Дети света
Шрифт:
– Да, пойдем. Мама, заждалась, наверное. – Я нежно взяла руку отца, и мы направились домой.
При взгляде на Джеймса мое сердце билось сладким восторгом. Сырой асфальт, мятежный ветер и обессиленная листва нисколько не омрачали моего настроения. Даже в каплях дождя я могла разглядеть ниспадающие жемчуга. С каждым шагом я всматривалась в дождинки или в мимо пролетающий лист, будто возвращаясь в реальность, пробудившись от долгой спячки. И с каждой секундой я вслушивалась в звуки, которыми щедро одаривала природа и которых я никогда не замечала ранее.
Мне не давал
Мы вернулись домой. Эмили все еще, словно яркая звезда, излучала улыбку. За ужином мама и отец ворковали, словно влюбленные голубки. Я всегда думала, что Эмили злилась на него, а на самом деле она всегда была на его стороне и понимала его поступки.
– Я заберу ее с собой, если ты не против, – звучало так, как будто бы они обо всем договорились заранее.
– Время пришло, – ответила мама неоднозначно.
– Что значит «время пришло»? – удивилась я словам мамы.
– Ты стала другой, совсем как твой отец. И потом, хватит тебе жить со мной. Дай мне отдохнуть от тебя, – мама сдвинула брови и по-дружески ударила меня кулаком по плечу. Мы все прыснули от смеха.
– А ты? – я не хотела допускать мысли, что мы с ней расстанемся на неопределенный срок. Не зря говорят, что начинаешь ценить человека по-настоящему, когда его теряешь или есть опасность потерять.
– У меня дел по горло и миллион увлечений. Я действительно хочу пожить одна. А там посмотрим, – мама улыбалась, и ее настроение вселило в меня уверенность.
Я вздохнула.
Теперь я уверена: она действительно хотела уединения, которое ее абсолютно не тяготило, а страх переезда – дело поправимое и в то же время требовавшее деликатности.
После ужина я поднялась наверх. Я оглядела свою маленькую, уютную комнатку, и мое сердце сжалось от мысли, что я здесь больше жить не буду, а приеду только как гостья. Если сначала меня охватила радость предстоящих перемен, то сейчас я стала немного жалеть о том, что придется оставить привычный уклад жизни, который за какие-то два дня изменился. В ней появился отец, о котором я всегда мечтала, и это был мой, настоящий папа, да еще такой уникальный. А мне от него досталась его уникальность, с которой я еще не знала, как поступить и как к ней относиться.
Я подошла к зеркалу и осмотрела себя с ног до головы. Внешне обычный человек и словно ничего не изменилось. Я провела рукой по своему отражению. Что меня ждало впереди? Как относиться к переменам, которые произошли внутри меня? Что мне это даст и как это повлияет на мое будущее? Меня одолевало множество вопросов, от которых раскалывалась голова и ответы на которые я могла получить лишь со временем. Оставалось надеяться на то, что я сумею разумно распорядиться своими способностями.
Включив компьютер, я сразу же зашла в интернет и набрала слово «индиго». Никогда бы не подумала, что в один прекрасный момент я смогу причислить себя к детям с аурой синего цвета. Прочитав несколько статей именитых психологов о
Выключив компьютер, я задержала взгляд по очереди на шкафе, кровати, шторах и столе, будто пытаясь запомнить их и мысленно попрощаться с ними. Впервые в жизни я отнеслась к неодушевленным предметам как к друзьям, которые сопровождали меня повсюду и которых я больше не увижу. Встряхнув головой, будто желая сбросить накатившую сентиментальность, граничащую с помешательством, из-за того, что я прощалась с мебелью, я переключила внимание на сумки, стоящие в углу шкафа.
«Ничего, – успокаивала я себя. – Отец же сказал, что я всегда смогу видеться с мамой и друзьями. Просто я перееду в другой район, а школу менять необязательно. Придется вставать раньше, чтобы успеть к урокам».
Убедив себя, что ничего страшного не происходило, я стала упаковывать вещи, ведь уже завтра мы с отцом с утра переедем в его дом.
Добравшись до комода, я вспомнила, что в ящике среди полотенец лежал кристалл. Выдвинув ящик, я тут же взяла украшение и стала вновь им любоваться, вспоминая о его загадочном появлении. В дверь неожиданно постучали. Зажав кулон в правой руке и спрятав его за спиной, я открыла дверь левой рукой. Это был Джеймс.
– Дочка, можно войти?
– Да, папа, конечно!
Джеймс зашел в мою комнату и стал рассматривать ее. Даже в домашней одежде он смотрелся стильно. Его мягкая футболка из натурального хлопка сидела на нем, как костюм от брендовой фирмы.
– Будешь скучать по своей милой комнате?
– Да, – я смутилась. Наши апартаменты нельзя было назвать хоромами, но я успела привыкнуть к ним за два года. Отец вздохнул и окинул взглядом комнату.
– Прости.
– За что, папа? Мне здесь нравится!
– Твоя комната в моем доме тебе понравится больше.
– О! – засуетилась я. – Присаживайся, где тебе удобно.
– Спасибо, я возьму кресло, – Джеймс притянул кресло за спинку к кровати, куда я опустилась, и мы оказались лицом к лицу.
– И где же твой дом?
– В раю, – усмехнулся отец.
– В раю? – я не поняла, что имел в виду отец. Я готова была принять все его слова за правду.
Джеймс все еще ухмылялся и, похоже, следил за моей реакцией.
– Город Иден, в двух часах езды от Шарлотт. Когда ты его увидишь, ты поймешь, почему именно его я выбрал.
– А-а, – протянула я. – Ты рассказывал о межпланетном перемещении арктурианцев, и я уж подумала, что мы переместимся на планету под названием Рай.
Мы засмеялись с отцом вместе.
– Нам туда еще рано, дочка. Давай поживем на планете Земля. Мы еще не выполнили свою задачу на этой планете. А про остальные пока и говорить не приходится, – загадочно сказал Джеймс.
Он взял меня за руку, в которой я держала кристалл, и увидел свисающую цепочку. Папа нежно взял ее, а я разжала руку. Что же я ему скажу – как эта вещь попала мне в руки? Я было открыла рот, а Джеймс невозмутимо продолжил.