Дэвид Баркли - "Эсхил"
Шрифт:
Увиденное вывело Ари из оцепенения. Он шагнул вперед и столкнулся со спускавшимся сверху человеком.
4
Первой мыслью Доминика было, что Рихтер заразился грибком, но реальность оказалась ещё ужаснее. Рихтер оставался человеком. Но будучи человеком, он превратился в чудовище.
Рихтер оторвался от тела и отшвырнул его в сторону, будто куклу. Когда он взглянул вверх, Ари замер.
– Желание стать героем ещё никогда не было таким сильным, да?
– не сводя
– Что ты делаешь?
– прошептал Ари.
– Беги, пока можешь.
– Я... не...
Рихтер снова дернулся в сторону. Доминик не понимал, как у него это получалось. Скорее всего, там внизу всё превратилось в кашу.
– После более, чем полувека жизни на этой планете, ты должен, наконец, понять, что никакой ты не герой.
– Я знаю, кто я, - ответил Ари, стоя на месте. Ему хотелось подбежать к Рихтеру, пнуть его в лицо, размазать, раздавить, но он не мог. Его талия была расплющена, а Доминик стоял без движения. Он огляделся в поисках хоть какого-нибудь оружия. Его взгляд упал на металлическую полку в углу. Почти все колбы, стоявшие на ней, попадали, но одна устояла.
Доминик бросился к ней и одним движением схватил её в руку. Рихтер уставился на него почерневшими от ненависти глазами, но поделать ничего не мог. Доминик швырнул колбу о пол и она разбилась. Вылившийся из неё формальдегид залил глаза и рот Рихтера. Жидкость начала испаряться, превращая голову коммандера в уродливую массу.
Затем Доминик услышал то, чего никогда не надеялся уже услышать - вопль Рихтера. Его грудная клетка лопнула, изо рта потекла пена, крик захлебнулся.
Мгновение спустя, Ари схватил его за руку.
– Спасибо тебе, Доминик! Огромное спасибо!
– он замолчал.
– Что с Этторе?
Доминик покачал головой.
– Значит, остались только мы. Нужно идти, Дом!
Доминик позволил вывести себя наружу, желая, как можно скорее, оказаться подальше от того, во что превратился Рихтер. Когда они прошли мимо уцелевшего контейнера, он остановился.
– Погоди.
Рукоятка контейнера замерла в вертикальном положении. Одно движение и формальдегид пройдет по трубкам и вырвется наружу. Именно таким был их план: выпустить газ, который передушит всех солдат, а самим сбежать.
– Я... не могу. Не могу и всё, Ари...
– его голос сорвался.
– Не могу взять грех на душу.
Ари обнял друга - странный и очень необычный жест в сложившихся обстоятельствах. Доминик посмотрел на него и увидел блестящие от влаги глаза.
– Хватит, - сказал он.
– Мне надоело быть их игрушкой, Доминик. Мне плевать, что их ждет то же, что и Рихтера. Плевать.
Доминик отрицательно покачал головой.
– Ты же понимаешь, что они сделали бы то же самое с нами. А если это шанс предотвратить участь тех, кто окажется тут после нас?
– Не
– А я знаю. И не упущу этот шанс. Вы с Люсией можете уйти отсюда. Я тоже смогу, если получится, но подвергать вас риску не стану. Если не хочешь, чтобы я делал это ради тебя, то позволь сделать это ради неё. Её жизнь ценнее жизни Рихтера. Ценнее тысячи жизней, таких, как он. А теперь, отойди, дай мне открыть контейнер.
Какое-то время они молча смотрели друг другу в глаза.
Наконец, Доминик кивнул.
– Вместе, - сказал он.
– Работать будем вместе.
Он снял предохраняющую скобу и вместе они взялись за рычаг. Доминик снова посмотрел другу в глаза и понял, что время пришло. Одним движением они опустили рычаг, обрекая десятки людей, которых считали виновными в своих мучениях на смерть.
Но ничего не произошло.
5
Они вывалились из бункера во двор, забыв о плане. Фреке погиб. Этторе погиб. Люсия пропала, а контейнеры сломались именно в самый важный момент.
Снаружи беспорядочно бегали солдаты. Те, кто помоложе, искали оружие, те, кто постарше - командиров. Все, при этом, выглядели потерянными. Они мелькали в дыму взрыва, будто не знали, куда попали.
– Куда собрались?
– послышался окрик.
Доминик повернулся и увидел доктора Глёкнера. Не обращая на него внимания, они продолжали идти, крича:
– Люсия! Где ты?
Доктор их догнал.
– Можно я с вами? Если вы решили сбежать, возьмите меня с собой.
Доминик оттолкнул его.
– Отвали!
Доктор отшатнулся в сторону, в его глазах читалась растерянность и страх.
– Вы... не бросайте меня здесь.
– Не приближайся!
Глёкнер побежал к солдату и пристал к нему с теми же мольбами.
Что-то здесь было не так. Помимо взрыва. Никто их не задерживал. Никто даже не обратил на них внимания.
Когда они вышли за ворота, тревога Доминика возросла. У стены стояли два солдата и смотрели вдаль.
– Боже мой, - сказал один из них.
В полукилометре Доминик разглядел перевернутый мотоцикл, его фара всё ещё горела. На нем сидели двое, но сейчас они оказались придавлены корпусом. Он решил, что эти люди мертвы, пока один из них не начал вставать. Увидев развевающиеся на ветру светлые волосы, у него встал ком в горле.
– Люсия!
– крикнул он.
Он побежал, но тут же остановился, потому что разглядел, что выползало из-за холмов. Прямо из провала лезла орда мерзких тварей и двигалась к базе. Люди, птицы и звери, превращенные в нечто мрачно-сюрреалистичное. Они карабкались по скалам, перебирались друг через друга и неумолимо приближались. Их вопли и крики, словно, гром неслись перед ними.
Ари исчез вместе с солдатами и Доминик остался один.
– Нужно забрать её.
И он побежал навстречу тварям. Навстречу Люсии.