терять терпение. – Сейчас меня устроит просто влажность и вместительность твоей глотки. Навыками потом обзаведешься, а для начала научись расслаблять горло. Потому что я буду тра*ть твой рот.
Она испуганно таращилась огромными глазищами, а мне до желчи нравилось на нее в этой позе смотреть:
Большим пальцем провёл по её губам, надавливая на нижнюю и чуть оттягивая. Смакуя эти моменты повиновения, смирения, страха. Но когда она рта так и не открыла, грубее сдавил подбородок, нажимая на болевые точки. Бориска всхлипнула, пытаясь отшатнуться, но я свободной рукой за загривок придержал, опять член освободил и головкой члена упирался в закрытый рот.
– Лучше по-хорошему, – процедил сквозь зубы. – Иначе я покажу другой вид еб*ли, и она тебе не понравится ещё больше.
Многообещающе прозвучало. Даже для меня, прожженного суровостью жизни.
– Минет, Барбариска, тебе лучше освоить. – постучал головкой по сжатой полосе рта, чуть ли не кончая от чувств всевластия над этой стервой. И это уже кайф, а мне ещё предстояло узнать насколько она девственна. И не дай бог обманула!
С накатывающим злом протаранил полные губы, надавливая на подбородок. И для пущего воздействия по щеке шлёпнул, с большим кайфом проникая в рот, пока девчонка стонала от боли и возмущения. За волосы придержал, чтобы не отстранилась. И челюсть её сжимал, чтобы не сомкнула зубы:
– Терпи и носом дыши, – распорядился, качаясь глубже.
Член длинноват, хотя скорее, девчонка глотку не расслабила, как нужно, но это её дело.
Сопротивляется? Пусть давится!
Толкнулся грубее, чтобы в полной мере познать удовольствие от еб*ли этого милого и столь ядовитого рта.
Бориска уже скулила-мычала, дергалась, но меня это не колыхало. Обеими руками за волосы перехватил, опять качаясь в горячую влагу её рта, и, чтобы оказаться глубже, направлял её голову к себе.
Это было так хорошо, что мир покачнулся, перед глазами серпантин звёзд полетел и, теряя себя, я задал ускоренный темп, не в силах растягивать процесс. По венам уже бежало каленое удовольствие.
Бориска судорожно дергалась: то шлепала по моему оголенному заду, то цеплялась, то когти вонзала, отчаянно мыча проклятия.
А то, что она меня проклинала и ненавидела – наверняка.
Я всё для этого сделал и сделаю ещё больше!
Её любовь мне уже не всралась!
Больше!
Это я когда-то грезил мыслью быть с ней. Влюбить в себя, а теперь только пользование холодное, бездушное.
Кончил я быстро. Даже не ожидал что так накатит. Ослепляющей волной и звоном в ушах. Чтобы максимально впитать ярких чувств, задрал голову и изливался в глотку девчонке.
Когда истерика Бориски стала невыносимой, отпустил.
С неудовольствием глянув, как зареванная, со взбитыми от моих дерганий волосами, некогда красотка, блеванула на пол, точно распоследняя пропойная шалава.
Что ж возможно, это ее будущее.
Пусть привыкает!
Заправив член в брюки, вжикнул молнией. Девчонку за шкварник дёрнул, ставя на ноги. Подтолкнул к раковине. Врубил воду, глянул на неё через зеркало и вкрадчиво отчеканил: