Девиант
Шрифт:
Тут же не заставил себя ждать и закадровый голос, раздавшийся отовсюду.
— Так хитроумный план злобного гения-злодея сработал идеально. Он коварно заманил своих врагов в ловушку и расправился с ними, и теперь никто не сможет помешать ему вершить свои злодейские планы. Да, в жизни так бывает, что зло остается безнаказанным.
— Опа, — обрадовался я, растекшись в кресле. — То есть для идеального прохождения надо было всех грохнуть? Зачет.
— В конце злобный гений-злодей примерил свой злодейский образ, чтобы пойти дальше творить свои злодейские
— Ладно, ладно, — ворчливо произнес я, натягивая маску.
Кое-как прицепил к ней монокль, надел цилиндр и взял в руки трость. Вставать из этого кресла не хотелось. Можно мне его в награду? Попытался применить пустую карту, но она не среагировала. Ну да, если бы все было так просто, я бы вышел из испытания с парой сотен кило динамита и пофиг мне было бы на вашу награду.
Посмотрел на свое отражение в зеркале и на мгновение мне даже стало немного грустно. Чтобы пройти испытание идеально, надо остаться одному. А если бы это были не три дебила, а три моих друга? Да, я может и ненавижу людей в целом, но и у меня могут быть друзья.
— Чертоги не любят хэппи энды, да? — с тоской спросил я у своего отражения.
Но оно ничего не ответило. Зато вновь напомнил о себе рассказчик, своим голосом развеяв накатившее оцепенение.
— А перед выходом злодей рассмеялся своим злобным смехом, — произнес голос. — И это был последний звук, что слышали стены хитроумной западни.
— Да ладно, — заныл я. — Это же глупо.
— Рассмеялся. Зловещим. Смехом, — с нажимом повторил закадровый голос.
— Ха. Ха. Ха, — в тон ему ответил я.
— Зловещим!
— Ладно, ладно, — пробурчал я. Еще лишит награды, ну его.
Я постарался спародировать тот писклявый смех и у меня на удивление хорошо получилось. Забавно, может каждый слышал свой вариант смеха, ведь изначально неизвестно было, кто из нас дойдет до конца и сыграет роль злодея. Или известно?
Из гримерки я вышел в небольшой темный коридорчик, который вел в уже знакомый зал кинотеатра. Оказавшись в нем, заметил, что трость, маска и прочий прикид пропали. Гончая послушно сидела, развалившись на двухместном диванчике в первом ряду, дожидаясь меня.
Я сам не понял, в какой момент у меня подкосились ноги и я рухнул в ближайшее кресло. Руки трясло, меня трясло, сердце колотилось. Адреналин сошел на нет и меня накрыло волной... Понимания, наверно. Три человека, которые родились, росли, жили, строили свои планы на будущее. Три живых человека, с которыми я познакомился несколько часов назад, разговаривал, смотрел на них. Они были живыми и могли жить дальше.
Да, три редкостных мудака со своими секретами, со своей гнилью и подлостью, но тем не менее. Я вздохнул и откинулся на кресле, закрыв глаза. Не должны конфликты заканчиваться смертью. Не должны споры обрывать чью-то жизнь с ее планами и множеством хороших моментов в будущем.
Неправильно это. Просто неправильно. Да, два козла и одна шалава, но какие есть. Мы могли бы набить друг другу морду, сломать несколько костей, но никто не должен был умирать. Тем более из-за колоды карт. И безумие
Не должно быть так. Смерть любого человека — это всегда трагедия. Это пиздец. Но в чертогах этот простой факт извратили и тут смерть, это идеальное прохождение с повышенной наградой. И от этого мне хотелось то ли расплакаться, то ли просто напиться.
— Я ведь тоже к этому привыкну, — произнес я, обращаясь к гончей. Больше некому слушать.
Достал бутылку рома и открыл крышку. Пары алкоголя ударили в нос с такой силой, что я поспешил убрать бутылку обратно в карту. Нет, не настолько все плохо в моей жизни. Впрочем, запах спирта немного прочистил мозги и меня отпустило. Так или иначе, что случилось, то случилось и у меня не было другого выбора.
Да, ситуация неправильная, но либо меня, либо я. Это не вопрос большего и меньшего зла. Это вопрос судьбы, которая сдала на руки галимые карты и пришлось играть тем, что есть. Хотя, у судьбы в этом месте даже имя есть. Начинается на Амодеш и заканчивается на галимый мудак.
Я посмотрел на гончую, которая если и переживала о чем-то, то мастерски скрывала свои чувства.
— Как тебе фильм? — спросил я. — Сцену после титров оценил?
Пес демонстративно срыгнул на пол комок слизи, слез с диванчика и потрусил в сторону выхода.
— Да что бы ты понимал в высоком кино? — спросил я ему вслед. — Это артхаус. Ай, что я тебе объясняю, ты же вообще веган. О чем с тобой говорить? И где моя награда?
Перебрав колоду, я понял, что карту щита мне никто возвращать не планировал. Вместо нее у меня осталась пустышка из-под арбалета. Минус щит, минус череп, который я потратил на его зарядку. С другой стороны, если бы я так не сделал, то Лейла не вела бы себя столь самоуверенно и могла ударить позже, когда я не буду ожидать.
Жив и ладно, найду новый щит, лучше прежнего. Может быть прямо сейчас даже.
— Да где тут награды-то выдают? Веган? Ты тут ничего не сожрал, пока меня не было? Не уходи от ответа.
Шкатулка из резного красного дерева нашлась прямо перед полотном проектора. Откинув крышку, я увидел выложенные в ряд предметы и от этой картины внутренний хомяк довольно заурчал.
Пять тысяч опыта сразу добавились, стоило мне коснуться шкатулки. Следом прилетело уведомление о полученном уровне. Я тут же закинул свободное очко характеристик в тело, доведя параметр до девятки.
Теперь переходим к наградам. Пять хрустальных черепов мерно светились голубоватым светом на бархатной подкладке. Они тут же ушли в карту, и я с разочарованием понял, что их нельзя перекинуть в интерфейс, куда попадают обычные осколки душ, выдаваемые Амодешем за аннигиляцию всего живого и полуживого.
То есть те осколки, которые я собираю с чумных, можно засунуть в карту, а обратно нет? Получается так. Дальше, как я понял, шли духовные материалы в количестве пяти штук. Видимо, это обобщенное название для целой категории предметов.