Дерзаю
Шрифт:
Пат Рин содрогнулся и закрыл глаза. Он не смеет никого вызывать. Больше того: он не смеет попасться в руки Департамента живым, чтобы потом не быть вынужденным предать тех, кто еще мог остаться на свободе.
И самое главное, он не смеет позволить, чтобы его отчаянное желание заставило его не видеть вероятности того, что слова посланца были чистой правдой: он, Пат Рин йос-Фелиум, стал последним представителем своего клана.
Он открыл глаза, несколько раз моргнул, чтобы сфокусировать взгляд на лицах своих близких, и придвинул к себе клавиатуру.
Оставив их изображения
Его спутники — пилот и убийца — выслушали его список и его план. Когда он закончил, пилот присвистнул, низко и протяжно.
— Значит, вы собираетесь исчезнуть и собрать резервы?
Пат Рин наклонил голову:
— В основном.
— Это — смелый план. И трудный, — сказала, в свою очередь, убийца, переплетя пальцы на крышке стола. — Я не уверена, мастер, относительно действующего космопорта. Интересно, а вам не подойдет примитивный порт? Даже очень примитивный. Тогда вы могли бы переделывать его в соответствии с вашими потребностями.
Он задумался над ее словами. Космопорт необходим: ему потребуются корабли. Ему нужно будет строить, принимать и обслуживать корабли. И в то же время космопорт приглашает к себе всю галактику, а ему не менее важно оставаться вне пределов досягаемости врагов Корвала. Пока он не сочтет нужным дать о себе знать — в нужное ему время и в нужном ему месте.
— Примитивный космопорт имеет для нас некоторые преимущества, — ответил он ей. — Но не настолько примитивный, чтобы его нельзя было модернизировать — и быстро.
— Понимаю. — Она посмотрела на свои руки, потом снова ему в глаза. Ее собственные были похожи на глубины беззвездного пространства. — Давайте тогда возьмем планету, которая во многих отношениях примитивна, однако ее дикость дает… возможность для манипулирования. Человек с сильной волей, способный составить и воплотить в жизнь план, мог бы в конце концов делать там все, что пожелает. — Она вздохнула (что он счел для нее нехарактерным). — Я знаю такую планету.
Пат Рин перевел взгляд на Чивера Мак-Фарланда, который помахал своей крупной рукой, показывая, что слушает их разговор, но добавить ему нечего.
Так.
Он снова посмотрел на Натезу Убийцу — на ее спокойные руки и неспокойные глаза.
— Похоже, вам не очень нравится этот мир, — тихо проговорил он. — Почему?
Она пошевелила плечами. Это было больше похоже на изящное и расплывчатое движение лиадийцев, чем на честное земное пожатие плечами.
— Моя… юрисдикция… на него не распространяется, — сказала она так же тихо. — Я… возможно, у меня там есть связи, но и то не слишком надежные. Мне известно… относительно безопасное место посадки, так чтобы в порту не заметили нашего присутствия… Но юрисдикция? — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Он вне всякой юрисдикции.
— А!
Планета, которая в равной степени защищена от так называемого Департамента Внутренних Дел и от Хунтавас. Идеально.
Пат Рин кивнул.
— Я полагаю, что это… желательно.
Она кивнула, словно и не ожидала другого
— Как называется эта планета? — спросил Чивер с места.
Натеза повернулась к нему.
— Пустошь, пилот. Вы о ней слышали?
Как это ни странно, массивный землянин запрокинул голову и расхохотался.
— О, я о ней слышал, конечно. — Он с широкой улыбкой повернулся к Пат Рину. — Она права, босс. Если и существует планета, на которой все что угодно может потеряться и никогда не обнаружиться, то это Пустошь.
— Хорошо, — проговорил Пат Рин, склоняя голову. — Тогда это решено.
День 50-й
1393 год по Стандартному календарю
«Исполнение долга»
Орбита Литаксина
Вахта близилась к концу. Первый помощник Рен Зел дэа-Джуден закончил последний отчет, дожидавшийся его внимания, и откинулся на спинку кресла, мысленно удивляясь тому, что бумаги для войны и бумаги для торговли настолько похожи.
Хотя, с другой стороны, решил он, протягивая руку за кружкой, они уже не находятся в состоянии войны, а застряли где-то между обычным и невероятным и ждут одним богам известно чего.
Рен Зел сделал глоток, счел чай остывшим, вздохнул — и все-таки его выпил.
Отчеты, составленные силами наемников, находившимися на планете, говорили о «фазе зачисток», наступившей в военной операции, и указывали, что военные столкновения между наемниками и остатками икстранских солдат стали редкими и неорганизованными и происходят на большой площади. Посадочная площадка Клана Эроб, бывшая предметом споров до того, как военные корабли Икстранга ушли с орбиты, оставив тысячи солдат умирать на планете, была в безопасности. То, что осталось от космопорта Литаксина, тоже было отвоевано.
Капитаны и помощники кораблей, которые сейчас окружали «Долг» — опытные боевые офицеры, — единогласно решили, что улетевшие икстранцы вряд ли вернутся с подкреплениями, чтобы выручить оставленных солдат.
Рен Зел содрогнулся — но не от холода. Чтобы твой собственный корабль оставил тебя среди враждебно настроенных чужаков, когда последний долг, который тебе остается, — это достойно умереть…
Это было слишком близко к действительности — и вызвало неприятные воспоминания. Чтобы твою смерть зарегистрировали и сочли истиной, пока ты еще жив и…
— Довольно! — резко приказал он себе и встал.
Ему хотелось чаю. Свежезаваренного горячего чаю — и еще прекращения досадливого лепета дурных воспоминаний. Он лишен клана: мертв для своих близких, исключен из законов Лиад. Он был бы по-настоящему мертв, если бы Шан йос-Галан не протянул ему руку и не объявил, что он и команда его корабля рады принять пилотов, обладающих способностями и твердой волей. Здесь, на «Исполнении долга», Рен Зел дэа-Джуден, покойник Клана Обрелт, имеет товарищей, место и работу — как пилот и, теперь, как первый помощник под началом госпожи спутницы жизни Шана йос-Галана Присциллы Мендоса. Его состояние на несколько порядков превышает то, чего могут надеяться достичь другие бесклановые — да и многие клановые.