Детерминация

В биологии детерминация — это процесс определения дальнейшего пути развития клеток.

ИГРЫ В БОГА РОЖДАЮТ ЧУДОВИЩ

"В биологии — организм, состоящий из наследственно различных клеток или тканей; частный случай мозаицизма. Химерами также называют животных или растения, разные клетки которых содержат генетически разнородный материал, в отличие от обычных организмов, где каждая клетка содержит один и тот же набор генов. Возникает в результате мутаций, рекомбинаций, нарушений клеточного деления. Химеры могут быть получены искусственно при пересадках тканей у животных или при прививках у растений." — Большая советская энциклопедия 1979 год.

Создание

бомбы невиданной разрушительной силы заставило ведущие державы мира начать гонку вооружений. Втягиваясь всё глубже в трясину неимоверных расходов на оборону, политические руководства стран в конце концов поняли, что глобальная война с применением оружия массового поражения невозможна. Что трата денег и ресурсов бессмысленна. Расходы стали сокращаться, а государства договорились о постепенном разоружении. Так начиналась эпоха локальных конфронтаций, где главными в бою оставались бойцы, и их действия оказывались решающими в сражении. Учёные этих стран получили задание создать технологии обучения и тренировок для выявления скрытых возможностей человеческого организма. Чтобы реализовывать приобретённые знания в боевых условиях стали создаваться конфликты в разных точках мира. Теоретики взялись за разработку и реализацию программ универсальных солдат. Предполагалось сделать следующее, вывести требования, которым должен соответствовать воин для современной войны, а так же разработать специальные методики и тренировки для достижения этих требований. Но боевая практика показала, что в реальном бою противоборствующие стороны с одинаковыми человеческими ресурсами и навыками имеют ничтожное преимущество перед противником. Тогда возникла идея о живучести человека в смертельно-экстремальной обстановке. Секретные лаборатории заработали в совершенно новом, неисследованном направлении. Практиковалось всё, от замены внутренних человеческих органов на органы животных — пытаясь тем самым повысить выносливость, замещением некоторых частей тела на искусственные — для устойчивости при травмах, пересадках разных частей тела от сильного организма к более слабому — повышая тем самым физическую силу, и даже шаманские обряды — что-то типа заговоров от всего. Здесь тоже была своя гонка, гонка за бессмертием. В конце восьмидесятых годов прошлого века, в разгар перестройки, в СССР к стадии завершающих экспериментов двигался проект под кодовым названием "Химера". Но начавшаяся конверсия сводила на нет весь замысел. Тогда руководители ведомств участвовавших в разработке пошли на авантюру скрыв от верхов проведение последних опытов. Эта махинация стала причиной разразившейся впоследствии биологической катастрофы.

ПРОЛОГ

Начало двадцать первого века ознаменовалось вспышками новых эпидемий, порождённых человеческой цивилизацией. Некоторые из них до сих пор не поддаются ликвидации. Откуда они, эти новые штаммы вирусов и гибридных бактерий? Сколько ещё скрыто от нас в секретных бункерах военных лабораторий? Как будут развиваться события при утечке какого-либо возбудителя? И как поведут себя люди, когда на них обрушится смертельное заболевание, перерастающее в эпидемию? Возможно всё случится именно так, как описано ниже, а может уже случилось.

Раннее июльское утро встречал безжизненный город. Воздух дрожал, искажая маревом восходящее красное солнце. Не было слышно ни пения птиц, ни шума транспорта, ни людских голосов. Редкие выжившие предпочитали объединяться в отряды, чтобы защищаться от бедствия обрушившегося на них. Странное заболевание захлестнуло полис, превратив заразившихся в обезумевших каннибалов. Эпидемия захватила город за считанные дни, погрузив его в хаос. Теперь хозяевами на улицах стали они, бешеные, пожирающие всё на своём пути. Заражённые где по одиночке, где небольшими группами рыскали по опустевшим дворам и проспектам в поисках пищи, которой так же являлись и живые люди. Начальные попытки правительства локализовать эпидемию, полностью провалились. Было решено создать охраняемую войсками карантинную зону.

НАЧАЛО

Шёл тысяча девятьсот восемьдесят восьмой год. На дворе конец лета, самая благодатная пора. Накануне прошёл небольшой утренний дождь, и в разрывы начавших редеть туч выглянуло солнце образовав на западе яркую радугу. От его лучей всё вокруг заиграло яркими красками,

запах мокрого асфальта вперемежку с запахами травы, цветов и бензина распространился в воздухе. В это же время в кабинете директора исследовательского института понурив головы стояли два человека. Один высокий и сухопарый с седой бородкой клинышком академик Игорь Витальевич Фёдоров, второй маленький лысоватый с пивным животом профессор практической кафедры вирусологии Валерий Иванович Громов. Сам директор сидел за столом наклонившись вперёд и орал на своих подчинённых.

— Вы понимаете что теперь с нами будет?! Как вообще такое могло произойти?! Гибель сотрудника и двух добровольцев во время эксперимента! Как это произошло?! Объясните!

— Всё шло по плану, — начал тихо говорить высокий.

— Что вы там мямлите Игорь Витальевич?! Громче! Я не слышу!

— Всё шло по плану, — повысив голос произнёс Фёдоров. — Но в определённый момент ситуация вышла из-под контроля. Добровольцы накинулись на сотрудника, когда он измерял давление одному из них. Мы попытались вмешаться.

— Почему в итоге не вмешались?!

— Не успели. По регламенту, при угрозе жизни одного или нескольких испытателей, или испытуемых бокс изолируется.

— Кто? Кто включил герметизацию?! — спросил директор стукнув ладонью по столу.

— Я, — ответил маленький. — Всё произошло рефлекторно. Сделать отмену уже было невозможно.

— Ладно, — уже спокойно сказал начальник. — У нас есть юридически оформленные документы о возможных утратах, в том числе собственной жизни, подписанные добровольцами и нашими сотрудниками. Эти бумаги нам помогут, но отвечать всё равно придётся. У нас с вами примерно полтора месяца доделать начатое, я вас прикрою, но после всем предстоит долгое разбирательство. Официально никто нам не разрешит продолжить эксперименты, тем более в институте, где произошла трагедия, кроме того проект приостановили. Сейчас очень напряжённая в нашей сфере деятельности ситуация, наверху решили, что наша отрасль является убыточной и теперь повсюду идут проверки. Временно закрыли уже два института. Людей отправили в отпуска без выплаты пособий и скорее всего учреждения больше не откроются, людям придётся искать новые места работы. Судьба нашего заведения висит на волоске. И здесь такое! — начальник тяжело вздохнул, жалостливо посмотрел на подчинённых и продолжил. — Теперь о том, как мы будем выпутываться. С утра я был у замминистра, где мне сделали предложение, от которого я не смог отказаться. Заключается оно в том, что мы должны провести завершающий эксперимент, но без огласки и не в нашем институте. В положительном результате заинтересованы высокопоставленные лица и эти лица помогут сохранить наш институт.

— А если результат будет отрицательный? — спросил высокий.

— Тогда нас расстреляют. Меня может посадят, а вас точно поставят к стенке. В ваших же интересах держать язык за зубами.

— Но как и где мы проведём заключительный опыт? И на что? — спросил Громов.

— За это не беспокойтесь. НИИ Агропрома выделил нам свой полигон, он находится в Сосноворогске в самом центре Сибири. Был введён в строй в конце прошлого года, но в связи с нехваткой финансирования простаивает по сей день. Ваша задача, прибыть туда и провести реконструкцию полигона под наши нужды. Оборудование уже отправлено в аэропорт. Нужные специалисты проведут подключение аппаратуры.

— Но ведь они могут разболтать? — развёл руками Игорь Витальевич.

— Не смогут. Спецы не с нашего учреждения и оборудование тоже, — директор видя в глазах у подчинённых немой вопрос ответил. — Аналогичное нашему.

— Нам надо будет провести тестовые опыты на животных, прежде чем мы приступим к основному эксперименту, — робко заметил Громов.

— Сколько для этого вам потребуется времени? — поинтересовался руководитель строго глядя на подчинённых.

— Две недели минимум, — ответил Валерий Иванович.

— Постарайтесь уложиться в десять дней. И ещё, вся документация, если вдруг случиться провал, — директор на мгновение замолчал. — Вся документация должна быть уничтожена. Отберите самых верных людей и сегодня же вечером вылетайте на место. Теперь с этой минуты все ваши действия подпадают под гриф НСС. Наивысшая степень секретности, неразглашение до конца жизни.

— Я не слышал о такой степени, — неуверенно сказал Фёдоров.

— Такой и нет. Это для нас всех, тех кто будет вовлечён в данную авантюру. Если в случае провала кто-нибудь разболтает, то наши жизни сильно укоротятся. Всё понятно.