Держись от меня подальше
Шрифт:
— Почему же ты такая распрекрасная? — выдохнул Егор, уже в который раз не переставая удивляться красоте темноволосой девушки.
— Это мой дар и моё проклятье, — высоко-патетичным голосом вещала Леся. Комплименты на неё действовали оживляюще, как разряд тока на человека в глубоком обмороке. Поэтому она взметнулась вверх и, стоя на диване и крутясь перед зеркалом, занимающим полстены над спинкой расположенного по фэн-шую предмета мебели, на котором, судя по анекдоту, и валяются настоящие мужики, ну, те, которые на дороге не валяются, выставила на
Егор, любуясь точёными ножками, хорошо транслируемыми от бедра из-под накинутой мужской рубашки, на которую капала вода с мокрых волос Олеси (она только вышла из душа), и, вспомнив брошенную ею киношную фразу, на её пламенное признание лишь рассмеялся:
— Тоже мне Человек-паук.
— Эй, я серьёзно! — возмутилась девушка, которую только что оскорбили, но в мозгу её щёлкнуло, как это обычно бывает, и она сменила тему, зацепившись за его фразу: — А ты, значит, любишь «Человека-паука»? — вновь опустилась на диван, прижав коленки к груди.
Произнесено это было с явным намёком на совместный просмотр одного из её любимых фильмов, а также с надеждой, что и Егором этот фильм также любим.
— Да, — через несколько секунд с шумом выдохнул он и доверительно добавил: — Я с детства страдаю арахнофилией, хотя… почему страдаю? Я ею наслаждаюсь!
— Чем-чем? — переспросила девушка, не обременяющая обычно свой мозг излишней информацией.
— По паучкам, говорю, тащусь. С ума схожу просто, — продолжал прикалываться Егор.
Леська лишь удручённо шикнула на него и стукнула кулачком в плечо:
— Дурак!
— Не-е-е-е-исключено, — взвив указательный палец вверх, Егор спародировал одного известного КВНщика из не менее известной сценки. Другой рукой он отмахивался от бунтующей брюнетки, неожиданно воспылавшей страстью к крови. — А почему ты спросила? — он знал, что вопрос был взят не из пустоты и, разумеется, не для поддержания светской беседы.
Леся тут же расслабилась и прекратила попытки к расцарапыванию его симпатичной мордашки:
— Ладно, живи, убью тебя в другой день.
— Ты не ответила, — и в её уходе от ответа, и старательно отведённых не накрашенных, но непростительно привлекательных, зелёных глазах Егором читались тщательно скрываемые мысли, которыми она делиться передумала.
— Это так по-детски… Спайдермен — фу. Питера Паркера смотрят только дети! — гордо вздёрнув нос, ответила Олеся и вскочила на ноги, возвышаясь над оппонентом. Быть обсмеянной симпатичным братом подруги ей не хотелось.
— Лесь, это поэтому у тебя на ноуте создана целая папка с…
Только он собирался поведать ей о наличествующих в памяти нетбука: трилогиях «Человек-паук», «Властелин колец», всяких дешёвых американских боевиков со странными названиями: «Кровавая луна», «Лесной воин», серии «Нико» и прочего, как она его перебила:
— Что? Ты лазил в моих вещах? — взревела оскорблённая девушка, изрядно покраснев.
— Ты сама мне девайс подсунула, и вообще нефиг
— Напомни мне впредь быть осмотрительней! — взвизгнула Леська и, скрестив руки на груди, плюхнулась на диван. Своей любви к подобным фильмам, где кулаки на «ура» решали все проблемы, она не стеснялась. Обычно не стеснялась. А вот в присутствии Егора… Она уже выкинула из головы златовласого ангелочка, которого ждала всю неделю и который, кажется, дальше заигрывания заходить не стал.
Егор воспринял краснеющее лицо Леси за стеснение и, возомнив себя дьяволом-искусителем, мягко по-кошачьи навис над ней, уперев руку в спинку, желая удостовериться, верна ли вспыхнувшая в его голове догадка:
— Окей, детка, как скажешь, — промурлыкал он ей на ушко, заправив за него выбившуюся мокрую прядь. Дальше флирта он идти не собирался.
— Ты домогаешься меня? — резко развернула к нему пылающее лицо девушка и, ощутив на щеке его дыхание, которое практически касалось её подбородка, губ и носа, позабыла свою дальнейшую речь.
Парень и сам теперь не знал ответа. Его дыхание перехватило от её изумрудных глаз и сладковатого цветочного аромата, исходящего от загорелой кожи девушки. Пухлые губы дразнили и рождали в его голове всякие непотребные картинки.
Сама Леся никак не ожидала подобной ситуации. А даже если и ожидала (где-то в глубинах своего подсознания — все же дядюшка Зигги оставил богатое наследие), то и представить себе не могла, что её будет так сильно влечь к парню, от которого несёт потом и помойкой. Она только сейчас в полной мере ощутила на себе его амбре. До этого, сидя рядом, она хоть и морщилась от его запаха, но он не так сильно бил в нос, зато сейчас…
Леся оттолкнула от себя Егора, тот от неожиданности растянулся на полу:
— Фу! Ты в какой зоне экологической катастрофы провёл ночь?
— В той же, где и ты, — с достоинством ответил парень, кряхтя и потирая место ушиба. Сегодня это была не первая травма.
— Как отвратительно. Низко — намекать людям на их ошибки. И вообще, шляешься где-то, а потом к невинной девушке лезешь, маньяк! — Леся вновь запрыгала на диване, но теперь уже для того, чтобы оградить себя от близкого контакта с Егором, который не торопился подниматься с пола. Она чувствовала, что во второй раз оттолкнуть его не сможет и ей на источаемые им ароматы будет глубоко наплевать.
Так они ещё полчаса вопили и ругались, пока не пришли к консенсусу. Мир восстановил Егор и предложил по-дружески посмотреть кино. Лесю такой мир устраивал. Правда, они ещё полвека не могли решить, что смотреть, но в конце концов, девушка отправила его в душ и даже не подумала снабжать одеждой, так что вышел он после душа, обернувшись лишь в полотенце.
Настроение Леси было неприлично приподнятое, а Егор, присаживаясь на диван для просмотра выбранного ею фильма, задал уже давно интересовавший его вопрос (к тому же его волновал факт наличия на теле Леси мужской рубашки):