Деньги миледи

Коллинз Уильям Уилки

– Я очень сожалею, миледи, что имел несчастие испугать вас, – сказал он с резко выраженным замешательством. – Я имел честь передать вам чрез мистера Муди, что буду в этот час по делу, касающемуся вашего дома, миледи. Я надеялся, что вы ожидали встретить меня здесь, ожидающего чести…

До сих леди Лидиард слушала своего юриста, устремив на него глаза с выражением свойственной ей прямоты. Теперь она остановила его на средине речи переменой в выражении лица, которое ясно выразило тревогу.

– Не извиняйтесь, мистер Трой, – сказала она. – Я виновата,

что забыла ваше предупреждение и не сумела сдержать своих нервов, как бы следовало, – она остановилась на минуту и села прежде, нежели проговорила следующие слова. – Могу ли спросить, – начала она опять, – есть что-нибудь неприятное в том деле, которое привело вас сюда?

– Решительно ничего, миледи, дело простой формальности. Если желаете, можно отложить его до завтра или до другого дня.

Леди Лидиард нетерпеливо забарабанила пальцами по столу.

– Вы знаете меня довольно долго, мистер Трой, и можете знать, что я не терплю отсрочек. Вы имеете что-то неприятное сообщить мне.

Юрист почтительно протестовал.

– Уверяю вас, леди Лидиард… – начал он.

– Так не годится, мистер Трой! Я знаю, как вы смотрите при обыкновенных обстоятельствах, и вижу, как вы смотрите на меня теперь. Вы очень ловкий юрист, но, к счастью для интересов, порученных вашей заботливости, вы, в то же время, вполне честный человек. После двадцатилетнего знакомства со мною вы не можете обмануть меня. Вы принесли мне дурные вести. Говорите сразу, сэр, и говорите откровенно.

Мистер Трой уступил, но постепенно, шаг за шагом.

– Боюсь, что известия мои могут наскучить вам, миледи, – он остановился и потом сделал еще шаг. – Это новость, которую я сам узнал, только войдя в ваш дом. – Он опять остановился и подвинулся еще на шаг. – Я случайно встретил в сенях вашего управляющего, мистера Муди…

– Где он? – прервала сердито леди Лидиард. – Его я могу заставить говорить и заставлю. Пошлите его сюда сейчас же.

Юрист сделал последнее усилие несколько замедлить приближавшееся разъяснение.

– Мистер Муди сейчас придет сюда. Мистер Муди просил меня приготовить вас, миледи…

– Позвоните вы в колокольчик, мистер Трой, или я сама должна сделать это?

Муди очевидно ожидал за дверями, пока юрист говорил за него. Он избавил мастера Троя от труда позвонить и сам вошел в гостиную. Леди Лидиард внимательно осмотрела его. Лицо ее мгновенно побледнело. Она не произнесла ни слова. Она смотрела и ждала.

Муди также молча положил на стол развернутый лист бумаги. Бумага дрожала в его руке.

Леди Лидиард первая пришла в себя.

– Это ко мне? – спросила она.

– Точно так, миледи.

Без минутного колебания она взяла бумагу. Оба присутствовавшие тревожно следили за ней, пока она читала.

Почерк был незнакомый. Письмо было следующего содержания:

«Я, нижеподписавшийся, удостоверяю, что податель этой записки, Роберт Муди, передал мне письмо, которое

ему поручено было доставить, с адресом на мое имя и с нетронутою печатью. С сожалением должен прибавить, что тут вышла, по меньшей мере, какая-нибудь ошибка. Вложение, о котором упоминает неизвестный автор письма, подписавшийся „друг в нужде“, не дошло до меня. В письме, когда я вскрыл его, не было никакого банкового билета в пятьсот фунтов. Моя жена присутствовала при том, как я сломал печать и может, если нужно, подтвердить настоящее заявление. Не зная, кто такой мой благотворительный корреспондент (мистер Муди не имел разрешения сообщить мне о нем какие бы то ни было сведения), я могу только путем настоящего заявления передать о положении дела и предоставить себя в распоряжение писавшего письмо. Адрес моей квартиры помечен вверху письма. Самуил Брадсток, ректор церкви Св. Анны. Двинсбери, Лондон».

Леди Лидиард уронила бумагу на стол. В настоящую минуту, несмотря на ясность, с какою изложено было заявление ректора, она, по-видимому, неспособна была понять его.

– Ради Бога, что это значит? – спросила она.

Юрист и управляющий взглянули друг на друга. Кому из них следовало начать говорить? Леди Лидиард не дала им времени решить.

– Муди, – сказала она сурово, – вам было поручено письмо. Я жду от вас объяснения.

Черные глаза Муди заблистели. Он отвечал леди Лидиард, не думая скрывать, что не одобряет тона обращенного к нему вопроса.

– Я взялся доставить письмо по адресу, – сказал он. – Я нашел его запечатанным на столе. Вы имеете, миледи, письменное удостоверение священника, что я доставил ему письмо с неповрежденною печатью. Я исполнил то, что должен был сделать и не имею представить никаких объяснений.

Прежде чем леди Лидиард могла возразить, мистер Трой скромно вмешался. Он ясно видел, что требовалась его опытность, чтобы направить исследование на настоящий путь.

– Простите меня, миледи, – сказал он с тем счастливым соединением настойчивости и вежливости, тайной коего владеют только юристы. – Есть только один способ добраться до истины в прискорбных делах, подобных настоящему. Следует начать с начала. Смею ли я предложить вам один вопрос, миледи?

Леди Лидиард почувствовала успокаивающее влияние мистера Трой.

– Я к вашим услугам, сэр, – проговорила она спокойно.

– Вполне ли вы уверены, что вложили банковый билет в письмо? – спросил юрист.

– Я, конечно, думаю, что вложила его, – отвечала леди Лидиард. – Но, в то время, я была так расстроена внезапною болезнью моей собаки, что едва ли имею право говорить утвердительно.

– Был кто-нибудь в комнате кроме вас, миледи, в то время как вы вкладывали билет в письмо?

– Я был в комнате, – сказал Муди, – и могу клятвенно утверждать, что видел, как миледи вложила билет в письмо и письмо положила в конверт.

– И запечатала его? – спросил мистер Трой.

– Нет, сэр. Миледи позвали в другую комнату к собаке, прежде чем она успела запечатать письмо.

Конец ознакомительного фрагмента.