Дерзкие сердца
Шрифт:
– Джексон! – загремел Трэйнор. – Убери ее отсюда!
– Слушаюсь, сэр!
Он схватил Марси за руку и потащил к лестнице.
Нагнувшись, Трэйнор поднял с палубы свою шляпу. Выпрямился. Надел ее на голову.
– Ты будешь гореть в аду за то, что так со мной обращаешься! – кричала ему девушка.
Он посмотрел Марси в глаза, прикоснулся к краю шляпы и церемонно поклонился.
– Ну так, значит, я еще могу надеяться на встречу с вами, мисс Колдрэйн.
Марси в ярости швырнула в него свой веер.
ГЛАВА 3
– Медфорд за следующим
Он убрал со лба прядку темно-каштановых волос и взглянул на Трэйнора.
– Давай сделаем эту остановку как можно короче. Я ничего не слышал о том, что Медфорд занят, но…
– Да, я понимаю, но мы ведь одеты в форму юнионистов.
Трэйнор взглянул на свой сюртук: он совсем забыл о нем!
– Замечательно! Значит, если Медфорд наш, то можем получить пулю от своих.
– Именно так.
Трэйнор глубоко вздохнул, вглядываясь в темноту. На огромном мрачном небе луна казалась небольшим золотым слитком. Она едва освещала верхушки деревьев, растущих вдоль берега, да мерцала в лениво плещущейся воде.
– Я бы вообще не стал останавливаться.
– Я тоже, но если мы этого не сделаем, то со своим запасом угля далеко не уйдем. Чарли говорит, что он на исходе.
Трэйнор кивнул.
– Мы остановимся. Выбора нет. «Королева Байю» без особого шума двигалась вперед. Слышалось негромкое шлепанье гребного колеса да урчанье паровых котлов.
– Черт возьми!
Трэйнор пристально всматривался в покрытые тьмой берега, переводя взгляд с левого на правый и обратно. Черная линия берега, черные деревья, чуть светлее, но все равно черное небо, едва расцвеченное редкими серебряными звездами. Идти по реке ночью было страшно и опасно, но что делать, если времени в обрез. Брэгет, не отрываясь, смотрел на горизонт.
– Мне все это не нравится…
Брет усмехнулся и с любопытством взглянул на друга:
– Снимать блокаду у берегов Северной Каролины или плыть вниз по течению Миссисипи туда, где янки обстреливают Виксбург… Какая разница, приятель?
– Чертовски большая.
Он вытащил из внутреннего кармана сюртука, которые носили янки, сигару и откусил кончик.
Брет покачал головой в ответ на предложение закурить.
– В море наша союзница – скорость. Там можно маневрировать, – продолжал Трэйнор. Он похлопал себя по карманам, ища спички. – А здесь – другое дело. Ползем, как улитка, и с обеих сторон зажаты берегами. Для любого стрелка мы очень удобная мишень.
– Эта штука сделает цель заметнее, – сказал Брет, указывая на сигару.
Трэйнор со вздохом сунул ее в карман.
Брет нахмурился. За два года войны его лицо стало мужественным, утратив юношеские черты.
– Так что же делать с ней? – спросил он.
– Она заперта в каюте и ее охраняет часовой. Но с той минуты, как ее туда привели, никто не слышал ни звука.
– Может, она повесилась?
– Не надейся на такое везение, – проворчал Трэйнор.
Показались огни Медфорда, маленького прибрежного городка с одной-единственной пристанью, с которой местные плантаторы отправляли товар вниз по реке в Новый Орлеан. Но все это было, разумеется, еще до войны. Сейчас же хлопковая
Брет вел «Королеву» к берегу. Она коснулась деревянной обшивки пристани. Двигатели переключили на самый тихий ход. Несколько опытных матросов пришвартовали лодку. Другие тут же соскочили на берег и поспешили к груде угля. Они быстро наполнили две тачки, стоявшие тут же, рядом с черной горой, и покатили их на корабль.
Один из матросов выпустил тачку из рук на середине трапа, едва не высыпав уголь в реку. Двое других, к счастью, успели в последнее мгновение удержать тачку.
Из каюты вырвался душераздирающий крик Марси, от которого бы дыбом встала грива буйвола.
– Чертова девка, я придушу ее! – рявкнул Трэйнор.
– А может, она тебя! – засмеялся Брет.
– Смейся, смейся, – огрызнулся Трэйнор, – скоро тебе будет не до смеха: янки вылезут на берег посмотреть, что тут за шум.
Он резко повернулся и стремительно вышел из рубки.
Брет пошел следом и бросил вдогонку:
– Эй, Трэйнор, а не применить ли тебе свое искусство льстить женщинам?
– Да я лучше за акулой соглашусь ухаживать, – отрезал Трэйнор.
Он спускался вниз, прыгая через ступеньку. Перед запертой дверью каюты дежурил Джэми Уилсон. Как раз в этот момент Марси снова закричала.
Джэми поежился и мельком взглянул на Трэйнора.
На берегу жители Медфорда помогали матросам грузить уголь. Но теперь они все остановились и уставились на дверь, за которой Марси, очевидно, изображала припадок.
Трэйнор улыбнулся им:
– Извините, ребята, жена рожает.
Один хмыкнул, другой усмехнулся, третий покачал головой, четвертый понимающе кивнул. И все вернулись к своему занятию – погрузке угля. А спутники Трэйнора с облегчением вздохнули. Он повернулся к часовому:
– Открой, Джэми!
Молодой солдат загремел связкой ключей. Марси снова закричала. Трэйнор сморщился. Джэми уронил связку, и она громко стукнулась о палубу. Не ожидая, пока солдат откроет каюту и желая утихомирить Марси, Трэйнор двинул ногой в дверь. Она открылась, усыпав пол щепками.
Марси в ужасе замолкла, глядя на мужчин в дверном проеме.
На фоне ночной тьмы растекался шафрановый свет фонаря, висевшего на стене каюты. Лицо Трэйнора состояло как бы из теней. Темнота резче обозначила его черты, сжала крылья носа, прямого и слегка заостренного. Отчеканила линию челюсти и чувственно изогнутых губ. Но гуще всего тень была под полями шляпы. Она прикрыла высокий лоб и спрятала глаза.
Марси вздрогнула. Ей почудилось, что она стоит лицом к лицу с самим Сатаной… Князем тьмы, повелителем мертвых, завоевателем слабых душ и алчных сердец. Никогда в жизни она не представляла Сатану таким красивым, но ведь так вполне могло быть. Как же иначе может он казаться таким соблазнительно-привлекательным? Она знала, что лодка остановилась, что неподалеку от пристани город. За деревьями девушка видела огни на берегу, слышала голоса людей, пришедших грузить уголь. Она всматривалась в лицо Трэйнора, с трудом сумев разглядеть его глаза.