Дети Сиспилы
Шрифт:
Командир "Гластрина", звездный адмирал Ноан-Хаар, памятуя о том, что его босс уединился в своей каюте с землянкой, велел настелить на главной палубе газон из натуральной ариарской травы. Заодно, припомнив то, сколько человеко-арнис встречало музыкантов, он велел всем стюардам и поварам космического отеля заступить на вахту и приготовиться к большому наплыву народа. Правда, он не ожидал, что сиспилианцев уже прошедших преображение на концерт придет вдесятеро больше, чем на этой планете находилось землян.
Окончательно же его убило то, что вместе с ними на борт "Гластрина" прибыло множество не преображенных арнис, от которых в огромном отсеке, имевшем высоту около километра, тотчас сделалось тесно. То, что вслед за ними на эту площадку стали спускаться из
Пока Лулу выслушивала все сплетни, привезенные с Земли подругами, Стос с удовольствием погрузился в подготовку к концерту. Увлечённый всеобщим ажиотажем, он бросился на помощь друзьям и принялся таскать какие-то железяки и даже попытался, глядя на громадного чернокожего верзилу, прикрутить одну из ни к чему-то, но нарвался на грубый окрик. Это была совсем не та железка, которую нужно было вставлять в это гнездо. Нисколько тому не огорчившись, Стос продолжил помогать рабочим сцены.
Из кораблей тем временем стали извлекать контейнеры с аппаратурой, реквизитом и декорациями. Время от времени посматривая на громадную конструкцию, которая росла с каждой минутой, он пришел в восторг. Сцена, на которой собирался дать концерт "Здым", была куда покруче, чем у Мадонны или Майкла Джексона. Он и дальше продолжал бы бегать от корабля к ней, если бы не Изя. Главарь кай-кай канаков, который был теперь гигантом за два метра ростом, найдя Стоса в этой толчее притянул его к себе и крепко обнял, после чего, повертев из стороны в сторону, наконец, воскликнул:
— А ты совсем не изменился, старик!
Пошевелив онемевшими плечами, Стос огрызнулся в ответ:
— Зато ты изменился, старый хрыч. Мог бы и не показывать мне, какой ты у нас теперь сильный.
Сказав эти слова, Стос громко расхохотался, так как вспомнил, что некогда ему то же самое говорил Изя, только было это ещё во времена их далекой студенческой молодости. Обняв друг друга за плечи, они пошли прочь от сцены и вскоре Изя подвел его к новенькому, ещё совсем юному, кораблю, который отозвался на имя Медико и открыл перед ними шлюз. Они поднялись прямиком в навигационную рубку, где сели в большие, уютные кресла и на несколько минут замерли в полной тишине. Стос прекрасно понимал, что этот корабль его друг построил вовсе не для того, чтобы посетить Сиспилу и тотчас вернуться обратно на Землю. Понимал и потому не требовал от него никаких объяснений. Изя выставил на низкий столик большую пузатую бутыль коньяка и, громко вздохнув, наконец, сказал:
— Стос, я сделал на Земле всё, что только мог и теперь мы вместе с Медеей, маленьким Вахо и ещё несколькими нашими друзьями с Тумареа решили, наконец, пожить в свое удовольствие. Попутешествовать по галактике, посмотреть на разные чудеса, ну, и всё такое. Извини, старик, что я так подвел тебя. На Тумареа всё в полном порядке, нашей колонией никто не интересуется и народ там живет тихой и спокойной жизнью. Ты помнишь Рустама Галимеева? Ну, ты когда-то исцелил этого парня после того, как Лулу его чуть ли не до смерти напугала? Ну, так вот, Стос, он как-то умудрился нас разыскать даже в океане и теперь создал на Тумареа хоспис не хоспис, а эдакую артель для всяких полудохлых инвалидов из России и прочих стран. Только они у нас, разумеется, на острове не помирают под пальмами, как им об этом сначала рассказывают, а лечатся. Ну, в смысле новую жизнь начинают. Так что не удивляйся, что мы с собой столько народа привезли. Надо же всех этих типов куда-то распихивать.
Кивнув головой, Стос спросил его:
— А где же вы это столько железа надыбали, Изя? Вы же столько кораблей наклепали, что я просто обалдел, когда узнал, что на Сиспилу прилетела такая громадная эскадра.
Тот ухмыльнулся и ответил:
— Ну, это нас ремитойцы выручили. Они в знак признательности
Выговорившись, Изя Кац умолк и низко опустил голову. Только теперь Стос понял, почему это Лулу, которая почти три недели назад отбатрачила своё, в последнее время интересовал один только секс и она так упорно отказывалась разговаривать о том, что они будут делать в самом ближайшем будущем. Она, явно, мечтала теперь только о путешествиях и подозревала, что её муж откажется от них наотрез. Что же, если так, то она была полностью права, так как Стос не помышлял ни о чем другом, как о возвращении на Землю.
Его так и подмывало сделать Изе хорошую выволочку и объяснить, что на него была возложена обязанность защищать Землю от внешних врагов, вот только он и сам сомневался в том, а стоит ли это делать. Внезапно для себя, он, вдруг, почувствовал, что ему нужно сейчас находиться не здесь, а на Земле. Стос поднялся из кресла и молча направился к лифту. Его друг поднял голову и посмотрел на него каким-то отрешенным взглядом. Чтобы потом не жалеть о том, что он не попрощался, Стос пожал плечами и сказал:
— Ладно, старик, может быть ещё свидимся. Прощай.
Тот тоже подскочил на ноги и воскликнул:
— Эй, Стос, я же ещё никуда не улетаю!
— Зато я улетаю. — Хмуро буркнул Стос и попросил — Медико, опусти меня на нижнюю палубу.
Выйдя из корабля, он тотчас вызвал Моню и взлетел вверх под самый потолок взлетно-посадочного отсека "Гластрина". Уже на борту своего орбитального челнока он связался с Люстрином, попросил того срочно вызвать Лулуаной и ни с кем не прощаясь покинул огромный космический отель. Ему уже не хотелось присутствовать на самом большом концерте своего сына и вообще находиться на Сиспиле. Хотя Стос ни с кем не говорил на эту тему, он всё же надеялся на то, что уже очень скоро десант землян, отправившихся на эту планету с миссией помощи, вернётся назад и они станут искать способы, как войти в контакт с правительствами крупнейших стран Земли и объяснить им сложившуюся ситуацию, но, похоже, что кроме него это никого не волновало.
Люстрин нагнал Моню только на орбите Эфеланы, пятой планеты звёздной системы Люста. Лулу, едва только её корабль подхватил челнок, сразу же забралась внутрь, села к мужу на колени, заключила его в объятья и стала торопливо рассказывать о том, какие миры она намеревалась посетить в первую очередь. Видимо, она решила, что он только потому решил уйти тихо, по-английски, чтобы отправиться вместе с ней в бесконечное путешествие по всей Вселенной, благо, что у них теперь имелись самые полные навигационные карты. К полному удивлению и даже обиде Лулу Стос, разомкнув её объятья, ссадил девушку с коленей, встал и мрачным голосом сказал даже не ей, а ее кораблю: