Deus vult
Шрифт:
Ещё три часа мы давили мелкие очаги сопротивления в городе и добивали оставшиеся Дома дроу. А что делать? Оставь хоть кото-то вокруг кого может кристализироваться власть и не заметишь, как разрозненные отряды обретут единый центр управления, а это уже совсем другие расклады.
— А вот вы где дамочки… — ехидно поприветствовал я тех Матриархов, что остались в живых.
— Ты сдохнешь! — крикнула одна, подскочив на ноги.
Я кивнул отряду, что стоял позади дроу и те моментально истыкали аристократку
— Кто ещё хочет высказаться? — я обвёл взглядом всех присутствующих. Желающих не нашлось. Дроу всегда уважали силу и демонстрация оной, благотворно повлияла на их мозги, — Обрисую ситуацию, она… — я кивнул в сторону Берензии, — по своей тупости решила выкрасть владетеля провинции Северной империи, заодно убить его…
Матриархи посмотрели в сторону Берензии с явным недоумением. Похоже, данный вопрос не обговаривался между аристократками. Тем лучше, проще будет работать.
— Эти действия я могу рассматривать только, как объявление войны. Что вы в итоге и получили. Думаю вам не понравилось…
— Чего ты хочешь? — выкрикнула одна из них не выдержав.
— Ещё одно слово и отправишься за своей подругой, — сказал я. Нельзя давать им спуску, нельзя.
Матриарх скривилась, но замолчала.
— Но вопрос в целом правильный. Что я могу хотеть. Если честно, то мне хочется вас всех перебить и сровнять Грань с землёй, вот чего мне хочется и сил у меня на это хватит. Большинство ваших войск либо убито, либо попало в плен. Кто остановит меня?
— Ткачиха остановит, она не перенесёт подобного оскорбления… — сказала всё та же неуёмная дроу.
— Я так не думаю, если она не собирается объявить войну всем жрецам Всеединого, — я нагло усмехнулся, — Подробности узнаете у неё.
Я кивнул в сторону взбледнувшей Берензии. А как ты хотела милочка? Горе побеждённым…
Мне будет очень интересно услышать, как она будет обосновывать мою позицию перед другими матриархами, при этом ни словом не обмолвившись о Печати, рассказав о которой, она тут же подпишет себе смертный приговор…
— Мы так и не услышали твоих условий, — сказала другая дроу.
— Вассалитет, — жёстко ответил я.
Слитный ох, показал, что они не ожидали подобного исхода. Контрибуция, она же ограбление, освобождение рабов, труд которых очень широко применялся в обществе дроу. Ближайшие родственники в качестве заложников. Всё вместе, но ни это…
— Ты сошёл с ума! — выкрикнула ещё одна дамочка.
Я кивнул застывшему в ожидании отряду. За секунду дело оказалось сделано и ещё одно тело упало на пол.
— Всё ещё сомневаетесь в моей адекватности?
По лицам Матриархов легко читалось, что да, ещё как сомневаются.
— Ну же, я жду.
— Какие условия? — через минуту молчания спросила одна из заложниц.
—
— Я лучше сдохну, чем подчинюсь мужчине, — сказала ещё одна.
— Уважаю принципиальных, — ещё один кивок.
Я приблизился к оставшимся в живых Матриархам. Выбрал ту, что пугала меня Императрицей дроу.
— Готова ли ты принести клятву верности лично мне и моему клану? — спросил я, слегка подняв руку, для того чтобы дать отмашку отряду ликвидации.
Матриарх поняла, что её ждёт. Пять секунд метаний с её стороны закончились тем, что рука потихоньку пошла вниз.
— Стой! — выкрикнула она, — Дом Изван и я его Матриарх даёт тебе клятву верности.
— Отлично!
Пять минут ушло на то, чтобы согласовать с Ингом текст вассальной клятвы. Он получился очень строгий, по большому счёту у дроу не было другого выхода кроме как беспрекословное подчинение мне лично. При этом я обязался защищать их, так как Матриархи лишались возможности иметь свои войска, а всех боеспособных дроу передавать Злыдням.
В конечном итоге согласились все. Даже Берензия нехотя согласилась.
После каждой клятвы мне показывалось сообщение системы о новом вассале, но самое главное сообщение пришло только после последней клятвы.
«Поздравляем. Город рубеж меняет статусю Отныне он и все прилегающие земли принадлежат Северной империи и лично игроку Рэй. Также отношения с правящим домом Великой ткачихи снижаются до — „Вражда“».
Последнее сообщение меня не обрадовало, но за всё приходится платить…
Но прежде чем отправиться назад в Дальний у меня осталось ещё одно дело.
— Принесите тело! — крикнул я и через минуту мне принесли Эю.
В моих руках лежали три свитка с воскрешением. Безумно дорогие игрушки, использующиеся только в особых случаях. Миллионы золотых за одно воскрешение, с непредсказуемым шансом на успех и ещё меньшим, когда дело касалось местных.
— Уверен? — спросил Инг.
Я кивнул.
Сломал печать и развернул свиток. На нём голубым светились буквы. С трудом, но я смог прочитать текст. Буквы осыпались синим песком и как будто подхваченные ветром втянулись в рот Эи.
Ничего не произошло. Рядом выругался Инг, ведь я только что спустил несколько миллионов в унитаз. Шесть свитков, именно столько потребовалось для воскрешения, и ещё парочка седых волос у нашего казначея. Рана на груди Эи закрылась, а рот с всхлипом втянул воздух.
— Поднимайся! — резко сказал я.
— Что происходит? — Спросила Эя.
— Ничего, тебя просто убила твоя мать, а я воскресил, — сказал я, нависая над Эей и не делая попыток помочь ей подняться.
— Плохо помню, всё как в тумане, — пробормотала та.