Десять городов
Шрифт:
Но вернемся в школу, в класс, где учится Паолина. Учитель раздает задания на дом: каждый ученик получает магнитную ленту с записью той или иной книги. Дома ребята включат магнитофоны и спокойно прослушают записи, — не портить же чтением глаза! Паолина удивляется, отчего им ни разу не задавали «Робинзона Крузо». Впрочем, если ей не изменяет память, Паолина слышала от кого-то, будто во всем городе нет ни одного экземпляра этого романа. А кроме того, слышала она, школьники Машиноградоса все равно бы ничего не поняли в книге Дефо.
Среди мальчишек Машиноградоса Клориндо не был исключением. Уединившись
И все-таки он придумал. Изобретать еще одну машину, полезную для человека? Только этого не хватало! Изобрести механического человека, способного управлять всеми сложными механизмами в городе, освободив людей даже от такой работы, как нажатие кнопок, — вот что пришло ему в голову. Не рядового робота (их было уже предостаточно), а именно человеческое устройство, ничем не отличающееся от человека, способное мыслить и действовать.
Не теряя времени, Клориндо принялся за разработку проекта. Счетно-вычислительная машина и электронный мозг отца помогли маленькому изобретателю сделать самые сложные расчеты, а химический компьютер матери дал новые виды необходимых синтетических материалов. К счастью, при создании механического человека можно было использовать немало давно уже испытанных на практике искусственных органов: сердце и почки, зубы, ресницы, родинки, а также появившиеся в последнее время пластмассовые кости, обычно применяемые при переломах, полиэтиленовые легкие и хлорвиниловые желудки.
Собрав скелет, Клориндо занялся нервами — сочетанием проводочков, транзисторов н батареек для регистрации ощущений, затем прикрепил почки, желудок, легкие. Мало-помалу изобретение обретало форму. Вечером, когда папа с мамой заходили в комнату к сыну — поцеловать его и пожелать спокойной ночи, он с трудом сдерживался, чтобы не рассказать им о своей работе. Но нет, он сделает родителям сюрприз, как только получит патент на свое изобретение, — и он засыпал, мечтая об этом счастливом дне. И вот уже работа близка к завершению. Оставалось, правда, самое трудное — покрыть тело синтетической кожей собственного изобретения и наполнить вены искусственной плазмой. На это ушло еще несколько дней, и наконец конструкция готова. Внешне ее невозможно было отличить от человека, и — что самое главное — она работала! Механический человек, открыв глаза, двигался, подчинялся…
Клориндо посадил его в машину и повез во Дворец науки. Там он поднялся в лифте и ступил на движущийся пол, который доставил его в просторное помещение, погруженное в полумрак.
И вот он стоит плечом к плечу со своим механическим
— Великий Инженер, — заикаясь от волнения, начал Клориндо, — я изобрел… вот это…
Ни один мускул не дрогнул на лице Всеведаса. Великий Инженер сделал лишь едва уловимое движение пальцем и нажал кнопку на подлокотнике: прожектор осветил механического человека.
— Я ничего не упустил, — продолжал Клориндо. — Он делает все, что я хочу: его электронный мозг реагирует на любое мое желание. Если мы построим много таких машин, людям не нужно будет ничего делать: на кнопки в учреждениях и на заводах станут нажимать их механические двойники.
Печальное лицо Всеведаса оставалось непроницаемым.
— Ты мне не веришь? — спросил Клориндо. — Сейчас я покажу, как он работает. Иди! (Механический человек пошел.) Видел? Он может делать все. Сядь! (Механический человек выполнил команду.) Поздоровайся! Стань на колени! Почеши в затылке!
Луч прожектора следовал за механическим человеком, и Всеведас внимательно присматривался к детищу Клориндо, напоминая режиссера на репетиции. Но в грустных его глазах по-прежнему нельзя было ничего прочесть. Клориндо страшно волновался. От одного слова этого старика зависела судьба его изобретения.
— Я же тебе говорил! Он работает. Хочешь, я прикажу ему еще что-нибудь?
Всеведас покачал головой.
— Ну как, выдашь мне патент? — сгорая от нетерпения, спросил Клориндо. Всеведас молчал.
— Ну? — настаивал Клориндо. Великий Инженер опустил веки.
— Нет, — еле слышно ответил он через несколько секунд, вздрогнув, словно очнулся от сна. У Клориндо потемнело в глазах. Все в нем протестовало против такой оценки.
— Почему нет?
Привязанный к металлической кровати, Клориндо смотрит прямо перед собой — на электрические стенные часы. Секундная стрелка бежит рывками, будто движется под водой, — по крайней мере, так кажется Клориндо. Но виноваты в этом его глаза, полные слез.
Через сколько секунд сработают электронные лучи? Сколько осталось времени? Тридцать, двадцать девять… Точно приговоренный к смерти, он следит за стрелкой, неумолимо близящейся к точке забвения.
Он так хотел изобрести полезную машину… механического человека… помочь людям стать еще счастливее… Теперь ему все безразлично, все кажется до отвращения бессмысленным, никчемным… Мать, отец… их поцелуй на ночь — нежное напутствие в мир снов… Никаких воспоминаний… ему противно… он не желает думать о подобных вещах… Он мечтает лишь о машине снов: нажать кнопку освободительного бесконечного сна и никогда больше не просыпаться.
— Потому что изобретение тебе не удалось, — ответил ему Всеведас. — Взять, например, движения: в них нет плавности, это все еще движения механизма.
— Но ведь это машина! И нельзя требовать от нее…
— Я высоко ценю твои добрые побуждения и твой труд, но тебе предстоит решить еще столько проблем. Обрати внимание на цвет его лица.
Прожектор осветил лицо механического человека. Нашел к чему придраться! Кожа выглядела как настоящая, он все предусмотрел, даже поры и несколько веснушек.