Девки гулящие 2
Шрифт:
Иван Афанасьевич глаза потер – устали его органы зрения. Решил, что на сегодня уже хватит бумагами заниматься – завтра допишет. Если быстро отчет подготовит, скажут – тороплив, не прилежен… Не первую бумагу Иван Афанасьевич составляет – он на этом деле уже не одну собаку съел.
Глава 16 Про девок, Марию и военно-санитарный поезд
В январе-феврале пятнадцатого года в вятских заведениях Воробьевых количество работниц несколько сократилось. Протоптала Аннушка дорожку в общину сестер милосердия Красного Креста, а по ней за новой жизнью трое девок и ушло.
Перед самой весной ещё несколько сиделками в госпитали города на работу устроились. Персонала там катастрофически не хватало, в местных газетах об этом то и дело писали. Вот и решили некоторые род деятельности сменить. Причем, ушли те, кто постарше был и уже особым спросом у клиентов в публичном доме не пользовался. Ванька и сестры их тоже держать на аркане не стали.
Мужики то из вятских деревень теперь на фронте воюют, а по весне опять пахать-сеять надо будет, война это не отменила. Вот и ещё несколько девушек домой в свои покинутые в мирное время семьи засобирались. Односельчане у них не знали, чем они в городе занимаются, поэтому вернуться им было не стыдно. В прислуге де работали, денежек на приданое и на ведение хозяйства подкопили, а сейчас к родным мамочкам вернулись на поле и со скотиной помочь.
Дефицит кадров у Ваньки образовался, а тут его одна из ближайших помощниц ещё обрадовала. Мария уходить из семейного бизнеса собралась. Причем, не куда-нибудь, а в военно-санитарный поезд один неназываемый гражданин ей устроиться помог на службу. Использовал господин полицмейстер свои годами наработанные связи, переговорил с кем надо и вопрос решился. Мария к тому же и ускоренные курсы, соответствующие прошла. Это до войны долго учиться надо было, а сейчас – раз-два и готовый специалист.
Всей губернией деньги на этот поезд собирали. Кто сколько мог, столько и жертвовал. Сейчас так поэтому он и называется – военно-санитарный поезд № 605 Вятской губернии.
Ванька пытался сестру отговорить, на слабость её здоровья налегал, но разве Марию переспоришь… Привезла она из Бакулей дальнюю родственницу – вот тебе, Ванечка, замена, оформляй на неё содержание публичного дома.
Оформили. Начала та работать. Кстати, фамилия её по деревне была – Бакулева. Не мудрили с фамилиями в то время, проще чем сейчас к этому относились.
Ванька сам даже в первую поездку военно-санитарного поезда на фронт одиннадцатого марта Марию на вокзал отвез. Сестрам ехать туда запрет вышел – нечего перед людьми сырость разводить и Марию позорить.
Состоял поезд из двадцати одного вагона. Один из них представлял из себя перевязочно-операционную. Оборудована она была всем необходимым в соответствии с последними достижениями медицинской науки текущего времени. Одновременно там можно было проводить даже не одну, а две операции – операционные столы и освещение для этого имелись. Инструментария тоже хватало.
Один вагон был оборудован для тяжелораненых, тринадцать – для тех, кто ранен легко. Кроме того, в составе поезда имелись вагон-кухня, большой ледник, кладовые, вагоны
Рассчитан поезд был на четыреста десять раненых, но при необходимости мог вместить их и гораздо больше. Так Ваньке Мария рассказала.
Персонал поезда состоял из двух врачей, заведующего хозяйством, четырех сестер милосердия, пяти фельдшеров, сорока одного санитара и пяти слесарей. Сильно это по обеспеченности населения губернии медицинскими работниками ударило, но что делать – война…
Редко Воробьевы сейчас свою Машеньку видели – всё она в рейсах по Северным дорогам курсировала. Войны, они возвращенными в строй ранеными и больными воинами выигрываются. Вот и участвовала Мария сейчас в их своевременной эвакуации с фронта в госпитали. Давно замечено – чем быстрее раненому квалифицированная медицинская помощь оказана – тем для него лучше, меньше умерших и ставших инвалидами, сроки лечения короче…
Письма только Ванька и сестры от Марии теперь получали, она их почти со всех железнодорожных станций отправляла. Писала – как работает, что видела, как скучает. Сестры слезы лили в три ручья, а Ванька на крыльцо курить ходил после таких чтений.
В июне Мария написала, что Государыню Императрицу Марию Федоровну видела. Приезжала она их военно-санитарный поезд осматривать. Была с ней ещё и свитная фрейлина графиня Менгден. Старший врач поезда Лазаревич их встретил, всё про поезд рассказал и показал. Ее Величество всем осталась довольна, расписалась в книге Почетных Посетителей, со всеми здоровалась и с Марией тоже. Потом все вместе фотографировались. Фотография будет напечатана в издании «Родина» в номере двадцать шесть за этот год. Ваньке велено было этот номер иллюстрированного журнала купить, фотографию с Государыней Императрицей и Марией вырезать и хранить. Когда ещё с Ее Величеством на одном фото ещё побываешь. Там, правда, другие лица медицинского персонала поезда тоже запечатлены, но главные – это Государыня Императрица и Мария.
Ванька практически все имеющиеся в продаже в Вятке номера журнала с Марией скупил. Сестры каждая себе вырезки, соответствующие сделали и в рамках у себя на почетном месте повесили. В деревню родственникам ещё несколько номеров отправили – пусть Машенькой нашей погордятся…
Глава 17 Красный замок
Цены в Вятке и в пятнадцатом году продолжали расти. Ни на день этот процесс не останавливался, поэтому Воробьевы за съестным продолжали в Бакули ездить. Братаниха искала и покупала по списку нужное, а Ванька в оговоренный день приезжал и всё забирал.
Так и сегодня он уже по Николаевской к себе на Хлыновку с полной телегой возвращался, чуть-чуть и оставалось только доехать.
На против замка Тихона Булычева замедлил Ванька бег своей колесницы – хорош домик, на сотни, а то и на тысячу верст вокруг больше нигде такой красоты нет. Да уж не Булычева сейчас это чудо, а Дом инвалидов и сирот Великой войны 1914 – 1915 годов, хотя и имени того же Булычева. Первый такой в Российской империи, и здесь вятские всем нос утёрли…
Вспомнилось сейчас Ваньке, как он с сестрами на открытие этого дома ходил. Причем, не они его посетить данное мероприятие позвали, а сам он инициативу проявил. Евдокия тогда даже руками развела – виданое ли это дело – домосед их известный сам сестричек куда-то вывести решил…