Девадаси

Бекитт Лора

Этой ночью Джеральд почувствовал, что впервые за долгое время Джая впустила его в свое сердце и в свою душу. Как он ни старался, несчастье отдалило их друг от друга, и только теперь они вновь начали сближаться. Возможно, в том была его вина? Порой он нес любовь к ней как крест, хотя на самом деле нужно было просто любить.

Ночная темнота скрыла то, что Джая боялась показать мужу, что мешало ей сполна ощутить себя женщиной. Джеральд перестал быть осторожным и отпустил свои желания на свободу.

Они отдались друг другу жадно, как тайные любовники, отвоевавшие свою любовь у предрассудков и смерти.

Джеральд проснулся от тихих звуков. Было прохладно, в хижину заглядывал бледный рассвет. Джая сидела возле очага и разводила огонь. Ее лицо было сосредоточенным и спокойным, движения — уверенными, неторопливыми. Джеральд замер. Она не оделась, ничего не накинула на себя, и он мог видеть ее гибкую спину и изящную линию стройных ног. У него перехватило дыхание.

— Джая!

Молодая женщина повернулась с улыбкой. Ее глаза сияли.

— Я приготовлю завтрак.

— О нет! Иди сюда.

— Тебе скоро на службу…

— И все-таки у нас еще есть время.

Джая скользнула в постель и прильнула к мужу. Никогда еще она не чувствовала себя такой естественной, такой свободной. Никогда прежде ей не было так хорошо. Молодой женщине казалось, что душа ее, став похожей на яркое пламя, унеслась к истокам мира и краю земли. Тело сделалось послушным и легким, с губ слетали звуки, понятные в эти мгновения только им двоим.

Позже, когда муж одевался, Джая рассказала ему об Амрите и попросила помочь.

Он присвистнул от удивления.

— Подруга Тары? Храмовая танцовщица! Ну и ну! Как она здесь оказалась?!

— Она не только подруга Тары. Амрита была возлюбленной Кирана. Ее дочь, которая осталась в храме, — моя племянница, — сдержанно произнесла Джая.

— Отправить женщину в Калькутту не так уж сложно. Гораздо труднее посадить на корабль мужчину. Он непременно хочет поехать с ней?

— По-видимому, да.

— Он ее… любовник?

— Не думаю. Это потерявшийся в жизни человек. Он воевал на стороне майсурцев, сбежал из армии и теперь не знает, что ему делать.

— Полагаю, у него есть единственный выход — вступить в английскую армию.

— Разве это возможно?

— Почему нет? Я могу сделать так, что его примут на службу. Хорошо обученные индийцы способны отлично сражаться.

— Но не против тех, на чьей стороне воевали прежде, — тихо заметила Джая. — Этот мужчина не захочет быть предателем.

— Не беспокойся, мы что-нибудь придумаем, — пообещал Джеральд и наклонился, чтобы поцеловать жену. — Жди меня и не скучай!

— Я больше не хочу сидеть дома, — озабоченно произнесла молодая женщина. — Как думаешь, чем я могу заняться? Быть может, ухаживать за ранеными?

— Почему бы нет?

Джеральд

просиял. Какое счастье, что жена начала возвращаться к обычной жизни!

Когда в хижине появилась Амрита, Джая встретила ее приветливо и нежно, как родную сестру. Амрита выглядела осунувшейся и изнуренной. Она понимала, что еще одна ночь, проведенная в холоде и сырости, может стоить жизни и ей, и раненому Девару.

Тем же вечером Джеральд Кемпион встретился с беглецами. Он принялся убеждать Девара вступить в английскую армию и остаться в гарнизоне, но тот упрямо повторял:

— Я должен лично доставить эту женщину в Бишнупур.

Джеральд переглянулся с женой, вздохнул и произнес:

— Хорошо. Я попытаюсь сделать для вас документы. Разумеется, это серьезный проступок, но Джая очень хочет вам помочь. Если вам удастся добраться до Мадраса, вы сядете на корабль. Я напишу письмо начальнику Форт-Уильяма и попрошу принять вас на службу. Думаю, вы сумеете обучать своих соотечественников военному делу. Это отнюдь не позорная работа. Индийцы охотно вступают в английскую армию, и им хорошо платят.

Девар сдержанно кивнул, но Амрита заметила, что в его мрачных глазах сверкнула надежда.

— Кстати, вчера наши люди подобрали троих англичан, сбежавших из лагеря для военнопленных, о котором вы рассказывали, — сообщил Джеральд Амрите. — Им удалось спастись. Остальные погибли.

— Вы не помните их имен? — взволнованно спросила она.

— Да, я видел рапорт. Алан Финч, Джеймс Гаррисон и Брайан Кид.

Услышав имена Алана и Брайана, Амрита испытала некоторое облегчение. Трое из двадцати! Вот что такое война!

Амрите и Девару пришлось принять от Джеральда Кемпиона и Джаи не только документы, но и запас продуктов, деньги. Джеральд подробно рассказал, как добраться до Мадраса, и снабдил путников картой.

Амрита и Джая обнялись на прощание, после чего молодая женщина протянула новой подруге конверт.

— Это письмо для Кирана, — застенчиво произнесла она. — Пожалуйста, передай. Брат просил писать, но я не уверена, что он получал мои послания. Идет война, и расстояние слишком велико. Тара знает, где найти моего брата.

Амрита смутилась. Не было ли это предлогом устроить их встречу? Однако ей ничего не оставалось, как взять конверт.

После долгого и небезопасного путешествия они с Деваром наконец очутились на побережье Бенгальского залива. Дожди прекратились, стояла сильная жара, ветер раскачивал пыльные пальмы, глаза слепил сверкающий прибрежный песок.

Одежда путешественников вновь превратилась в лохмотья, и Девар решил купить новую. К удивлению Амриты, он принес украшения, цветные стеклянные браслеты и без слов надел их ей на руки.