Дети маркиза де Сада

Большаков Алексей Владимирович

Герой резво вступил в разговор:

— Развед-рейд с целью экспансии?

За остальных ответил колючий командир с золотистыми эполетами:

— Нет, тут есть междугалактические договоры, и нельзя без решения МЗГАС, осваивать спорные миры.

Барс обратил внимание на малозаметную деталь:.

— Вы сказали Охлов-ру дикие, значит, есть и цивилизованные?

Ежовые слоники подтвердили догадку:

— Да и мы именно у них совершим промежуточную посадку, энергия у нас не бесконечна и кое-какие формальности, отшлифовать надо.

Фраскандэр задумался.

Возращение на базу без ничего могло вызвать подозрение и насмешки, особенно когда увидеть, как они уменьшились. «Эликсир вечного детства» был слишком сильным лекарством, впрочем, забудем об этом, вспомним слова вируса. Вернее его мысли, не все он сказал вслух. Мысль легкая как болотные испарения была выражена в стихах.

Энергия цикличного распада — Четыре пола и четыре шара! Даст ход, в игре не зная перепада И красный цвет сольется от удара!

Барс, немного сомневаясь, спросил:

— Охлов-ру существа четырех полов?

Доликанец поднял вверх две свои руки, и они разделились, как веер их стало шесть, тонких и гибких:

— Да четыре. А у вас две пола, это и проще и труднее!

Телепат Герой тихо пырскнул в рукав:

— У них три пола, но не как у Зоргов, а два самца одновременно любят одну самку. С одним мужем у жены детей не будет.

Слоно-еж погрозил пальчиком:

— Ты еще мал, не хорошо выражать эмоцию ироний! Кроме того, это ускоряет эволюцию и усиливает обмен — рекомбинацию генов.

— И больше солдат для войны! — Воскликнул задиристый Люций. — Ведь самки у вас доли сидят дома, когда мужчины разносят иные миры.

Шесть рук у Доликанца опять слились в две, толстые с девятью фалангами.

— Война это очень плохо, минус! Я надеюсь, что это давно пройденный этап нашей цивилизации, и он никогда не повториться!

Барс ткнул ногой Люция, возможно с размерами у того уменьшился, и ум еще не много и сорвет всю маскировку.

— Мы хотим посетить мир охлов-ру. Он видимо, необычен?!

Командир доли охотно подтвердил:

— Да конечно необычен, как по-своему уникален любой мир. Но вы еще не совсем полнозрелые особи, я вас хорошо знаю много у меня друзей с вашей расы. Радиоактивное излучение губительно для белковых структур, два-три оборота и у вас будут большие проблемы.

Фраскандэр досадливо отмахнулся:

— Знаю! Нам одни сутки хватит. А в половом отношении мы зрелые!

Командир из доли возразил:

— Нет, дар! Эти двое совсем еще дети! А ты и твоя подруга, у вас право голосовать и штамп дееспособности! И где взрослые, что вас сопровождали, на межгалактическую дистанцию ваш закон не пускает несовершеннолетних?

— Взрослые погибли, а мы устали и хотим есть! — Уже вместо Барса ответила Лига.

Еда была приличной и вкусной, по крайней мере, натуральная пища, а не армейское высоко сбалансированное синтетическое пойло с желательной резинкой. Компы-браслеты показали, что это съедобно

и ешь смело. Остальное не важно, можно спокойно дрыхнуть.

Проснулись, когда звездолет уже приземлился в космопорте.

Капитан, только сейчас Барс узнал, что его зовут Хир дю Хон, дал в руки пачку эластичных карточек и вежливо напутствовал:

— У вас только полтора оборота, свои скафандры лучше не снимать. Очень близко не подходить и руками не туземцев не трогать. За деньги не волнуйтесь, если не превысите лимита, ваше правительство за вас заплатит. Ты как самец и старший, проследи за детьми.

Герой кипел, в легком боекостюме вооружения хватило бы снести весь этот ослепительно красочный город с десятимиллиардным населением или, по крайней мере, половину города.

У выхода из космопорта их все тормознули, уже знакомые четырех шариковые типы в глянцевитых мундирах, очень вежливо попросили показать оружие.

— Ничего мы вам не сдадим! Это священно! — Закричала примитивную отмазку Лига.

Таможенники не растерялись, видимо им не впервой.

— Тогда мы поставим только крошечную печать, когда улетите, мы ее снимем.

Барс сверкнул взглядом.

— Какая печать?

Шарики с лапками объяснили:

— Маленький анти-пластилин на дуло. В целях безопасности, мы вас ведь не знаем. В этом случае выстрел приведет к самоуничтожению вашего оружия.

На сей раз Барс и не возражал — все равно наивные дураки полицейские у охлов-ру. Не догадываются, что стэлзаны обучены легко снимать, подобные печати или предохранители. Но стоит до конца разыгрывать из себя святую невинность.

— А, если нападут преступники?

Таможенники пропищали:

— Это маловероятно, у нас безопасно. Кроме того, вы получите большую компенсацию.

Герой тем временем пытался прощупать мысли этих странных существ в полужидких мундирах и прозрачных скафандрах, где знаки отличия прорисованы радиоактивными изотопами. Лицо у мальчика-стэлзана заметно покраснело, закапал пот:

— Это супершизофрения. Барс прощупай их сам.

Фраскандэр развернулся и поднял прозрачное забрало, густо пахнуло озоном, это естественно на планете где радиация подобна воздуху, а изотопы заменяют кровь. Что у них в мыслях!? Блокировки на вход нет, но такое ощущение, что работает сразу, тысяча мощных громкоговорителей. Вернее если прислушаться, пять голограмм-телевизоров говорят и что-то показывают очень громко и ярко, еще шестнадцать заметно тише и тускло, затем шестьдесят четыре, и так далее — громкость резко падает, а краски тускнеют.

Конечно это «шиза», мозги загружает.

— У них четыре чужие личностные доминанты и лишь одну условно можно назвать своей личной. — Объяснил подобную галиматью Фраскандэр.

— Барс это как. — Люций в растерянности стараясь подобрать аналоги в своей богатейшей памяти. — Макро — телепатический обмен.

Барс выдал другое объяснение:

— Нет, я думаю, судя по некоторым признакам, причина проще и сложнее. Наследственная память, перенесенная память от всех четырех родителей.