Деревня
Шрифт:
Из больницы они приехали уже достаточно поздно, чтобы общаться. Поэтому было решено лечь спать. А утром разобраться, что к чему.
Не привыкшая к утренним песнопениям петуха, Кристина вскочила первой. На часах было только четыре утра! А ей всегда казалось, что петухи орут ровно в шесть. Девушка постаралась улечься обратно, но у нее никак это не получалось. Иван тоже проснулся. Он чувствовал себя на удивление бодрым. Кристина, заметив, что муж не собирается ложиться, сонно спросила:
– Мы сегодня вечером домой? – столько надежды звучало в ее голосе, что мужчине стало неловко от того, что
– Кристина…
– А?
– Нужно отменить поездку.
Кристина, пытавшаяся уснуть, широко открыла глаза. Сон как рукой сняло.
– Невозможно, – выдавила она из себя.
– Возможно. По договору, который мы заключили, нам вернется пятьдесят процентов от суммы поездки. Специально же такой заключали.
– Я ничего не понимаю. Зачем нам все отменять? Все ведь нормально. До вечера тут еще погостим и домой.
Мужчина посмотрел на женщину.
– У матери рука сломана. Наша помощь ей понадобится больше, чем на два дня. Разве ты этого не понимаешь?
Кристина не понимала. Искренне не понимала. У свекрови сломана левая рука, и это притом что правая здорова. Поскольку рабочая рука в порядке, женщина сможет справиться с хозяйством сама. Сначала ей будет трудно, никто не спорит об этом, но она быстро привыкнет. Так про себя рассуждала Кристина.
Иван, молчаливо ждавший от жены ответа, решил добавить.
– Отдых в деревне тоже обладает своими преимуществами.
– Ты сейчас серьезно? Ты вообще видел, какие здесь условия? – глаза женщины злобно сверкнули, и, насколько тихо она могла, прошипела – Туалет на улице!!! Дом старый, сколоченный из досок. Магазинов нет! Что тут делать?! Слова «отдых» и «деревня», по-моему, вообще из разных измерений.
– Кристина…
– Я не на это рассчитывала, приезжая сюда. И ладно бы все это… Но здесь даже дом ужасен. Вместо брусьев старые гнилые доски. Ты мне тут предлагаешь жить?!
– Бруса, – в этот раз решил поправить ее муж, – дома делают из бруса. Не все так ужасно, как ты себе внушила.
– Ты обесцениваешь мое мнение.
– Я и не думал, – разговор совершенно не нравился Ивану, – если тебе так важна поездка на море, то езжай. Я один тут справлюсь. Тебе тут не обязательно оставаться. Я понимаю, как сильно ты хочешь отдохнуть. Будем искать компромисс.
Лицо Кристины заметно подобрело.
– Прости, что вспылила – сказала женщина. – Твою путевку я попробую отменить. Завтра же поеду в офис, а сегодня помогу тут…
Иван улыбнулся Кристине. Хоть женщине показалось, что они оба довольны принятым решением, это было не так. За улыбкой Ивана скрывался гнев. Он злился на жену. И если вчера ему еще казалось, что Кристина просто нервничает из-за здоровья его матери, то сегодня он отчетливо понял совершенно другое. Кристина переживает только за свой комфорт. Ей плевать, что у его матери сломана рука.
Матери в доме не было, это немного удивило Ваню. Однако на столе стоял завтрак. И стоило так напрягаться с приготовлением пищи? Что они, дети немощные, сами о себе не позаботились бы?
Василиса была уже в огороде. Осматривала свое хозяйство. Поняла, что вчера плохо полила грядки. Нужно бы почву взрыхлить. В принципе, хоть с одной рукой это будет очень сложно, но, как казалось Василисе, вполне
Женщина для себя решила, что отправит их домой, как только они позавтракают. Стыдно было ужасно. Свою сломанную руку женщина посчитала наказанием за то, что наврала. Поделом.
– Мам, что ты делаешь? – окликнул ее Иван.
– Ты уже проснулся?
– Проснулись, – ответил сын. – Ты случайно не удумала в земле ковыряться с такой-то рукой?
– Удумала, Вань… У вас, наверное, с Кристиной какие-то дела были?
– Какие могут быть дела, когда ситуация такая?
– Я тут подумала… Справлюсь как-нибудь. Вы бы домой ехали.
– И речи быть не может.
– Вань, серьезно…
– Нет. Кристинка вечером уедет, а я останусь. Помогать буду.
Василиса устало вздохнула. Вспомнила, что Агата должна приехать. Она ведь ей так и не перезвонила. Решила использовать приезд бывшей жены сына как аргумент.
– Вань, сюда Агата приедет.
– Ты ей звонила? Зачем? – вместо того, чтобы рассердиться, поинтересовался Иван.
– Поможет.
– М-м-м, – протянул сын, – вот как складывается.
Повисло молчание, нарушаемое пением птиц. Из дома вышла повеселевшая Кристина.
– О чем спор?
– Да так… – отмахнулся Иван, – сюда Агата едет. Ведь ее о помощи попросить не западло. Лучше выгнать родного сына. Пусть чужой человек помогает. Правильно, мам!
– Вань… – Василиса примерно такой реакции и ожидала.
Кристина поняла, что речь идет о бывшей жене мужа. Получается, что свекровь попросила ту приехать и теперь хочет, чтобы она и Ваня уехали? Быстро сложив два и два, Кристина смекнула, что это удачный шанс свалить из этих развалин. Тогда не нужно будет отказываться от поездки. Она с мужем сможет спокойно отдохнуть, забыв кошмарную ночь, как страшный сон.
– А в чем проблема-то? – спросила она, схватив мужа за руку. – Почему ты вообще с матерью в таком тоне разговариваешь?
Иван вырвал свою руку. Василиса же приятно удивилась, что невестка за нее заступилась.
– Тебе вообще не обязательно тут оставаться до вечера. Иди, собирайся, я тебе такси вызову, – сказал он жене, а затем повернулся к матери, – а Агата как сюда приедет, так и уедет отсюда. Я теперь точно тут остаюсь.
Агату преследовало чувство вины. Хотелось все отменить и забрать дочь обратно домой. Переборола. Прощаться с дочерью оказалось сложнее, чем она думала. В голову лезли навязчивые мысли. Коллеги на работе уже успели обвинить женщину в том, что она не мать. Объяснялось это тем, что Агата взяла отпуск посреди лета, да еще и сбагрила дочь. По крайней мере, слухи такие ходили. В лицо ей никто не высказывал ничего подобного. Понимали, что ответит. Слишком дерзкой была, чтобы молчать и терпеть обиды. Агата знала, что ее обсуждают за спиной. Но сама никогда никому не предъявляла никаких претензий. Гордость не позволяла. Слишком много мнить о себе начнут. Какая вообще может быть разница, что говорят за ее спиной? Много чести в этом копаться. Вот и сейчас она считала, что бесполезно объяснять своим коллегам, что отпуск она берет не для того, чтобы отдохнуть от дочери, а чтобы быть на подхвате, если что случится.