Десант из будущего
Шрифт:
— «Ввиду и так большого количества материала по данным вопросам, а также неприменимости на практике, не рекомендуется описывать устройство: автомата Калашникова, ручного пулемета Калашникова, процесс изготовления приборов бесшумной стрельбы, использования ручных гранат Ф-1 в качестве минных средств натяжного действия, приспособления противотанковых ружей для ведения снайперского огня…»
Перечень того, что не следует писать, был внушительным. Не нужны были в 1941 году, кроме всего прочего, еще и схемы устройства компьютеров, описания языков программирования, методы НЛП, песни
Майор наконец-то закончил оглашать весь список. Он снял и протер очки, посмотрел на меня и спросил:
— Все понятно?
Я кивнул.
— Вот и хорошо. Теперь пиши.
Я принялся описывать все, что помнил из школьного курса истории о плане «Барбаросса». Тем временем майор встал из-за стола и прошелся по кабинету. Немного понаблюдал за мной. Я как раз написал «Немцы планируют напасть тремя группами через Украину, Белоруссию и Ленинград», задумался, пытаясь припомнить что-то еще. Майор заглянул через мое плечо, тяжко вздохнул и посмотрел на часы. А потом… Потом он вытащил из кармана мобильный телефон с гарнитурой и, вставив в ухо наушник, принялся нажимать на кнопки. Я выронил ручку. Майор обернулся и непонимающе на меня уставился.
— Музыку послушать хочу! — после некоторой паузы рассмеялся он. — Как телефон, ваша «мобила» здесь не работает, а вот музыку послушать можно.
— А почему вы не отдадите телефон ученым? — немного придя в себя, спросил я.
— Так у нас их уже несколько ящиков накопилось, — ответил майор. — Как ни появится кто-то из ваших, у каждого телефон, а то и два. Сначала, конечно, ученым отдавали. Телефоны, плееры, ноутбуков несколько было… А потом сверху сказали, что конструкторские бюро уже телефонами обеспечено на десяток лет работы. Сейчас только ноутбуки отдаем.
Я лишь покачал головой и вернулся к анкете. План «Барбаросса» кое-как описал. Правда, моих знаний хватило только на пять предложений. По одной строчке ответил на вопросы по годам. За 1941 помнил только, что началась война 22 июня, зимой остановили немцев под Москвой. За 1942 написал, что остановили немцев под Сталинградом и перешли в наступление. В 1943 была «Курская дуга», о которой я ничего кроме названия не помнил, и освободили Киев. Сорок четвертый год вообще пропустил, а за 1945 написал, что взяли Берлин, и 9 мая 1945 немецкое командование подписало капитуляцию. Еще написал, что американцы сбросили на японцев две атомные бомбы. О дальнейшей истории (или будущем?) до 1991 года знал смутно. Но, конечно, больше, чем о военной. Написал о Хрущеве с его кукурузой, о Брежневе (на мой вопрос майор ответил, что анекдоты писать не надо — их уже
Майор прочитал анкету, над которой я трудился часа два, за десять минут.
— И это все? — только и спросил он, отложив анкету в сторону.
Я смущенно кивнул.
— Ну вот… — протянул майор. — А ты говорил, к товарищу Сталину…
Он снова взял мою анкету. На этот раз только верхний лист с личной информацией.
— По образованию ты экономист… — задумчиво произнес он, а потом, будто куда-то в сторону. — Сплошные юристы, экономисты и менеджеры… Почему сюда ни один технолог по производству стали не попадает, или хоть инженер какой…
Я молчал. Что здесь сказать? Для своего времени профессия была вполне подходящая. А то, что не акцентировал внимание на истории… Мне что, кто-то говорил что-то типа «Учись, сынок! Вот попадешь в сорок первый…»?
— Что же мне с тобой делать?.. — продолжал майор. — В армии ты не служил… Точно ничего больше не помнишь?
Я задумался. Припомнился какой-то разговор еще школьных времен.
— Если взять два куска урана… — с умным видом начал я.
— …по полкило, соединить вместе, то получится критическая масса, и выйдет атомная бомба, — перебив, уныло закончил за меня майор. — Знаем такое. Был тут один, тоже про это рассказывавший. Только вот какого урана? Обедненный, обогащенный? Этим уже занимаются.
Я пожал плечами. Больше в голову ничего не приходило.
— А просто отпустить меня нельзя?
— А что ты будешь делать? — спросил майор. — Экономистов у нас своих полно, на завод ты ж не пойдешь?
Я подумал. На завод не хотелось, но если придется…
— Могу и на завод.
— А что ты там будешь делать? — не отставал майор. — У тебя рабочая специальность есть?
Я покачал головой, а потом вдруг меня осенило.
— Я машину водить умею!
— Вот. Это уже интереснее! — оживился майор. — Значит так, определим тебя поначалу на один режимный объект. Водителем. Там и под присмотром будешь, и работой тебя обеспечим.
У меня отлегло от души. Я уж было начал бояться, что не найдя мне применения, просто возьмут и расстреляют. Или пошлют лес валить куда-то в глухую Сибирь. В этот момент в дверь постучали, и вошел еще один человек в форме.
— Товарищ майор, — вошедший вытянулся «смирно», — еще одного поймали. Через сорок минут будет доставлен!
— Хорошо, Иванов, — произнес майор, подписывая какую-то бумагу. — Этого забирай. Передашь по назначению. А новенького сразу ко мне.
Я вышел из кабинета вслед за своим сопровождающим. Уже когда за мной закрывалась дверь, сзади я услышал тихий голос майора:
— Да чего ж вам не сидится в своем-то времени…