Денвер Блэк
Шрифт:
Я снял амулет и на цепочке протянул его Валтору на цепочке. Но только он к нему прикоснулся…
— Нет! — я одернул руку. — Не могу! Этот амулет часть меня.
— Что ж, — устало вздохнул Валтор. — Тогда мне придется снять его с Вашего трупа, — он взял меня за грудки, немного приподнял над землей и стал высасывать мою энергию буквально, как сок через соломинку. Я чувствовал, что слабею. В глазах стало резко темнеть. И только я подумал, что больше никогда не проснусь, как вдруг… Неприкаянный отпустил меня, и я обессилено рухнул на пол.
— Вот, так, — Валтор встряхнул руки и взял себе мой амулет. — Пожалуй, пока с Вас достаточно, —
Глава 9
Первое мгновение было невыносимым. Все тело буквально свинцом налилось. Даже глаза открывать, оказалось непосильно трудно, а уж руку поднять об этом вообще речи не было. Но неожиданно вся тяжесть отступила, я быстро проснулся и вскочил на ноги. Первое, что я заметил, это естественно отсутствие моего амулета. Ну, это ничего. Конечно, без него мне несколько неуютно, но свою силу я пока ощущаю. Так что пока ничего страшного, но все равно необходимо его вернуть. Второе, что одно из самых главных это то, что пропал Теблемиус. Конечно, мне это по барабану, потому что никто его за нами не тянул, поэтому никто и не держит. Пусть катиться на все четыре стороны. Самое главное и в то же время ужасное, было то, что Наташа действительно исчезла без следа. Ее постель была разобрана, белье раскидано по всей комнате, а на подушке оказалась скомканная записка. Я взял ее в руки и бегло начал читать. Она оказалась довольно короткой, но вполне ясной и четкой:
«Все что вы видели это не сон. Она действительно у нас. Если хотите увидеть ее живой приходите в полночь к опушке леса. И, чтобы без Ваших фокусов. Иначе ей крышка! Валтор.»
— Отдай! — послышался за спиной звонкий голос принцессы.
— Нет, не дам! Он мне еще самой нужен! — донесся в ответ раздраженный голос девушки-рыцаря.
— Ну, дай! Ну, пожалуйста! Ну, хоть подержать! Я взял себя в руки и глубоко вздохнул.
— Что там у Вас случилось?! — я развернулся. Передо мной предстала следующая картина: Александрии и Лена стояли на одной кровати и перетягивали по разные стороны странный предмет, напоминающий с виду металлическую проволоку, закрученную спиралью. Заметив меня Алекса с перепугу отпустила свой конец, таким образом, ударив им Лену по руке.
— Ай! Ты чего?! Больно же?! — завопила она, дуя на ушибленную руку.
— Ничего! Зато теперь будешь знать, как брать чужие вещи без просу.
— Я всего лишь посмотреть хотела, а ты… — надулась принцесса. Но затем они обе быстро уставились на меня
— Дэв, что с тобой, а? — поинтересовалась Лена.
— Может помочь чем? — поддержала ее Александрия.
— Да, нет, — упадшим голосом ответил я. — Просто понимаете, дело в том что… — начал переходить к делу я, но меня оборвали голоса Петра и Томаса, звавших к завтраку.
За столом мне и удалось поведать всем о своем видении, о краже амулета, о похищении Наташи и о загадочном письме оказавшимся в нашей спальне. Все слушали довольно внимательно, не перебивая, и не прерывая моего рассказа, а по окончанию естественно стали строить гипотезы.
— А Вам не кажется странным, то, что даже после того как этот Валтор забрал себе Ваш амулет, он по прежнему интересуется Вами? Интересно, почему, а? — высказался алхимик.
— Не знаю, но я все равно выполню любые их требования, — все ошарашено на меня посмотрели. — Если я этого не сделаю, он может убить Наташу и тогда
— А у меня такое впечатление, что это обыкновенная засада, — предположила девушка-паладин. — Эти некроманты Вас просто хотят заманить, и… — она провела ладонью по горлу.
— Мне все равно, — я встал из-за стола. — И я собираюсь пойти туда в одиночку, чтобы не подвергать опасности всех вас.
— Нет! Мы пойдем с тобой! — в один голос ответили все.
— Но я не могу рисковать еще и вашими жизнями. Поймите, для меня вы все уже стали не просто друзьями. Вы очень дороги для меня и, если хоть кто-нибудь из вас пострадает… я себе этого никогда не прощу.
— Но мы же друзья. А друзей не принято бросать на пол пути, — продекламировала мои слова Лена, а остальные хором ее поддержали. Ну, что с ними поделаешь?
— Ладно. Можете идти со мной в качестве подстраховки. Но если неожиданно начнется драка, то бросайте меня и скрывайтесь, пока не стало слишком поздно.
— Дэв, ну ты же знаешь, что мы без тебя никуда, — я грустно улыбнулся.
— Спасибо вам, друзья мои. Спасибо… — и снова впал в глубокую депрессию.
Весь день меня пытались успокоиться и хоть как-нибудь привести в чувство, но, увы… я оказался совершенно подавлен. Просто только сейчас я осознал всю сложность ситуации, и мне стало по-настоящему страшно. Я боялся не успеть помешать возвращению на Землю главного некромантского демона. Я боялся подвести или еще хуже потерять своих друзей. Я боялся потерять… Наташу. Потерять человека, который очень много для меня значит. Потерять того, кто мне дорог больше всех на свете…
— Нет! У нас ничего не получиться! — сетовал на жизнь я. — Все наши планы проваляться! Мы проиграем! Мы… — неожиданно щеки обожгли резкие хлесткие удары. Это Лена, таким образом, хотела привести меня в чувство. Лучше бы она этого не делала, потому как ручка у нее довольно тяжелая, для ее возраста.
— Хватит скулить, как трехлетний ребенок! Возьми себя в руки! Но на меня это не подействовало.
— Ума не приложу, как ему можно помочь, — развела рука принцесса. — Совсем раскис.
— Ничего! — заправски выпалил Том, закатывая рукава. — Сейчас я мигом приведу его в чувство! — он занес свою огромную лапу, для того чтобы ударить меня, но Петр и Алекса вовремя его остановили.
— Не надо! Оставьте его в покое, экспериментаторы! — заступился за меня ученый.
— Вы, что разве не видите?! Ему плохо! — поддержала его Александрия.
— Видим! Именно поэтому пытаемся ему хоть как-то помочь! — в один голос высказались Томми и Лена.
— Сейчас лучше всего будет оставить его одного, — пояснила девушка-рыцарь. — А от вашей помощи сейчас будет больше вреда, чем пользы!
— Мы же как лучше хотели! — обиделись экспериментаторы.
— А получилось как всегда, — продолжил их мысль алхимик.
— Вы просто должны понять: он страдает, и в основном из-за потери Натальи Викторовны, которая занимает в его душе особое место… — Петр вовремя становился, так как почувствовал не себе мой суровый взгляд.
Ух… ученый вшивый. Ляпни еще, про то, как я к ней отношусь, сразу по шее получишь. И я не посмотрю, что ты какой-то там медалист и лауреат многих конкурсов…
— А как он к ней относиться? — эти еще телепаты юные. Вечно без просу залазят в чужой разум, а затем выносят всю подноготную на люди… зачем тогда им вообще о чем то спрашивают если они и так все и обо всем знают?