Дети Брагги
Шрифт:
Бранра он нашел без труда, посланник Круга распределял доставленные из кладовых оружие и доспехи, отправляя один за другим на стены небольшие отряды городских дружинников. Глам, по его словам, выехал с Карри из рода Асгаута к ее людям, охраняющим боевые корабли Рьявенкрика и драккары самой Карри, а к утру должен вернуться на двор совета.
— Вот что, — встрепенулся неожиданно Бранр, — глаз у тебя, ты говорил, зоркий. Отправишься сейчас на стену, Грим тоже сейчас где-то там.
Скагги постоял с минуту, размышляя, оскорбиться ему
Следующие полчаса, пока он брел куда-то с одним из отрядов городской дружины, прошли для Скагги будто во сне. Воины тяжело шагали по освещенным факелами улицам и узким проходам между домами, а потом все выше и выше по крутым каменным уступам, похожим на лестницы. Очнулся Скагги, лишь когда они стали подниматься по длинному выложенному плитами скату. Копья неуклюже ударялись о стены, и люди спотыкались о валявшиеся под ногами осколки кирпича и булыжника. Один скат сменился другим, поворачивая все время направо под правильным углом, а третий повернулся вокруг своей оси — свернувшаяся кольцами змея кирпичной кладки все ползла к невидимым звездам. Уступы закончились, превратились в ступени, потом — в деревянную лестницу.
Дружинники спотыкались, пыхтели, истекая потом, на ощупь искали дорогу в колеблющемся свете факелов, через неравные промежутки укрепленных по стенам.
— Сколько нам еще ползти? — шепотом спросил Скагги у шедшего рядом с ним бородача. — Я думал, наше дело — охранять стены, а не луну.
— Уже недолго, остряк, — отозвался тот.
Пока они взбирались, Скагги, чтобы занять чем-нибудь мысли, размышлял, сможет ли он запомнить все повороты. Память у него за годы жизни у Тровина стала получше, чем у многих законоговорителей и скальдов, но если бы ему в спешке пришлось бы выбираться отсюда… Интересно, смог бы он восстановить в памяти все лестницы и склоны?
Наконец, спустя долгое время они вышли из поднимавшегося вверх туннеля. Промозглые, потонувшие в грязи улицы остались далеко внизу. Воины разошлись вдоль широкого каменного парапета, защищавшего в бою лучников, и многие, задыхаясь от усталости, опустились на дощатый настил. Осмотревшись, Скагги прикинул, где может находиться Грим, если он вообще тут, и направился к маленькой башенке на стыке вершин двух лестниц.
— Грим? — неуверенно окликнул он.
В крохотной каморке Грим при тусклом свете свечей изучал какую-то карту.
Обращенная к реке бойница была закрыта плащом, так чтобы наружу не проник ни один луч света. Дозорные захвативших противоположный берег Гаут-Эльва франков, без сомнения, всматриваются в крепость, ища слабые места в ее обороне.
Бродяга-берсерк, так неожиданно оказавшийся — если судить по отношению к нему городских старейшин и даже скальдов — знатным вождем, рассеянно поднял глаза, хоть
— Бранр послал сюда два отряда и просил передать, что к утру пришлет еще людей Варши и часть дружины конунга Карри Рану.
— А, Скагги. — Грим, казалось, вернулся мыслями на землю. — Бранр мудро поступил, что прислал тебя сюда. Твои глаза здесь понадобятся. На совете говорили, что с франкских кораблей каждую из последних восьми ночей приходили штурмовые лодки. А теперь, когда они вне себя от бешенства, что через устье к крепости пробились корабли этой валькирии, они с тем большей яростью пойдут на приступ.
— Я готов, Грим, — осмелел вдруг Скагги, — во дворе совета поговаривают о колдовстве. Что оно-де сопровождает каждый их штурм. — Голос его предательски дрогнул. — Это ведь не скальдов колдовство, а?
Защити нас Один, подумалось Гриму, а рука сама потянулась начертить в воздухе руну Турисаз, а лучше… Но нет, он же поклялся…
— Останешься при мне дозорным.
Скагги подошел к низкой стене и сквозь узкую поперечную решетку стал вглядываться во тьму. Бойница расширялась к внешней стороне стены, что давало немалое преимущество. Минуту спустя подле него бесшумно возник Грим и, положив скрещенные руки на край бойницы, оперся подбородком на суставы пальцев.
— Что, эта река побольше Рива?
— Да, — согласился Скагги, с благоговение всматриваясь в водную гладь, по сравнению с которой бурный Рив казался лишь тонкой струйкой. — Франкам не переплыть ее незамеченными.
— Останавливать их придется после того, как они переплывут. Но обнаружить их и вправду будет несложно.
По всему противоположному берегу реки тянулась золотая линия мерцающих огоньков, очень похожих на рой светящихся ярких насекомых. Чтобы быть заметными с такого расстояния, костры должны были быть просто чудовищными.
— Похоже, они собираются сжечь весь лес на Гаутланде, — задумчиво проговорил Грим.
— Может, это обман, чтобы нас запугать?
— Возможно, — угрюмо отозвался тот. — Воины, пришедшие с Карри Рану, говорят удивительные вещи: верить не верится, и не поверить опасно…
Скагги напряг зрение, глядя на север, в сторону утесов, где в эту минуту должна была стоять дружина Карри. Затем посмотрел на юг, хотя знал, что топей в темноте не разглядеть.
— А далеко вдоль реки идут бивуачные костры?
— По словам рыбаков, еще вчера они тянулись от самого устья вплоть до болот — это на пару сотен саженей выше по течению. Похоже, армия франков собирается сейчас прямо против города. Понимаешь, крепость расположена на единственном на всем берегу месте, где воды реки спокойны и потому возможна удобная переправа. Севернее начинаются утесы и перекаты; а ближе к устью, да и вдоль всего побережья — топи и подводные камни. Переправляться там намного сложнее, а путь на остров по тому берегу им закрывают топи.