Дети сумерек
Шрифт:
Над входом, чуть выше кривой полустертой надписи «Полиция» – красной краской по ржавой жести, – горела тусклая лампочка; рядом с ней – камера слежения.
Крамер стоял в тени на противоположной стороне улицы. Вот свет лампочки у двери выхватил странную фигурку: тугой сверток драных тряпок. Джек осторожно приблизился ко входу, что-то прошипел в интерком. Щелкнул электронный замок, и коротышка, толкнув дверь, бесшумно скрылся внутри. Из участка тут же послышались крики. Через пять секунд дверь закроется: дай бог, чтобы малыш все сделал правильно!
…Три, два, один… Держа в одной руке кольт, а в другой –
Джек что-то шипел и размахивал руками прямо перед лицом охранника, в чьи обязанности входило наружное наблюдение. Еще двое полицейских в поле зрения Крамера – справа от двери – что-то писали за своими столами.
Алекс проскользнул внутрь и огляделся. Слева четверо, двое из них, улыбаясь, наблюдают за шоу, устроенным Джеком:
– Крыс-сос-слон! Огромный! Прямо здес-сь, з-са углом… – коротышка не придумал ничего лучше, чем вспомнить старую байку далласских нищих о гигантском монстре-людоеде.
Всего – семь.
Наконец один из копов повернул голову в сторону Крамера. И увидел уставленный ему прямо в лоб ствол «Питона».
– Какого?!. – успел выкрикнуть он, потянувшись за короткоствольным автоматом на столе. И его мозги забрызгали двух стоявших рядом полицейских.
Крамер бросился на пол влево, одним движением перевернув стол с «моче»-варкой. Краем глаза успел заметить, как сползает по стулу охранник из «наружки» – в горле знакомая заточка.
Главное – двигаться! Бросив куда-то за спину гранату, Крамер зажмурился и перекатился в угол комнаты. Грохнули автоматы полицейских: в мгновение ока перевернутый стол разлетелся в щепки. И сразу – ослепительный взрыв; Крамер сжался в углу, досчитал до трех и открыл глаза: два копа выли, схватившись руками за лица, один палил короткими очередями куда-то в сторону, слепо пялясь в пустоту, еще один тупо стоял, с головы до ног измазанный кровью, мозгами и осколками черепа того первого, убитого Крамером. А последнего нигде не было видно. На всякий случай Крамер выстрелом снес полбашки ослепленному автоматчику и снова перекатился – теперь уже вдоль торцевой стены, в предполагаемый тыл прячущемуся противнику. И вовремя: тот как раз вынырнул откуда-то из-под стола и несколько раз выстрелил в угол из гауссова «Кварда». С тонким свистом сверхбыстрые иглы прошили бетонную стену, как бензопила – масло. Но Крамера там уже не было; завершив кувырок, он выпустил в копа две пули с колена: одна в бедро, другая в живот. Полицейский отлетел на полтора метра.
Крамер встал и ручкой кольта изо всех сил въехал в висок застывшему в ступоре. Тот мешком рухнул на пол.
Крамер посмотрел в дальний от него угол комнаты: Джеку, похоже, световая граната нисколько не повредила, и теперь он деловито разбирался с двумя последними ослепленными копами. Жестокости парню было не занимать: подойдя к первому, он воткнул ему заточку в пах. Несчастный завизжал и упал на пол, корчась. Та же участь постигла и второго.
– Крамер, чтоб меня черти драли! – Алекс повернулся. Из-за решетки камеры на него радостно сияла черными глазами Лин. – А ну, вытаскивай меня отсюда: ключ у капитана.
– А как же «пожалуйста»? – усмехнулся Крамер.
– Три
– Капитан один? – как ни в чем не бывало спросил Крамер.
– А как же «спасибо»? – ядовито улыбнулась Лин. – Я все-таки спасла тебе жизнь.
– Не смеши: я знал, что на нем жилет, – еще более ядовито улыбнулся в ответ Крамер.
Лин покачала головой, и черная прядь красиво погладила ее щеку:
– Капитан один, но осторожней – не рви его на части! Электронный ключ – в нагрудном кармане, если ты его повредишь – придется стены взрывать.
– Лучше сделаем подкоп: ты – с той стороны, я – с этой… – Крамер высыпал на пол пять гильз, любовно погладил последний патрон в револьверной камере и стал неспешно перезаряжать оружие.
– Заткнись, Крамер, и шевели задницей! Каждая минута в этом вонючем гадюшнике стоит мне двух часов жизни и трех тысяч нервных клеток.
– Эй, приятель! Если и правда вытащишь нас отсюда – не пожалеешь! – за спиной Лин появилась тощая физиономия какого-то незнакомого пацана лет девятнадцати.
– Сантоз, что это еще там у тебя за компания? – Крамер оценил парня взглядом. – Набираешь себе армию бойскаутов?
– Обычные кретины из Сопротивления.
– Ну ладно, отдохните пока, поиграйте в «Раз ракета, два ракета…», а папа разберется с нехорошими дядями, – барабан «Питона» щелкнул, входя в паз, и Крамер повернулся в сторону кабинета.
За дверью с большим стеклянным окном посередине, завешенным шторкой, было тихо. Крамер, стоя сбоку за стеной, вытянул руку и осторожно постучал в стекло. Дверь тут же прошила очередь: разлетелось вдребезги стекло, брызнули щепки во все стороны щепки.
– Лучше сдавайся, нас тут семеро, а ты один! – крикнул Крамер.
– Зато я вызвал подкрепление, а в твоей заднице скоро прибавится дырок! – раздалось из-за двери.
– Я предупредил! – Крамер переложил кольт в левую руку, присел и подобрал выпавший из мертвых пальцев копа «Квард». На электронном табло горели красные циферки: «02». Две иглы – должно хватить.
Крамер вернулся к двери и прикинул подходящий угол атаки. Судя по всему, этот придурок сидит под столом, в центре комнаты. Крамер вытянул перед собой гаусс-пистолет и нажал на кнопку. Оружие пискнуло, в стене образовалась аккуратная дымящаяся дырочка; из-за двери раздалось ругательство, и в стену брызнула еще одна очередь; Крамер выстрелил снова – капитан ответил – и тут во внезапно наступившей тишине участка раздался долгожданный щелчок: отсоединился магазин автомата.
Крамер всем телом вышиб дверь и на коленях проскользил по полу к самому столу. Ствол «Питона» уперся в висок капитану. Его пышные усы тотчас же уныло обвисли, автомат выпал из рук.
– Ключ, – спокойно сказал Крамер и усмехнулся, глядя на лежащую тут же, под столом, рацию: похоже, когда началась заварушка, капитан как раз хотел поменять аккумулятор. – Значит, подкрепление? Боюсь, не сегодня, дружок, – и Крамер второй раз за этот день воспользовался рукояткой пистолета как дубинкой.
Через минуту дверь камеры закрылась, обрекая двух контуженных полицейских на долгое заключение: электронный ключ жалобно хрустнул под армейским ботинком Крамера.