День за днем
Шрифт:
Как это ни странно, но Геннадий Викторович также имел двух сыновей. Наличие супруги, учителя средней школы, предполагало сложности в воспитании, но нет, дети выросли полностью самостоятельными. Получив хорошее образование, они устроились в разные фирмы программистами, получая достойную заработную плату. Вскоре старший сынишка купил в столице квартиру для своей семьи. Младший переехал с семьёй в Канаду, владелец фирмы
У человека в душе дыра размером с Бога, и каждый заполняет её как может
Жан-Поль Сартр
После моего ухода, заместителем начальника цеха был назначен Николай Владимирович. Общая нелюбовь коллектива сменилась тихой неприязнью. Трудовому коллективу в нём не нравилось абсолютно всё. И хамство, и слабое нравственное воспитание. Если любой человек, к примеру, ел халву рядом с киоском, то, со слов коллег, Николай обязательно её жрал. Если были непонятны неполадки технологического режима, это расценивалось как влияние Конкина. Причем тихое, исподтишка. Но, как уже упоминалось, индивидуальное проектирование мозговой деятельности нашего героя, позволяло ему комфортно себя чувствовать в постоянно пребывающем конфликте. Причём со всеми.
Грамотного специалиста Щербицкого Геннадия Викторовича перевели в производственный отдел управления предприятия на должность ведущего инженера-технолога. Звучит гордо, но по сути это мелкий клерк, курирующий работающие цехи и производства. В своём костюме, с неизменными галстуком и улыбкой, Геннадий стал на многие годы визитной карточкой отдела. Со своей профессорской бородкой и манерами. И ещё, он стал верующим человеком. Каждое воскресенье посещал церковь и помогал при службе.
«Выдающиеся» способности въедливого и весьма бескомпромиссного Николая Владимировича были отмечены руководством, после чего ему предложили работу в производственном отделе управления предприятия в качестве специалиста по производственным неполадкам и авариям. Так, Николай стал ведущим инженером-технологом отдела. Показав
Мы бессознательно думаем, что Бог видит нас сверху – но он видит нас изнутри
Жильбер Сесброн
Зигзаги судьбы непредсказуемы. В один из дней, я оказался в одном большом кабинете и с Николаем Владимировиче, и с Геннадием Викторовичем. Мне довелось коснуться мира, который был мне чужд и чуден, а также мира, в котором царила полная гармония души. Так как в один из периодов Николай Владимирович был моим подчиненным, и я знал многое о нем, то с удовольствием и задором поддевал его за живое, тем более, что поводов было предостаточно. Вместе с тем, было интересно в разговорах окунуться в мир, окружающий Геннадия Викторовича, в котором не было гордыни или хвастовства, только тонкая ирония. К себе, детям, жизни.
Один раз имел место следующий диалог:
– Николай Владимирович, – спросил его я, – Вы будете отмечать с коллективом День химика?
– Нет, – сухо ответил Конкин, – покусали меня. Собаки!
– Да не переживайте Вы так, – примирительно успокоил Николая, – где Вы найдете приличных начальников?
– Да, нет! – испугано сказал Николай Владимирович, – меня не начальство, меня действительно собаки покусали, теперь пить нельзя.
У Николая Конкина действительно была проблема с собаками, населяющими огромную территорию предприятия. Они его ненавидели с первого взгляда. Уже это насторожило бы жителей Туманного Альбиона. Но, естественно мы не там, а здесь. Работники же цехов просто удивлялись. Однажды, направляясь в один из цехов на проверку, смеха ради, предложил ему, завидев местного пса, разойтись на небольшое расстояние и одновременно подойти к четырехлапому другу. Порычав и гавкнув на Конкина, пёс направился ко мне. Пришлось почесать ему за ухом, улыбаясь насупленному коллеге. После этого, мы с Геннадием наперебой сообщали Николаю о слухах, в которых начальники цехов, подкармливая собак лично, показывали тем его фото.
Конец ознакомительного фрагмента.