Дешевле только даром
Шрифт:
— Видите ли, Игорь занимается тяжелой атлетикой, — сказала Чижова. — Он очень сильный для своего возраста. Да что там — не всякий взрослый может с ним тягаться! Правда, из-за своих занятий Игорь очень плохо растет, и это меня беспокоит… Но я опять не о том! В общем, Игорь сцепился с этим типом и сумел выбить у него нож. Но тому удалось Игоря серьезно ранить — он повредил ему связки на правой руке. Теперь Игорь лежит в больнице. Я хожу к нему каждый день, а в тот раз провела в палате всю ночь. Представляете, каково мне было сознавать,
— Да, это ужасно! — сказала я. — Но, наверное, ваш сын так же укорял бы себя, если бы вы пострадали. Кстати, вы не были ранены?
— Нет, — виновато сказала Чижова. — Ни одной царапинки. Только всю сумку мне изрезал… Я, дура, сначала из-за этой сумки расстроилась. Когда Игорек как следует навалял этому типу и тот был вынужден бежать, я сгоряча ничего не заметила. Только потом, когда мы на остановку пошли, я смотрю, он руку зажал и весь в крови! Но тут уж я настояла на своем и отвела его в больницу. Там же рядом, в шестую горбольницу. Его положили в травматологическое отделение. Пришлось пробыть там всю ночь. Во-первых, мне было страшно за Игоря, а во-вторых, у меня не хватило бы духу возвращаться ночью домой.
— И тогда вы обратились в милицию? — догадалась я.
— Нет, мне это почему-то не пришло в голову, — призналась Чижова. — В милицию сообщил врач. Утром пришел какой-то лейтенант, задавал вопросы… Потом он нас утешил — сказал, что шансов поймать этого негодяя практически нет. Тогда это меня не слишком огорчило — главное, что Игорь был жив. Я уже успокоилась и подумала: мало ли чего не бывает — ну, напал какой-то придурок, больше-то этого не повторится…
— Следует понимать, что это повторилось? — спросила я.
— В каком-то смысле, — печально сказала Чижова. — Наутро я прямо из больницы отправилась на работу и домой попала уже после обеда. — Она подняла на меня усталые глаза и сказала с отчаяньем:
— Замок в двери был взломан! Ночью в квартире кто-то был. Ничего, правда, не взяли… Хотя у нас и брать-то нечего! Но, я думаю, дело вообще не в этом. Кто-то опять искал меня! У них не получилось расправиться со мной на улице — тогда они решили достать меня дома…
— Вызывали милицию? — спросила я.
— Из-за сломанного замка? — махнула рукой Татьяна Петровна. — Господи, кто этим будет заниматься? А если я сообщу в милиции, что меня, мать-одиночку, с зарплатой семьсот рублей, разыскивают наемные убийцы, то, пожалуй, меня тут же отправят в психушку!
— Почему же именно наемные? — возразила я. — Большая часть убийств, как это ни прискорбно, происходит на бытовой почве. Может быть, кто-то из родственников…
— Из родственников у меня здесь только сын, — отрезала Чижова. — Жила когда-то тетка — от нее мне досталась эта однокомнатная квартира. Больше никого у нас здесь нет.
— Может быть, сын? — предположила я. — Вы знаете, с кем он водит компанию?
— Шестнадцать лет — трудный
— Соседи? — не отставала я.
— Я редко общаюсь с соседями, — ответила Чижова, — тем более не вступаю в конфликты. Нет, думаю, соседи здесь ни при чем.
Она замолчала и посмотрела на меня с чувством исполненного долга. Наверное, теперь, когда ее выслушали, Чижовой стало легче, и, кроме того, она, кажется, всерьез надеялась, что я сумею ей чем-то помочь.
— Значит, вы хотите сказать, что вас намереваются убить просто так, ни за что? — осторожно спросила я.
Чижова виновато пожала плечами.
— Получается, так, — сказала она. — Звучит глупо, но ничего в голову мне не приходит. Мы с сыном ведем тихую, скромную жизнь, никому не мешаем. Я все время на работе. Сейчас я даже ночую там — одной дома страшновато. Сын учится, и довольно неплохо… Много времени отнимает у него секция. Кому мы перешли дорогу — ума не приложу.
— Может быть, это случайное совпадение? — предположила я.
— Может быть, — грустно ответила Татьяна Петровна. — Я сама себя в этом убеждаю. Но потом вспоминаю, как все это складывалось в одну цепочку — человек в трамвае, нападение и взлом квартиры, — и мне делается не по себе. Не столько жалко себя, а сына.
Ему еще надо встать на ноги, а что он будет делать без меня?
— Вы уверены, что ему ничего не грозит? — спросила я.
— Нет, конечно, — поспешно сказала Чижова. — Просто у меня сложилось впечатление, что охотятся за мной…
— Согласитесь, все-таки это странно, — не слишком любезно проговорила я. — Охотятся за бизнесменами, политиками, криминальными авторитетами… Вас трудно отнести к какой-либо из этих категорий. Честно говоря, не знаю, что вам сказать.
— Значит, я зря отнимаю у вас время? — лицо Чижовой опять приняло озабоченное выражение.
Она не обиделась и не огорчилась. Просто в перечень ежедневных забот она мысленно внесла еще один пункт — наемный убийца — и удовлетворилась этим. Мне стало немного стыдно перед этой женщиной, несущей свою нелегкую ношу с покорностью и редким мужеством. Даже если ей примерещилась эта охота — все равно она заслуживала сочувствия и внимания.
— Давайте встретимся еще раз, — предложила я. — Пока я все хорошенько обдумаю, и вы, возможно, еще что-нибудь вспомните… Давайте только договоримся, когда и где.