Девиантный рыцарь

Лоррейн Трейси

Его челюсть подергивается, когда он смотрит на меня в ответ.

— Ты играешь с очень опасными людьми, Эмми.

— Меня защищают некоторые очень опасные люди, — говорю я, переворачивая его слова. — Никто не прикоснется ко мне. Я Рэмси, — гордо заявляю я.

— Черт. Твой отец собирается убить нас обоих.

Я улыбаюсь ему. — Спасибо, — шепчу я.

— Если кто-нибудь даст тебе какое-нибудь дерьмо, если тебе что-нибудь понадобится… Если этому маленькому сопляку понадобится надрать его задницу, ты позвонишь мне, да?

— Конечно.

— И

когда твой старик узнает об этом, держи мое гребаное имя подальше от этого.

— Конечно.

Он встает, кивая мне, хотя по жесткому выражению его лица я могу сказать, что он не в восторге от всего этого.

— Я понимаю, что тебе нужно найти себя, Эмми. Я понимаю. Но если я услышу, что у тебя какие-то неприятности, я встану рядом с твоим отцом и сделаю все необходимое, чтобы убедиться, что ты в безопасности.

Он у двери, его пальцы сжимают ручку, когда я нахожу несколько слов.

— О ком ты здесь на самом деле беспокоишься? Тео и Чирилло, или Дедушка и клуб?

— Твой отец.

И с этими словами он ушел.

— Черт, — выдыхаю я, падая обратно на кровать со страхом, скручивающимся в моем животе.

Если Титч пойдет прямо туда и расскажет папе, мне крышка. Он никогда больше не выпустит меня из дома и, вероятно, заколотит окно моей спальни.

***

Остальная часть нашего отпуска прошла хорошо — ну, до тех пор, пока я не забуду о обеспокоенных взглядах, которые Титч бросал на меня всякий раз, когда мы находились в одной комнате. Мы расслаблялись, ели, пили, спорили за настольными играми… Почти как в любой обычной семье. Только мужчины в моей жизни полны ругательств и покрыты татуировками. Черт возьми, как и большинство женщин.

Я почти все время была на взводе. Каждый раз, когда папа заговаривал со мной или Пайпер задавала мне вопрос, я ждала, что они потребуют ответов о том, чем я занималась в последнее время.

Но по прошествии нескольких часов я начала понимать, что Титч сдержал свое слово. По крайней мере, на данный момент.

Только когда мы паковали машины, чтобы уехать в пятницу утром, кто-то из нас снова заговорил об этом.

— Спасибо, — сказала я, когда мы оказались одни у багажника его машины.

— Я помню, каково это было — быть в твоем возрасте и пытаться найти свое место в жизни. Только не заставляй меня сожалеть о том, что я доверился тебе.

— Я не буду, — пообещала я, чертовски надеясь, что это то, что я смогу сдержать.

Он одарил меня грустной, обеспокоенной улыбкой и оставил меня там.

Я была благодарна. Моя голова и так была в беспорядке после ночи, когда я почти не спала. Разрываясь между беспокойством о том, что он собирается делать с моим секретом, и отсутствием ночного посетителя, я обнаружила, что ворочаюсь с боку на бок почти до восхода солнца.

Я так и не ответила на сообщение Тео, и он так и не отправил другое — чему я не очень рада, но, думаю, вряд ли могу жаловаться.

Движение машины

в конце концов убаюкивает меня на обратном пути в город, и когда я открываю глаза, то обнаруживаю, что мы притормаживаем перед папиным домом.

— Дом, милый дом, — говорит он, улыбаясь своей новоиспеченной жене.

— Вы двое так счастливы, что это вызывает отвращение.

— Ну, я думаю, это хорошо, что тебе не придется терпеть нас несколько дней, а? — Говорит папа со злым блеском в глазах, когда он практически трахает Пайпер глазами.

Если бы я не была так рада за них, меня бы просто вырвало на заднее сиденье его машины.

Волнение охватывает меня, когда я думаю о папином свадебном/рождественском подарке от Пайпер. Новый год в Лас-Вегасе. Лучше этого ничего не бывает. К тому же, дом в моем полном распоряжении.

Они направляются внутрь, чтобы переупаковать вещи, а затем направляются прямо в отель сегодня вечером, готовые к вылету первым делом утром. После того, как они окружали меня в течение последних нескольких дней, я не могу дождаться тишины, даже если это означает провести Новый год без кого-либо из моих родителей. По крайней мере, у меня будут мои друзья. С надеждой.

Папа уже предупредил меня о том, чтобы я не устраивала шумную вечеринку, но серьезно, дети, с которыми я хожу в школу, все живут в пентхаусах и особняках — какого черта кому-то понадобилось устраивать вечеринку здесь?

— Мир и покой, — вздыхаю я. — Не могу дождаться.

Папины глаза встречаются с моими в зеркале заднего вида, когда он нажимает на ручной тормоз.

— Я буду вести себя хорошо, я обещаю.

— Я знаю, — говорит он с мягкостью в голосе, которой обычно нет. — Я горжусь тобой, ты же знаешь это, верно?

Я улыбаюсь в ответ, когда мой желудок сжимается в узел. — Спасибо, папа.

Глава 23

ТЕО

Я смотрю на непрочитанное сообщение, которое я отправил Эмми сегодня днем, напоминая ей, что она занята сегодня вечером, и уточняя, где именно я хотел ее видеть, когда закончу свою смену в казино.

Время между Рождеством и Новым годом в отеле всегда безумно занято, и помимо того, что я проводил Рождество с родителями и проводил ночи с Эмми, я был здесь.

Я уничтожен. Но этого недостаточно, чтобы пойти домой одному и по-настоящему поспать.

Я не могу. Не без нее.

Я не хотел спать с ней в среду вечером, но, лежа с ней в моих объятиях, расслабило меня больше, чем я думал, и когда ее дыхание стало поверхностным, а ее тело растаяло на моем боку, я был бессилен, кроме как закрыть глаза и погрузиться в сон вместе с ней.

Это был риск. С тех пор я плачу за это каждую секунду. Но я не могу сожалеть об этом.

Я добился того, что мне было нужно. Я показываю ей, что она может доверять мне, и это единственный способ докопаться до сути того, что происходит с ее матерью.