Дети Глуши
Шрифт:
Я прижала палец к губам и указала на спящего на втором ярусе Дина, а затем на свою половину, закрытую шторкой.
Глаза Роя на мгновение округлились, но затем взгляд стал более осмысленным. Стараясь не скрипеть половицами, он перебрался за ширму, а я подобрала слетевшее на пол покрывало и уселась на диване, укутав озябшие ноги. Старший примостился рядом.
— О чём ты хотела поговорить? — шёпотом спросил Рой, опустив голову так, что губы его практически касались моего уха.
Я едва не захихикала. Полумрак комнаты, горячий шёпот и двое почти раздетых подростков в одной
Но затем я вспомнила, зачем разбудила брата, и посерьёзнела.
— Мне кажется, у младшего дар медиума, — зашептала я, проглотив смешок и прогоняя нелепую ассоциацию. — Нам сегодня рассказывали, что есть определённые мелодии, которые связывают духов. И я вспомнила, что когда Дин играет на свирели…
— Понял, что ты имеешь в виду, — перебил меня Рой. Несмотря на полусонное состояние, соображал он быстро. — Молодец, что заметила и спросила. Но ты не права. У Дина нет дара.
Я нахмурилась.
— Пусть он не слышит, что именно играет, но ведь чувствует мелодию в какофонии звуков? Может, это интуитивная способность, и её надо развить?
— Мэгги, ты не поняла. На свирели играет не Дин, — старший вздохнул, уткнувшись носом мне в волосы. От его дыхания стало щекотно. — Прости, мы не хотели тебя беспокоить.
Я не сразу сообразила, что он имеет в виду. А когда смысл фразы дошел до меня, то я с трудом сдержалась, чтобы не разбудить младшего и не надавать ему тумаков. Надо же соображать, что творить!
— Хочешь сказать, он позволяет Эрнесто полностью перехватывать контроль? Вы в своём уме? Я понимаю, Дин еще маленький, у него инстинкт самосохранения не так выражен. Но ты! Рой, как ты мог ему позволить?! — зашипела я, стараясь не сорваться на крик.
— Мне пришлось разрешить ему… Иначе мы бы погибли, — Рой обнял меня, усмиряя гнев. — До того, как ты пришла к нам, мы охотились вдвоём. Поначалу было до одури страшно, ничего не получалось. Охотник бесновался, что Контракт не выполняется, и я терял контроль над духом. А Дин после смерти родителей никого не хотел видеть, кроме меня. И однажды мы нарвались на призрака, которого не смогли победить. Я лежал оглушённый, дух готовился меня добить, и тогда Эрнесто предложил Дину сделку. У него не было выбора. Тем более, условия ее не так плохи, как кажутся. Дин не теряет контроль полностью, только ослабляет его. Фактически, они с Эрнесто становятся одним целым. Дух — не призрачный голос на задворках сознания… Они — две души в одном теле.
— Ты же понимаешь, как это опасно? — я заглянула брату в глаза. Меня знобило — уже не от холода, а от осознания, как часто Дин ходил по краю, готовый сорваться в одержимость. Я видела, как это бывает, когда контрактник теряет контроль. И эту картину выкинуть из памяти, к сожалению, невозможно. Сначала — удивлённый и растерянный взгляд, затем — широкая улыбка, причем, это уже улыбка альта, который понимает, что может творить с телом всё, что захочет, и следом — безумие.
Рой отвёл взгляд.
— Вы оба идиоты, — сил ругаться у меня не было. Перед глазами мелькали воспоминания —
— Мэг, успокойся. Ничего страшного не случилось. Всё под контролем.
— Сколько?
— Что?
— Сколько это будет под контролем? Сколько времени понадобиться Эрнесто, чтобы понять, что легче заменить Дина, чем быть его тенью? Сколько?
Я понимала, что впадаю в самую настоящую истерику. Представила, что однажды посмотрю на брата и увижу в нём незнакомца. Что останется только пустая оболочка с чужой душой, что кто-то заговорит его голосом…
Когда Рой встряхнул меня, до боли сжав плечи, я была ему благодарна. Мне нужно было почувствовать хоть что-то, иначе я не смогла бы выбраться из того гнетущего состояния, которое меня охватило.
— Прости, — сказал он тихо.
— И ты, — я уткнулась в грудь брату, пряча набежавшие слезы, и горячо зашептала: — Рой, я буду быстро учиться. Я теперь тоже могу сдерживать духов. Скажи Дину, пусть он не использует больше свирель. Пожалуйста!
Старший не ответил.
— Ты же понимаешь, что я не смогу ему запретить? — наконец, сказал он.
Я кивнула.
— Зато можно больше не прятать мои способности. Я справлюсь, и брату не придётся рисковать.
— Будет сложно убедить в этом Дина.
— Убедить в чём? — шторка отодвинулась, и заспанное лицо младшего появилось в проёме. — О чём вы говорите?
Конечно, Дин обиделся. Ожидаемо, зная вспыльчивый характер брата. Он и так в последнее время был паинькой, показывая ангельскую выдержку. Но всему есть предел. Больше младший терпеть не собирался.
Разругались мы знатно. Последний раз такие крики были год назад, когда Рой с температурой под сорок вышел на работу. Правда, мы тогда на старшего вдвоём орали. А теперь, выслушав упрёки Дина, я умудрилась побывать в новом амплуа. Скажу честно, не самый приятный опыт.
После обвинения в заговоре за его спиной, Дин с нами не разговаривал. Залез на второй ярус кровати и отвернулся носом к стенке, игнорируя попытки Роя его разговорить. А так как мои нервы тоже были на пределе, обсуждать со старшим я ничего не стала, и мы расселись по разным углам комнаты. Жаль, что уйти особо некуда. Даже в ванной не запереться, как поступила бы дома.
Угнетающая обстановка действовала на нервы. Я с полчаса посидела на диванчике, тихо всхлипывая из-за несправедливости и обиды, но мириться никто не пришёл. Постепенно обида переросла в раздражение. Подсознательно я понимала, что в чём-то младший прав, и обсуждать его способности за спиной было не очень правильно. Но мы же не со зла! И то, что благими намерениями выложена дорога в ад, тут непричём!
Я решила сходить проветриться, пока не натворила дел. Переодеваться было неохота: пока разберусь с новой формой, вся охота гулять пройдёт. А домашние вещи я, как назло, еще с вечера замочила в тазике, чтобы простирать после уборки. Поэтому пришлось идти, в чём была. Накинув поверх футболки длинную полосатую кофту, я надела потрёпанные домашние тапки и вышла в коридор.