Девчачьи нежности
Шрифт:
И вот однажды я решила не идти после второй смены домой, а постоять под дверью и послушать, что говорят на собрании. Если застукают, скажу, что жду маму, да и все. Подслушивать нехорошо, знаю-знаю, но я же по делу, в целях, так сказать, личной безопасности.
Сначала классная говорила про нашу успеваемость, потом про поведение – про весь класс оптом. Потом перешла на личности. Накапала на Фомина, что он в столовую не ходит. Потом на Бакина, что он дрался. Потом на Белокосову, что опаздывает. Потом про меня, что на переменах я хожу, уткнувшись носом
Мама обычно кричит:
– Вот что ты там делаешь? Ты знаешь, что интернет – это очень полезная штука, не только шарики и ролики там во всяких игрушках гонять. Вот у меня в интернете стопицот (она прямо так и говорит, чесслово!) важных дел: я письма там пишу, книжки читаю, работу работаю, заказы получаю, учусь чему-нибудь, новости узнаю, погоду, рецепты. Да у меня полжизни там проходит, а у тебя что?
Зануда ты, мамка. Так и у меня ведь там полжизни проходит. Жизни у нас разные, поэтому они проходят у нас по-разному: кто-то работу работает, а кому-то и в игрушки поиграть надо. «Голодные игры» я там смотрю, бе. И Миядзаки. И сайты про рисовашки всякие.
А собрание дальше идет своим ходом. Деньги какие-то на ремонт родители решили собрать. Стали придумывать, куда нас на каникулы сводить (никуда не водите, дайте на диване полежать спокойно, у меня два репетитора, тренировки, куча домашки, бытовые обязанности и присмотр за Котькой. Было еще время, когда я в музыкалке занималась, но отвалилось, аллилуйя. Нашла я в себе силы сказать «нет» гаммам и этюдам. Родители сказали что-то про проявление характера и отстали).
И тут зашла речь про пятидневку: надо нам шесть дней в неделю учиться, или не надо.
Все родители кричат:
– Надо! Надо! Меньше по улицам болтаться и сидеть в своем интернете будут!
А моя мамулька своим девчачьим (она еще картавит у меня) голосочком говорит:
– Пусть будет пять дней по восемь уроков!
Вот коза, а?
– А шестой день пусть занимаются творческой работой и самообразованием. У них вон какие нагрузки: если сложить часы в школе, домашние задания, кружки и репетиторов, то получается полноценный восьмичасовой рабочий день взрослого человека. А у нас с вами, между прочим, по два выходных в неделю. А у них – только один.
Нет, не коза, лапулька моя. Даешь равные права детей и родителей! Всем по два выходных!
И все родители как-то притихли, стыдно им стало, что ли?
Тут собрание с темы пятидневки съехало опять на тему поведения. Не все, оказывается, граждане нашего класса приходят после уроков домой вовремя – болтаются где-то часа по четыре. Ну, где тут у нас на районе четыре часа после шести уроков болтаться можно, я не знаю. Но где часок-другой провести интересно, догадываюсь. В столовке нашей школьной. Приходят туда некоторые (не я, у меня репетитор то по математике, то по английскому) и пьют чай с плюшками.
Родители – снова в бой:
– Да как же это? Да что же это? Что за безобразие, улюлюлю!
И мама моя тут снова встревает:
– Но
– Да нет, – отвечает классная, – не делают. Сидят и культурно общаются.
– Без телефонов? – спрашивает мама.
– Удивительно, но да, – отвечает классная.
– Так это же прекрасно! – говорит моя мамулька. – Сидят, общаются, культурно, без телефонов, в стенах школы… Не в подворотне же стоят с сигаретами.
Мам, чо как маленькая, некоторые уже стоят. Не, не я. Я ж спортсменка.
А родители:
– Так по два часа ведь сидят!!!
Маман-шарман не унимается:
– А вы попробуйте с ребенком договориться: час или полтора тебе на посиделки в столовой, а потом сразу домой. Договор ведь великая сила.
Это да. Что великая, это я на своей шкуре хорошо знаю. Хоть тресни, а сделай. Но зато потом к тебе никаких претензий. Очень удобно. Я бы еще на бумаге фиксировала и скрепляла кровью. А то мама заключит пакт на словах, а сама же потом про него забудет. А я ей – раз! – достаю договор с подписями и печатями: я хорошие оценки за четверть принесла? Принесла! Где моя поездка с классом в Белокуриху?
Короче, я поняла, что после этого собрания опасаться мне нечего, и решила уйти пораньше – немного постоять в подворотне, подышать свежим воздухом, столовка-то уже закрыта. Подворотня – это угол школы по-нашему. Там и не покуришь как следует, все на виду, люди идут по дорожкам. Но некоторые умудряются.
– Тебе, Бакин, – сказала я стоявшему там Бакину, – влетит за драку на прошлой неделе. Тебе, Фомин, за то, что в столовке не питаешься. А я домой пошла, мне сегодня бояться нечего.
Но напрасно я расслабилась.
Приходит домой мама и говорит:
– Если тебе захочется после уроков чаю попить с плюшками в столовой, то я не буду против. Только предупреди.
– Угу, – киваю я, глядя в телефон.
– Ты в столовую-то вообще ходишь со всеми? А то некоторые не ходят.
– Угу, – снова киваю я.
– И мы тут еще решили, – говорит вдруг мама, – что совершенно необходимо нашему классу группу «ВКонтакте» создать. И писать там разные полезные вещи.
Што?
– Кто администратором будет? – спрашиваю я с нехорошими предчувствиями.
– Я, – скромно сообщает мама.
Черт. Черт. Черт. Это черт знает что такое! Кто вообще в эту группу вступит? В которой чья-то мама администратор. О чем там вообще писать можно? А в меня пальцами будут тыкать: смотрите, у нее мама – администратор группы «ВКонтакте», в игнор ее, в черный список, и группу их туда же!
Но вы знаете, как-то у нее это прокатило: почти все наши добавились, двое даже в модераторы попросились: одна – про моду писать, другой – про музыку. Президент нашего класса там важные объявления делает: нарежьте снежинок, нарисуйте стенгазету. Летом мама стишки всякие постила из списка Веры Борисовны для внеклассного чтения. «Кто прочитал – ставьте лайк! Посмотрим, сколько нас». И наши ведь читали, и лайки ставили! Просто удивительно даже.