Дева-Смерть
Шрифт:
Тоже проклятую, да.
— Что? — побледнела Арабелла. — Там… Виктор.
— Нет там уже никого. Не веришь мне — спроси своего парня. Он сейчас всё видит и всё слышит.
— Это правда, — кивнул Грегори. — Белла, я не знаю, жив Виктор или нет, но во дворце его в живых нет точно. Как и в змеиных катакомбах.
— Вам не об этом надо думать, — перебила Лаура. — Тут сейчас всё взлетит на воздух. И будет такой водоворот… Все полетим кормить крабов и кракенов. У моря свои хранители. И они сейчас разгневаны — мама не горюй.
—
— Любое? — бешено и зло прищурилась она. — Ну тогда — разве что призвать Проклятые Галеры. Им не зайти ни в один порт. Сюда — могут, потому что тут уже не порт, а… кормушка для кракенов. Но и Галеры — не выход. Не спасение.
— Как мне их вызвать?
— Вызвать-то я могу, — усмехнулась Лаура. — А дальше что? Эти Галеры мне не подчинятся точно, не надейтесь. Я для них — никто.
— А прочим? — зачем-то уточнил Витольд.
— И прочим — не сомневайтесь. — Ледяные ярко-синие глаза, ровный взгляд, равнодушное пожатие плеч. Страх в ее душе умер давным-давно. Вымерз. — Во мне ни грана древней крови.
— Древней — это какой? — похолодел Вит.
— Той, что у тебя нет почти наверняка. Если, конечно, ты и впрямь не королевский бастард. Галерами командовать здесь смогут только трое — Сезаринг, его девчонка и этот старик. Если легенды не врут.
Сильная, уверенная баронесса Керли прижимает к себе дочь. Все три здоровяка-сына — похожи, как близнецы, — загородили мать стеной.
Грегори обнимает за плечи Арабеллу. И его обожженные руки вряд ли поднимут меч в ближайшие месяцы. И вообще хоть что-нибудь.
Черная пенная волна взметнулась над парапетом и бессильно опала. Хищная, голодная волна. Пока еще не достигла добычи. Ту еще не швырнули в смертную пучину.
И ощутимо содрогнулся бедный король Георг. Взгляд потерянно скользит по лицам. Ищет Кармэн?
И отшатнулись дети — к матерям. Будто те способны защитить.
— Белла не в том состоянии, — голос у Грегори совсем никакой. Как состояние бедной Арабеллы. И старого короля Георга.
Как их общее короткое будущее.
— Тогда умрет народу на одну галеру больше. Или на две — если еще и дряхлый старец не справится. А людей у вас и так многовато — даже для четырех Проклятых кораблей. Битком будет. Так что решайте сами.
Всё ниже клубится серый смерч. Заверчивается в воронку — не спеша, но верно. Дикий ветер Бездны крепчает.
Лицо короля Георга жалко кривится. Одной стороной.
Справится ли он? Да дед Арабеллы и говорит-то теперь с трудом.
— Я, возможно, королевской крови! — вдруг выкрикнула Изабелла. — Вдруг я чей-нибудь бастард? Не зря же так похожа.
И ощущение, что ее грязное рванье и впрямь стало королевским пурпуром.
— Рискни, — оскалилась Лаура. — Проиграешь — умрете всей галерой… но вы и так умрете.
— А ты? — зеркально кривится усмешка фальшивой принцессы.
Если
— И я. Я с тобой взойду на галеру. Именно на твою. Глядишь, и подскажу чего. Мне-то терять нечего. Так зачем занимать чужое место?
Особо яростная черная волна взвилась над парапетом по пояс Витольду. Залила, кого успела. Люди отодвинулись назад — уж насколько смогли. Скоро уже не смогут. Следующий пенный вал взлетит еще выше.
И показалось или нет, что море попыталось унести Вита с собой? Утащить прохладными водяными руками? Гораздо сильнее, чем в обычном шторме?
Закричал кто-то из детей — Вит кинулся туда. Но нет — мальчишку удержали железные братья Керли. Матерясь сквозь зубы.
Полубезумное море схлынуло, огрызаясь. Готовится к новой атаке.
Белла не сможет жить без Грегори. А с тем, что могла спасти полсотни людей — и не спасла? Отдала спятившему морю?
— Арабелла сможет отдавать приказы, — совсем тихо выговорил Вит. — Просто повторять то, что услышит от меня. И тогда влезут все. Я присмотрю за ней, Гор. Обещаю. Клянусь.
— И я, — эхом откликнулась баронесса Керли. — А мои сыновья присмотрят за королем.
— Обещаем, — вздохнул без спора старший. Никола.
— Это еще не всё. Припасы с собой где брать? — вдруг вспомнил Грегори. — И пресную воду. Ты сказала, Проклятым Галерам не зайти в порт. Что мы будем есть и пить?
— Если легенды не врут, на любой Проклятой Галере всегда есть запас пищи и воды. И он не истончается. И не портится. А если всё вранье — что вы вообще уже теряете? — Лаура в упор смотрит только на Грегори. — Кинуться в море успеете всегда. Ты обещал верить в любое мое безумство — так верь.
Почему перед глазами лишь одно — отчаявшееся личико Беллы, судорожно сжавшей локоть Грегори? Побелевшие пальцы на мокрой темной ткани плаща. Насквозь мокрой.
И как баронесса Керли осторожно разжимает эти пальцы.
А Грегори что-то быстро говорит Белле в самое лицо — горячо, искренне… только Вит не слышит.
И полубезумная, как море, девушка, похоже, тоже.
3
Над самой головой рушится дворец. Это ничего. И ничего уже не изменит. Бессмертной не страшна человеческая гибель.
А под небесным куполом станет даже легче… дышать. Хоть подобным Анжелике и не нужно дыхание. В его человеческом смысле.
Рядом — надежное плечо и уже ставшая привычной поддержка Аристида. Но в этот бой он не вмешается. Это битва только Анжелики. И ее клятва. Оплаченная кровью на Алых Крыльях.
А бой Аристида — совсем иной. Страшнее и опаснее.
Потому что теперь Анжелика и Аристид вправе войти в этот дворец.
Где-то в гневных небесах тоже гремит огненный бой, но в нее не вмешаться даже бессмертным Детям Ночи.