Дети Глуши
Шрифт:
Впервые за все время нашего знакомства я не нашла, что сказать.
Если бы меня спросили, люблю ли я Роя, я ответила бы «да», не задумываясь. Я любила обоих братьев и вряд ли могла полюбить кого-то сильнее. Они заменили мне семью, поддерживали меня своей внимательностью и заботой. Мы всегда были вместе, и я не могла представить, что однажды братьев не будет рядом!
Но я не была настолько глупой, чтобы не догадаться, что сейчас Рой говорил не о родственных чувствах. Его слова поставили на свои места все недомолвки, смущение и странные
Я помнила, как он понравился мне, когда мы только встретились. Рой был красив, он был отзывчив и смел, что весьма удивительно для Глуши. Он подавал руку попавшим в беду, по-доброму шутил, вызывая робкие улыбки, и был твёрдо уверен в будущем, когда казалось, что дела хуже некуда. Я ходила за ним хвостиком, мечтая, что вырасту и стану ему достойной парой.
Вот только было одно «но»: я не росла.
Впрочем, чувств к Рою это не уменьшило. Скорее, я научилась прятать их, старательно скрывать от братьев и от самой себя, и лишь изредка позволяла себе мечтать о несбыточном, украдкой поглядывая на Роя и сладко вздыхая в подушку, когда мне снились безумные романтичные сны. Было в этом что-то странное и упоительное — любить запретное.
— Рой, ты же знаешь о моей проблеме, — я старалась говорить спокойно и рассудительно, но щёки вспыхнули, как маки. Наверное, со стороны мы выглядели смешно: два красных, как рака, подростка, боящиеся смотреть друг другу в глаза, но при этом крепко сцепившие руки. Ладонь моя вспотела, но я знала — если отпущу, то потеряю доверие Роя и возведу между нами стену. И он чувствовал то же.
— Знаю. Поэтому не предлагаю тебе стать моей невестой, — он осторожно подбирал слова, чтобы ненароком меня не обидеть. — Но скрывать свои чувства дальше я не намерен. Ты ведь не малышка уже. И, несмотря на твою юную внешность, ты мне нравишься, — Рой заметно смутился.
Я тоже, когда догадалась, почему брат вылетал из ванны, если заставал меня в душе, и ругался, когда я лезла к ним спать.
Глупая улыбка невольно появилась на губах, и, как я ни старалась, согнать её не получалось. Но вместе с возникшим чувством эйфории и крыльев за спиной, нарастало тягостное напряжение, напоминавшее о моём проклятии. О том, что я только разрушу нашу семью, если приму чувства Роя. И понимание всей трагедии настолько оглушило меня, что я до боли сжала его руку, судорожно пытаясь вздохнуть и сказать, что ничего не выйдет, что лучше забыть об этом разговоре!.. Потерять его, как брата и друга, я боялась намного больше, чем обрести в ином плане.
К счастью или нет, Рой всегда умел улавливать моё настроение.
Губы у него оказались мягкие и немного шершавые, с привкусом ромашки и лимона. Они были тёплые, а само касание — бережным и лёгким. Словно дуновение морского ветерка. Но его хватило, чтобы понять: я не хочу отступать, и врать Рою не стану. Иначе из-за недомолвок мы растопчем дружбу.
— Ты тоже мне нравишься, — я уткнулась носом ему в шею и почувствовала, как руки Роя слегка расслабились.
Наверное,
— И что же нам теперь делать? — спросила я немного растеряно, не делая попыток вырваться. Прижатая к Рою, я слушала, как громко стучат наши сердца.
— Искать способ, чтобы ты выросла. Иначе я сойду с ума, — парень закончил фразу так тихо, что я едва услышала, — от невозможности любить тебя.
— Рой! — я возмущённо стукнула его по спине, и он разжал руки.
— Не думай, что теперь я стану меньше тебя дразнить. Наоборот, я не собираюсь сдерживаться, — старший усмехнулся, вновь притянул меня и поцеловал в нос. А затем с сожалением отпустил. — Боюсь, придётся этим ограничиться. Охотник и так нудит, чтобы я не приставал к ребенку.
— Надеюсь, он не будет постоянно вмешиваться? — испугано спросила я, приглаживая встрёпанные Роем волосы. Об этом аспекте отношений я не подумала. — Интересно, а как встречаются ловцы? Ведь они никогда не бывают со своей парой наедине, учитывая присутствие альтов, — я стала размышлять вслух, чтобы скрыть возникшую неловкость.
— Постесняюсь спросить такое у Генри или у парней из десятки, — Рой посмотрел на меня и негромко рассмеялся. — Кажется, я перестарался?
Я поняла, что он говорит больше о моём румянце, чем об устроенном им вороньем гнезде на голове, и в смущении кивнула.
— Ты застал меня врасплох.
— Иначе ты бы придумала очередную отговорку, — серьёзно сказал Рой и, взяв с полки расчёску, подошёл ко мне. — Не дёргайся! — он провёл гребнем по волосам, приводя причёску в порядок. — Жалко, что ты отрезала волосы.
— Они только мешали. Зато ты никак не соберёшься, — попеняла я в ответ, и старший благоразумно предпочёл замолчать. Его хвостик был одной из постоянных тем для шуточек в Глуши, и брат назло всем его не стриг.
«Рой, а не брат», — одёрнула я себя и вздохнула. Перестроиться было сложно.
Когда Дин не появился через час, мы заволновались. Темнело, и оставаться на улице было опасно. Вряд ли младший мог не сообразить, что Генри не станет дожидаться его в столь напряжённой обстановке. Но почему-то он все же не спешил возвращаться. Долго гулять в одиночестве Дин не стал бы, а знакомых в Городе, кроме тётки, у него не было. Впрочем, потенциальный визит к родственникам не стоило брать во внимание. Судя по рассказам Роя, Дин в последнюю очередь отправился бы туда. После смерти отца отношения с роднёй у братьев не ладились.
— Пойдём, поищем его, — не выдержала я, отодвигая тетрадь с записями младшего в сторону. До прихода Генри, пока я спала, Дин успел законспектировать сегодняшние уроки, сдобрив их схемами и собственными пояснениями вперемежку со знаниями Эрнесто. Но из-за волнения в голове у меня ничего не укладывалось.
— Хорошо. Только оденься теплее, на улице прохладно, — вскочил с места Рой, подавая мне свитер. Он сам сидел, как на иголках, то и дело поглядывал на улицу и лишь ждал повода отправиться искать брата.